Моя Мишель
Шрифт:
Дверь открыта, вонь в квартире невыносимая. Захожу, сразу на кухню заглядываю. За маленьким убитым кухонным столом сидят трое мужиков и бабка Люда. Старуха иногда вместе с сыном закладывает. Орут все чего-то, матерятся, в выражениях не стесняются. Музыка гремит из повидавшего жизнь старенького кассетного магнитофона. Ясно все с ними. Иду к Мишиной комнате, в дверь кулаком стучу. У неё замок на двери хороший, сам ставил около года назад, чтобы эти черти её не донимали.
– Мишань, это я!-кричу, чтобы она услышала.– Миш, открывай!
Щелчок замка и в открывшемся проёме показывается её кудрявая
Сажусь рядом, ноги её беру, поднимаю, и на свои колени кладу. Мысли в голове гоняю, как ей помочь. Говорить о том что происходит, бессмысленно. Человек создание удивительное, ко всему привыкает. И Мишель уже привыкла жить в таких условиях.
Снимаю с её головы наушники, к уху прикладываю, а там тишина. Нет никакой музыки. Просто не хочет со мной разговаривать.
– Погнали в караоке.-говорю уверенно и встаю, её за руку беру, за собой тяну.
Мишель просто обожает петь. У нас даже есть любимое заведение, где мы частенько проводим время вдвоем, или же собираемся большой веселой компанией.
Услышав о караоке, подруга хитро улыбается. В жгучих чёрных глазах разгорается азарт и желание повеселиться. Вот она, моя Мишель. Не может долго обижаться и строить из себя холерика. Она за любой движ и веселье. Живая, настоящая, безрассудная.
– Эй, слышь, Наутилуса нам наруби.-кричу бармену который отвечает за караоке. В этом заведении всего один экран и несколько микрофонов, переходящих от столика к столику. Я бы предпочёл более солидное место, где в отдельных кабинках можно спокойно петь сколько душе угодно, но с Мишель, вообще пофиг где и чем заниматься. Нам будет весело даже если нас высадят на луну совершенно одних, без еды и воды. И мы быстрее умрём от дикого смеха, чем от отсутствия кислорода или питания.
Мишель берет микрофон у мужика за соседним столиком, и широко улыбаясь опьяневшими губами, начинает петь. Голос красивый, даже когда пьяный. Поёт она, а словно эти звуки из моего сердца выходят. Душа танцует, от её тембра и мелодии. Я определённо по уши влюблён в её талант.
– Ты снимаешь вечернее платье, стоя лицом к стене…-закрывает глаза отрываясь от всего мира, от всех людей. Невероятная. Потрясающая. Все посетители в караоке уходят от реальности вместе с ней, туда где оживает текст песни, превращаясь в реальные картинки наполненные чувствами. Её голос проникает в голову, в кровь, струится по венам вызывая передаваемые эмоции.
Мишель закончила петь и зал наполнился бурными аплодисментами.
– Это моя подруга!-кричу толстому лысому дядьке, который громче всех хлопает сотрясая жир на руках. Его хлопки гораздо громче остальных, наверное, потому что вместе с руками хлопают и подмышки.
– Я хочу танцевать!-сообщает подруга и хватает со стола стакан с вишнёвым коктейлем, быстро допивает остатки крепкого алкоголя и широко улыбаясь устремляется к бару. Иду за ней, развивающиеся кудри как магнит, взгляд притягивают.
Смеётся. Заразительно, громко, задорно. Громче всех, кого я знаю. На барную стойку
запрыгивает, танцует без музыки.– Музон наруби.-говорю бармену.
– Эй, щас наша очередь петь!-возмущенно орёт тётка с дальнего столика.– Включай нам «жёлтые тюльпаны»!
– Подождут твои тюльпаны.-рычу на неё и достаю из кармана свернутые банкноты, бармену протягиваю.– Давай че-нить повеселее.-улыбаюсь.
Смотрю на Мишель снизу вверх, а ей все по барабану, она и без музыки неплохо танцует. Глаза закрывает, косуху снимает, мне кидает и смеётся. Танцует красиво. Можно бесконечно смотреть на три вещи: на огонь, воду, и как Мишель танцует. Её пофигизм и нежелание вникать в мнение окружающих, придают ей раскованности и невероятной уверенности.
Бармен музыку включает клубную, сам от Мишки балдеет, улыбается. Забыл про пиво которое переливал из стеклянной бутылки в стакан.
– Федь, а я не поняла, почему он музыку включил?!-орёт тётка на толстого мужика и толкает его.– Фёдор, ты мужик или кто? Иди разберись!
Кабан встает со стула, вытирает рот салфеткой, комкает её, и бросает на стол. Сразу понимает что разбираться ему придётся со мной. Идёт ко мне через весь зал, кулаки сжимает. Выдыхаю резко, хватаю со стойки стакан с чужим пивом которое официант не успел унести за стол, залпом половину выпиваю и на Мишку смотрю. Ей совершенно плевать, что происходит вокруг. Она хочет танцевать и она будет это делать, независимо от обстоятельств. Куртку свою снимаю, на стул кидаю, и первый бью мужика в голову. Тётка его верещит, как свинья резанная. Даже сквозь музыку слышно.
– Федя, сделай что-нибудь!-орёт.
Бармен вместе с официантами затаился, с интересом следят за развитием событий.
Мужик слюни на пол небрежно сплевывает. На широком подбородке склизкая слюна повисла, рукой её вытирает и на меня прет. Встаю в стойку, кулаки сжимаю. Весело. Давно так не отрывался, чтобы до драки в баре.
Мишель на корточки опускается, берет с барной стойки пустую бутылку из под пива и резким движением разбивает об лысую голову мужика. Накаут. Мужик с грохотом валится на ближайший столик, сопровождаемый визгами сидящих за ним девушек.
Хватаю подругу за ноги, на плечо закидываю, из клуба уношу.
–Мы куртки забыли!-смеется.
– Завтра заберу.-обещаю.
Глава 5. Артём
– Ты что, с ума сошёл?-вырывается Мишель, нещадно поколачивая меня по спине. Как дикая кошка вырывается, на землю спрыгивает. Десять метров до машины не дошли.
– Что опять?-спрашиваю. Даже не пытаюсь предугадать её мысли, эта рулетка давно дала сбой и временами выдаёт совершенно неожиданные вещи. С Мишель всегда как в игре, не хватает только «Крутите барабан!».
– Дождь начинается!-весело кричит подруга.– Пора гулять!-раскидывает руки в стороны и крутится задрав голову подставляя лицо под мелкие холодные капли. Весенний дождь не такой промозглый как в октябре, и ветер тёплый, приносит с собой уверенность в том что скоро обязательно наступит лето, и от былого холода не останется и следа.
Поднимаю голову к небу, вижу капли дождя, что подобно россыпи сверкающих в уличном освещении бриллиантов, падают на землю.
– Ненормальная.-выдыхаю.