Монарх
Шрифт:
– Благодарю, Алина!
– Я слегка поклонился.
– Для меня это многое значит.
Девушка в ответ на мою любезность сделала шутливый реверанс, а в её глазах заискрились огоньки радости.
Мы всю дорогу обменивались любезностями, восхищались теплой зимой; хлопья снежинок серебром стелились по аллее, а небо синью пронзало взгляд.
Мы достаточно быстро добрались до лаборатории. Это оказалось богатое здание с точки зрения архетиктурного искусства. Барельефы, лепнина и уникальные статуи по краям у входа словно кричали, что это был гостевой дворец, а не храм науки и алхимии.
Но, когда мы вошли через
Зачем в здании был лифт, я сперва не понял. Три этажа вряд ли можно назвать тяжёлым испытанием для обычного человека! Но, когда мы вошли внутрь, я невольно, по-деревенски, присвистнул. Это был самый что ни на есть настоящий многоярусный бункер! Алина нажала на кнопку с цифрой «7», и мы отправились в подземелье.
Внизу оказалось даже стерильнее, чем наверху. Белый свет раздражал глаза, но седобородый мужчина, что нас встретил, видимо, давно привык к такому. Он и бровью не повел, когда увидел меня. Олег Павлович всех предупредил.
– Приветствую, госпожа!
– Исследователь поклонился и с вежливым вопросом в глазах посмотрел на меня.
– О, Антон Менделеевич! К чему эти формальности!? Я привела к вам друга семьи.
– Алина взяла меня под локоть и ослепительно улыбнулась.
– Знакомьтесь! Зорин Глеб Юрьевич!
Мужчина слегка кивнул мне, и мы обменялись рукопожатиями.
– Наслышан о вас, юноша!
– Улыбнулся старик.
– Вы настоящий дворянин!
– Спасибо на добром слове! Но я ещё немного и учёный.
– С удовольствием погляжу на демонстрацию ваших знаний.
– Сухо отрезал Антон Менделеевич, не особо веря в мои силы.
Мы прошли в одну из лабораторий. Мерные колбы, микроскопы, реторты, перегонные кубы и различные горелки нагоняли на меня чувство ностальгии по былым временам, когда я вместе со своей супругой занимался исследованиями. Сердце невольно рухнуло в пятки, засаднило от старых ран. Я натянул на лицо улыбку пошире, хотя внутри у меня все рыдало от невыразимой утраты.
И Алина как назло продолжала держать меня под локоть. Я почувствовал себя предателем и паршивым вдовцом, который наплевал на священный траур…
Под видом несказанного любопытства я освободился из пут девушки и продолжил осматривать оборудование.
– Что скажете, юноша?
– Не без гордости спросил меня исследователь.
– Нравится? Это отдел разработки. Здесь куется история алхимии!
– Неплохо, Антон Менделеевич!
– Ха! Неплохо...
– Гнусавым голосом передразнил меня старик.
– Да это лучшая лаборатория в России! После императорской, конечно.
– Часть оборудования можно улучшить...
– С уверенностью сказал я.
– Это что же?
– Например, ваши горелки... Это древнее, допотопное устройство. Можно ведь сделать электрический колбонагреватель?! Это во многом облегчит вам жизнь.
Антон Менделеевич почесал затылок, что-то хмыкнул себе под нос, но ничего не сказал.
– А над чем вы сейчас работаете?
– Подала голос Алина.
– Что-то секретное?
– Тут всё секретное!
– Старик
– Не переживайте вы так, мой милый Антон Менделеевич.
– На лице Алины сверкнула улыбка, которая могла растопить весь лёд в Арктике.
– Глеб стал полноправным партнёром рода. Он подписал бумаги о неразглашении, и все его открытия становятся частью наших. Отец разве вам не говорил?
– Говорил, госпожа. Просто у меня это всё никак не может уложиться в голове.
– А вы попробуйте...
– Беззлобно посоветовал я.
– Мы все только выиграем от этого.
Старик хмуро посмотрел на меня и указал пальцем на экран монитора:
– Сейчас я работаю над модификацией боевого зелья. Прошлая версия и так хороша, но я ищу способы сделать её ещё лучше.
– Вы позволите взглянуть на формулу?
– Пожалуйста!
– Нервно махнул рукой старик.
Я сел за компьютер и стал вчитываться в отчёт об исследованиях. Новая формула действительно превосходила предыдущую, но всего на 30%. Усвояемость продукта хромала: среднестатистический человек, который примет этот продукт, пожалеет о том, что у него не стальной желудок. Дисбактериоз вкупе с диареей гарантирован. Я вгляделся в основные элементы, их пропорции и активировал работу своего мозга на всю возможную на данный момент мощность. Проанализировав за секунды терабайты полученных из паутины и библиотек сведений, я смог понять, что еще можно добавить, чтобы зелье стало лучше.
– Вам не хватает вытяжки из корня мандрагоры, скажем, десять миллилитров! А ещё я бы добавил сюда щепотку сушенного чертополоха и несколько гранул мертвого кристалла.
Старик навис над моим плечом и тоже принялся рассматривать формулу, считая что-то в уме. Спустя несколько минут его глаза округлились, челюсть отвисла, и он посмотрел на меня так, будто впервые увидел:
– Простите, как вас зовут?
– Глеб.
– Мои губы растянулись в довольной усмешке, а учёный повернулся лицом к Алине.
– Этот человек должен работать здесь!!! Выделите все средства, дайте ему лучшие условия!
– Но, Антон Менделеевич! Глеб слишком свободолюбивый, чтобы плясать под чью-то дудку.
– Алина с восхищением стрельнула глазками в мою сторону, а я…
А я радовался, как ребенок, которому вернули его старую любимую игрушку. Опасную игрушку.
Глава 19
Часы летели незаметно. Домой я так и не вернулся. Антон Менделеевич оказался щедрым хозяином и выделил мне комнату в самой лаборатории. Благодаря этому мне не приходилось тратить драгоценное время на дорогу. Да и на сон его почти не оставалось!
Исследователь не отходил от меня ни на шаг, посвятив во все текущие разработки...Некоторые из них мне удалось существенно улучшить. Но, увы, по-настоящему серьезные зелья мне создать не удалось. Всё же, работа над ингредиентами высокоранговых монстров была мне недоступна. Как я и предполагал, проблема заключалась в том, что для анализа кристаллов и органов могущественных тварей мне банально не хватало знаний. Да и местные светила алхимии тоже работали над таким материалом больше по наититию, нежели по науке. Текущих сил Монарха также было недостаточно для полного сканирования ингредиентов. Но несмотря на это, результаты всё равно были ошеломительные! Для Шинских...