MvsM
Шрифт:
– У моих девочек больше никого нет.
– Иметера, пойми, для нас это тоже непростое решение. И мы тебе гарантируем, твои девочки будут всем обеспечены, мы никогда их не оставим. И я обещаю сделать всё от меня зависящее, чтобы твои дочери никогда не повторили твою судьбу. В любом случае я уверен, что с тобой ничего плохого не случится, – и уже он накрыл ладонью руку гадэтти. – Мы не можем тебя заставить, но я прошу – не отказывайся сразу, подумай прежде, чем дать окончательный ответ.
Иметера высвободила руку
– Я зайду за ответом завтра… – и, оставив чай нетронутым, ушёл.
Инейлу не пришлось на следующий день возвращаться в дом гадэтти. Она сама пришла к Акасэ сообщить о своём согласии.
Тая была вне себя от счастья. Однако Акасэ предупредил, что наиболее опасными для ребёнка будут первые два месяца, а для суррогатной матери – последние два.
Через пару недель у Иметеры открылось небольшое кровотечение. Её это очень обеспокоило, и она уже, несмотря на поздний час, собралась бежать к Акасэ, но вспомнила, как он накануне при обследовании предупредил, что в первые недели возможно появление выделений.
Решив, что случилось именно то, о чём предупреждал доктор, и это всего лишь особенности протекания беременности, Иметера осталась дома. Наутро она уже чувствовала себя лучше и старалась не думать о случившемся.
Когда через неделю, впервые после своего визита с предложением в третий раз стать суррогатной матерью для своего ребёнка к ней пришёл Инейл, неприятность с неожиданным кровотечением почти стёрлась из её памяти.
– Тая просила проведать тебя. Она очень беспокоится. Она видела тебя на днях и сказала, что ты была очень бледной, – заметив недоумение на лице гадэтти, пояснил Инейл. – У тебя всё хорошо?
– Я плохо себя чувствовала, но сейчас всё в порядке, – поспешила заверить паттара Иметера.
– Точно? – Инейл подошёл к ней вплотную. – Мы можем сходить к Акасэ…
– В этом нет необходимости. Я прекрасно себя чувствую.
«Словно и не беременна», – хотела добавить Иметера, но промолчала. Первой её мыслью, когда она увидела кровь, была мысль о том, что у неё случился выкидыш. Но так это или нет, она вскоре узнает и без посещения доктора.
А сейчас ей хотелось, чтобы паттар ушёл из её дома. Она помнила, как отозвалось её тело на его прикосновение. Именно поэтому она сама пришла тогда к Акасэ сообщить о своём решении, не дав тем самым Инейлу вернуться.
Она пыталась списать свою реакцию на нехватку мужского тепла после смерти мужа, но за прошедшие с того случая три недели она не могла не заметить, что именно присутствие паттара так волновало её.
Пауза затягивалась, они слишком долго стояли друг напротив друга.
– Я налью чай, – уж если она не может выпроводить его из своего дома, то хотя бы будет держаться от него на расстоянии.
Иметера резко развернулась и направилась в сторону кухни, но сильная рука паттара схватила её
за талию и прижала к себе.– Я не хочу чай, – прозвучало над ухом.
– Тогда… – Иметера попыталась высвободиться, но Инейл крепко держал её.
– Не надо.
Не надо что? Что он хотел сказать? И почему он её держит? Хочет потрогать её беременный животик? Так рано ещё. И почему голос прозвучал так близко?
Поцелуй за ухом заставил её вздрогнуть. Что вообще происходит? Он же паттар! Наверное, случайно получилось. Но губы Инейла продолжили свой путь вниз по шее. Сердце гадэтти было готово выскочить из груди.
– Не уходи.
Куча вопросов роилась в голове Иметеры, но она не могла произнести ни слова. Всё, на что она сейчас была способна, это повернуть голову в сторону паттара. Она надеялась прочесть на его лице ответы на свои незаданные вопросы, и единственное, что она увидела, это желание в его карих глазах.
– Я… – Инейл не дал ей возможности что-либо сказать. Едва увидев перед собой растерянное лицо Иметеры, он накрыл её рот поцелуем.
«Не отвечай ему. Главное, не отвечай. Не смей отвечать! Он – паттар! Ему… вам нельзя», – Иметера пыталась бороться с собой, но здравомыслие проиграло. Почувствовав, как тает Иметера в его руках, Инейл прервал поцелуй и развернул её к себе.
– Обещай не останавливать меня. Если ты меня сейчас остановишь, я умру.
Впервые в жизни он так хотел женщину, что был готов преступить любой закон. Вот уже почти месяц он просыпался и засыпал с мыслью о ней. Он мечтал об этом преступлении. Но совершит ли он его, зависело только от неё. Крепко обняв столь желанное тело обеими руками, он замер, боясь услышать отказ.
– Кто бы меня сейчас остановил? – и, обхватив рукой шею паттара, Иметера приподнялась на цыпочках и прижалась губами к его губам.
Она чувствовала, как его руки то скользили по её телу, то с силой сжимали его. Она безропотно отвечала на каждое его движение и лишь одна мысль будоражила её – пойдёт ли он до конца. Она столько лет была замужем, но никогда прежде страсть так не накрывала её. Голова кружилась, ноги подкашивались, весь мир кроме них двоих перестал существовать. Если сначала она боялась, что он нарушит закон, то сейчас её больше страшило, что он этого не сделает.
Руки Иметеры соскользнули со спины Инейла и, остановившись на ягодицах, сжали их. В том же миг жар, исходящий от паттара, превратился в пламя. Инейл схватил Иметеру за плечи и слегка отстранил от себя.
Гадэтти терялась в догадках, что произошло. Неужели он передумал и хочет уйти?
– Здесь?
«Здесь», – почти ответила Иметера, но для Инейла это было в первый раз, и она не хотела, чтобы всё случилось впопыхах. Поэтому взяв его за руку, она быстро направилась в свою спальную. Едва переступив её порог, она обернулась на паттара.
Конец ознакомительного фрагмента.