Мы просто шли своим путём ...
Шрифт:
Во всём облике Серго чувствовалась огромная душевная сила и энергия. Горячие добрые глаза смотрели на собеседника молодо, с живым интересом...
В годы Первой мировой войны в России было заложено восемь крейсеров, подобных "Червоной Украине". Русские судостроители уже тогда были способны создавать прекрасные корабли различных классов. Так, перед началом постройки линкоров типа "Севастополь" проводился международный конкурс. Русский проект оказался наиболее удачным, и линкоры, построенные по нему, долгое время были самыми совершенными в мире...
Русские эсминцы являлись самыми быстроходными в мире...
Наши
С мостика надраенный и прибранный корабль выглядел нарядно. Его вид мог бы ввести в заблуждение посетителей, мало знающих флотскую жизнь...
С верхней палубы тяжёлый труд и суровая служба моряков не всегда видны. Самая напряжённая работа идёт внутри корабля, погружённого на две трети в воду, там, где находятся сложнейшие механизмы и приборы...
– Мы должны иметь хороший флот, и мы непременно будем его иметь...
Теперь мы строим неплохие подводные лодки, а скоро появятся и более крупные корабли... Подождите немного, и наши судостроители смогут строить суда любого класса. Дело за металлом. Трудновато с освоением крупных турбин, но и с этим наша промышленность справится. Мы уже научились изготовлять орудия любых калибров...
Вообще нам надо рассчитывать только на свои силы...
Крейсер приближался к Крыму. Море совсем успокоилось и лежало под утренники лучами зелёное и прозрачное...
Аю-Даг - гора Медведь - лежала прямо перед нами. Она и в самом деле походила на зверя, пьющего воду...
Поучиться у него было чему. Он принадлежал к числу тех командиров, которые всю свою жизнь отдали Советскому Флоту. Революция застала его юным мичманом. В марте 1917-го года он вступил в партию большевиков...
В 1935-ом году было запланировано много учений и крупные манёвры...
В английском военном флоте особенно распространены два суеверия: страх перед цифрой тринадцать и заведомая уверенность в обречённости корабля, на борту которого находится женщина...
В зимнее время, когда большинство кораблей становилось на ремонт, командиры занимались теоретической подготовкой. Изучали ошибки прошлых боевых учений, намечали будущие плавания. В штабе флота устраивались оперативные игры. Они заключались в том, что несколько дней подряд мы вели по карте сражения с вероятным противником. А вероятных противников в ту пору было у нашей страны более чем достаточно: в Германии и Италии фашизм бряцал оружием, нередко осложнялись дипломатические отношения и с Англией - следовательно, пристальнее приходилось наблюдать за Босфором - прежние дружеские отношения с Кемаль-пашой день ото дня портились...
Мы учились давать решительный отпор тому, кто попытается напасть на Советский Союз...
Он тоже принадлежал к той плеяде командиров, которые вышли из рядовых матросов, участвовали в гражданской войне, потом уже, в зрелые годы, грызли гранит науки. Пройти такой путь было под силу лишь талантливым, энергичным и мужественным людям...
В конце января 1936-го года группа черноморцев выехала в Москву. В Свердловском зале Кремля собрались представители всех флотов...
– Пришло время флоту принять большее участие в обороне страны...
Действительно, наступала пора быстрого
роста наших Морских Сил...В то время в мире становилось всё тревожнее. На Дальнем Востоке устраивали провокации японские милитаристы. Приходилось ускоренными темпами создавать Советский Флот на Тихом океане...
Беспокойно стало и в Западной Европе, где фашистские государства - Германия и Италия - уже явно, неприкрыто готовились к войне...
Первые сообщения о мятеже, поднятом в Испании фашистами 18 июля 1936-го года, мы как-то оставили без внимания. Не сразу поняли, что на Пиренейском полуострове развёртываются события, которые могут выйти далеко за его пределы. Но с каждым днём вести оттуда занимали всё больше места на страницах газет. Уже в августе о борьбе республиканцев с мятежниками говорилось на каждой политинформации; личный состав хотел знать, что происходит на испанском флоте...
Всего лишь несколько дней назад были возобновлены дипломатические отношения между СССР и Испанией. Из советских людей в Испании находились только вездесущие журналисты... Появились первые корреспонденции... Их читали с огромным интересом. Было много желающих поехать в эту страну, чтобы воевать на стороне республиканского правительства. В Мадрид выехал наш посол. За ним следом отправился военный атташе... Теперь предстояло ехать мне...
– Условия, в которых вам предстоит работать, необычные. Ваша задача заключается в том, чтобы по возможности помогать флоту законного правительства республики...
Рано утром 23 августа 1936-го года я вылетел из Москвы...
Авиация была не нынешняя. Через несколько сот километров следовали посадки, не один раз меняли в пути самолёты...
На аэродромах Германии мы, советские люди, держались вместе: кругом были фашисты. Звучали отрывистые, рубленые фразы. Все служащие приветствовали друг друга на военный лад...
Париж... Самолёт приземлился в аэропорту Орли...
В гостинице нас встретила смуглая женщина по имени Кармен. Кажется, я был первым русским, которого видела эта испанка, но вскоре она стала нашим другом, встречала в Париже много советских добровольцев...
А пока я должен был осмотреться в Париже... Поужинать мы решили на Монмартре - сразу, можно сказать, окунуться в гущу парижской жизни. Было уже за полночь. Рестораны, дансинги, кабаре - словом, всякие развлекательные заведения манили прохожих огнями тысяч реклам. Париж развлекался.
Это был особый Париж - город богатых бездельников и туристов. На Монмартре можно было встретить людей, говорящих на самых разных языках. Было много американцев и англичан. Лондонская "золотая молодёжь" да и весьма пожилые джентльмены приезжали в Париж провести здесь "уик-энд" - конец недели...
Трудовой Париж спал. Его я наблюдал из окна гостиницы ранним утром, едва забрезжил рассвет...
В девять утра я пришёл в наше посольство... Для меня главной новостью было то, что регулярного сообщения между Парижем и Мадридом уже нет...
Меня интересовала позиция французского правительства...
Прошло немного времени, и все убедились, к чему привела эта позиция "сочувствия" французского правительства. Даже за золото республиканцы не могли купить у французов оружия, а фашистская Германия и Италия вовсю вооружали мятежников, открыто помогали им своими кораблями и самолётами...