Мышь № 313
Шрифт:
Ни ветра, ни холода Лайр не боялся, но как же он ненавидел все белое. А тут, куда ни глянь, другого не наблюдалось. Пространство вокруг белело, слепило стерильностью и раздражало. К тому моменту, как впереди показался куполообразный ледяной дворец джинна, демон проклял все на свете, а больше всех ведьму. Такие шуточки были в ее духе, но он ни за что не поверил бы, что сделала она это случайно. И об этом он тоже планировал спросить ее с особым пристрастием.
Лайр ожидал, что и внутри жилища джинна все будет изо льда, и восточная роскошь, в которую окунулся, едва переступив порог, даже слегка обескуражила. Вот уж не думал, что что-то еще в этой жизни способно поразить его до такой степени. А вид хозяина жилища — молодого гривастого парня, обнаженного по пояс,
— Как поживает маленькая наглая фея? — с улыбкой приблизился к демону джинн и протянул жилистую руку с длинными пальцами. — Тризар, — представился он, пожимая руку демона и удерживая ту чуть дольше, чем требовали того приличия. Лайру даже показалось, что на лице джинна промелькнуло удивление, но уточнять он не стал. Хотелось поскорее покончить с делами и отправиться домой. Путешествие по заснеженной пустыне что ли так подействовало, только душа демона была не на месте.
Тризар все же настоял, чтобы Лайр отведал его чаю, заваренного по древнему рецепту, и пока они пили его, восседая на ярких подушках, все расспрашивал демона о ведьме. Как живет, чем занимается, часто ли творит свои подпольные беззакония?.. В конце концов, у Лайра не осталось сомнений, что интерес джинна к ведьме выходит за рамки шапочного знакомства. Этих двоих связывало что-то более сильное и крепкое. Даже удивительно. Он-то думал, что ведьма и близко к себе никого не подпускает. Впрочем, его это не касается.
После чаепития Тризар показал товар лицом, так сказать. Лампы оказались настолько древними, что и в руки-то их сначала было страшно брать. Да и толстый налет пыли создавал впечатление хрупкости. Но джинн развеял опасения Лайра, уверив того, что несмотря на явную раритетность, лампы могут служить еще не одну сотню лет.
— Ну а пыль… С ней бороться бесполезно, — рассмеялся он. — Сотри ты их с ламп, тут же появится снова. Такова их особенность.
— На что они способны? — повертел одну из ламп демон и чихнул от пыли.
— В принципе, спектр желаний, заложенный в них, достаточно широк, — пожал плечами джинн. — Ну ты же понимаешь, что джиннов там настоящих нет. Всех их уже давным-давно освободили из вынужденного заточения и отпустили на вольные хлеба. Теперь там виртуальные хозяева и довольно современный апгрейд начинки. Но сами лампы от этого менее древними и ценными не становятся.
— Сколько ты за них хочешь?
Джин назвал довольно внушительную сумму, но в принципе, Лайр мог себе это позволить. Кроме того, сбыть лампа можно вдвое дороже. Так что, согласился он практически не торгуясь.
— Ты кое-что забыл, — остановил его Тризар, когда демон уже готов был открыть обратный портал.
Ну точно! Кора же просила забрать какую-то книжку! И чем только занята его голова? Известно чем. И даже не лампами, которые ему не терпелось выставить на аукционе, чтоб прилично заработать. Как ни старался отвлечься, мыслями Лайр возвращался к фее. Что она делает? Как она там? Ждет ли встречи с ним, так как ждет ее он? Ведь уже наступил вечер, а ночью она обязана явиться к нему. Не хотелось даже ничего планировать, демон сгорал от желания прижать к себе мышь, вдохнуть ее ни с чем несравнимый запах, заняться с ней… Любовью? Неужели он действительно подумал именно так? Ведь раньше для него это был только секс. Без чувств и обязательств. Прямое удовлетворение желаний и не всегда взаимное. Что же изменилось?
— Вот, держи, — прервал его размышления Тризар, протягивая что-то небольшое, завернутое в плотную тряпку. — Не разворачивай. Прежде чем смотреть на книгу, нужен ряд заклинаний. Ведьмочка их знает, а для тебя это может быть опасным. И… передай ей, чтоб ждала меня в гости. С твоим делом она не справится в одиночку, — посмотрел он так на Лайра, что тому показалось, будто взгляд
джинна проник внутрь него, пытаясь что-то нащупать.— Что ты хочешь сказать?
— Пока ничего, — отмахнулся джинн, вновь становясь легкомысленным хиппи. — Сначала я сам должен во всем разобраться.
У дома Коры, куда его вывел обратный портал, Лайра ждал морок. От него он узнал, что фея выходила в сад, несмотря на его запрет, где встретилась с его отцом. Что произошло дальше и произошло ли, морок доложить не смог. Демон только и понял, что в какой-то момент тот потерял фею из вида. Но вскоре она вернулась к себе в комнату, откуда и не выходила по сей момент. Больше ничего путевого Лайр от морока добиться не смог, отчего беспокойство его только возросло.
Он так торопился домой, что даже не стал тратить время на разговоры с Корой. Сунул ей книгу и лампы, пообещав, что последние заберет завтра, и переместился домой.
Его половина замка встретила привычной тишиной. Но почему-то именно сегодня эта тишина Лайра напрягала, внушала неясные опасения. Больше всего ему хотелось отправиться в душ, чтобы смыть с себя сияние севера, как он называл белизну снега. Но сначала он должен убедиться, что с мышью все в порядке.
Фея спала, лежа на спине. Едва прикрытая тонким одеялом, с разметавшимися по подушке волосами она казалась настолько прекрасной и желанной, что демон с трудом сдержался, чтобы сейчас же не присоединиться к ней в постели. Но во-первых, не хотелось ее будить так рано, ведь еще не настало время ее визита к нему. А во-вторых, все же сначала нужно посетить душ, а уж потом касаться ее. Сам себе отчего-то сейчас он показался грязным. А еще останавливал взгляд цирсии, что материализовалась на подушке феи, стоило только Лайру появиться в ее покоях. Вот же мелкая пернатая тварь! Смотрит так, словно готова заклевать его до смерти, вздумай только он обидеть ее хозяйку. Ну ничего, пару часов он подождет, а уж потом удовлетворит свою страсть по-всякому.
Мне снилось что-то очень красивое. Что именно, не помню, но на душе во сне царила умиротворенная радость. Хотелось летать и петь, только вот вдруг ниоткуда подступило беспокойство, которое нарастало с каждой секундой. Оно и пробудило меня, перерастая в животный страх.
Сначала я даже не поняла, что именно не так, чего боюсь. Все та же комната, где провожу почти все время в последние дни. Ночь и ее пора, когда нужно отправляться к демону и пытаться подавить в себе страсть, что вспыхивает от одних воспоминаний о нем. Но что-то делает эту ночь не такой, как все предыдущие.
Когда ладонь обожгло, я поняла, что сжимаю рукоятку кинжала. Сразу же вспомнила встречу со старшим демоном, а в свете луны разглядела смертоносное оружие. Почему-то даже сомнений не возникало в том, что блестящее в темноте лезвие несет смерть. Опасный, равнодушный, нацеленный на жертву — именно кинжал заставлял ежиться от страха. И выпустить из рук я его смогу, только когда поражу жертву. В этом я тоже не сомневалась.
По мере того, как собиралась на ночную прогулку по замку, во мне крепла мысль, что демон заслужил смерти, как искупления за все свои грехи. И пусть я только являюсь карающей рукой, действую по чужой указке, неважно. Убить его — самое правильное, тем более что смерть будет мгновенной, а значит, гуманной. В отличие от всех тех фей, что замучили в застенках замка, демон долго страдать не будет. Не должен, мне обещали.
— И не смотри на меня так! — прикрикнула я на Зои, испытав мгновенный прилив злости. — Все я делаю правильно! И вообще — марш в клетку!
А то, ишь, осуждает она меня видите-ли! Пичужка какая-то, а туда же!
Покидала комнату во власти самых противоречивых чувств. Страх; азарт от предвкушения победы и, как следствия, свободы; обида на маленькую помощницу, что не поняла и не поддержала меня в самый сложный момент; досада, что поступила с цирсией так жестоко… И еще много чего я испытывала, даже не пытаясь выделить самое главное. Мною двигала слепая уверенность, передаваемая оружием, что крепко сжимала в руке. И засада, что поджидала меня в обычно пустующей зале, явилась полной неожиданностью.