Шрифт:
Книга 1
Все меры весов, длин, времени и прочего даны в земном варианте, кроме случаев, когда это специфично касается сюжета
Антон Сомов сидел на краю оврага, и вспоминал, с чего все началось.
Выброс разведгруппы, проходил штатно, 12 человек вылетали в высокогорный Итум-Каленский район, где в прошлый раз была замечена группа боевиков.
Задача поставлена: Закрепится на высоте, прочесать местность в случае обнаружения боевиков в бой не вступать. Отойти и передать координаты авиации. Последнее было хорошей новостью, наконец, то командование задумалось о людях. Что тому виной; Солдатские матери или командование подсчитало, что людские ресурсу все же не бесконечны не суть важно.
Первой пошла пятерка лейтенанта Максимова, затем контейнеры и за ними пятерка капитана Величко и еще двое то штатских прикомандированных для каких то, толи научных, толи геологических, вобщем для какой-то хрени. Антон не вникал, не его это дело. Антон шел первым в своей пятерке, сразу за контейнерами.
Была небольшая облачность, но в целом погода не подкачала только, только начало светать под ногами расцвели «Патиссоны» так назывались
Лейра Каледас младшая сестра братьев Каледас ей пошел всего лишь 34 «переход «(аналог нашего весна, осень. Переход-полгода) и хотя простые кайре (крестьяне) выходили замуж и в 24 перехода для знати это было не так, по новой моде в 20 переход приглашался гувернер из королевства и детей дворян начинали обучать грамоте: письму, счету, танцам и последнее обязательному закону божьему в «Единого». Учение «Единого» возникло около ста переходов назад, когда с запада на королевство Крамен напал сосед империя Стор, где «Единый» был официальной религией. Королевство представляющее собой примерно 56 баронств объединенных в 5 графств по десятку баронств и шесть именных баронств, присягающим непосредственно королю и выполняющих функции: армии, полиции, сборщиков налогов и чистоты веры. Завоевать Крамен для империи проблемы не составляло, но там понимали, что королевство, расположенное в лесисто-холмистой местности и разделенное на баронства и не имеющее регулярной армии не возможно удержать в повиновении. Это как с красивой женщиной (крупным городом) завоевать можно, удержать (надолго) никогда. По этому королю, на тот момент Тулу Кьенусу была дана высочайшая милость и щедрость. Он признается союзником империи Стор, и к нему только одно требование, Кьенус должен признать учение «Единого» и открыть монастырь «Единого» в столице Милосе. Потом направить в каждое баронство по одному священнику с обязательной ротацией их каждые пять лет. И в случае гибели с обязательным разбором каждой гибели и наказанием виновных (в первые десять лет ротация была, чуть ли не раз в год), но после показательной казни двух баронов со священнослужителями предпочитали договариваться. А вера потихоньку проникала в страну и вытесняла язычество и шаманизм бывшее ранее, хотя восточная область и пара северных баронств, еще сопротивлялись, правда, уже без энтузиазма, но и противник по новому «союзник», не сильно давил. У него и своих проблем хватало. У императора Вер иб Зариб было два сына: Зулиб(быстрый) и Посейн(важный), выросших без матери, она умерла через десять переходов после рождения младшего Посейна от продолжительной болезни. Злые языки говорили, что на нее наслал проклятье знаменитый колдун Эонософат из северного Эмиратства Хилл.
Этим, кстати, объясняется более мягкая политика в отношении королевства, император хорошо запомнил урок, когда он огнем и мечом попытался, завоевать Эмиратство Хилл. Он получил пустыню и потерял жену, несравненную Ханум Юйя.
Это было лирическое отступление вернемся к Лейре, сейчас она была со своим старшим братом Хааромом Каледас, а младший брат Кор Каледас стоял перед замком и требовал его сдачи. Были еще два брата Тарон и Стилос, но при разделе имущества родителей им баронства не досталось только часть денег, и они отправились в столицу Милос за лучшей долей. Самое обидное что, не сам брат стоял перед замком, а его управляющий. Дело в том, что баронства часто нападали друг на друга и существовал неписаный кодекс, в случае если барон сдается без боя, то победителю выделяется треть казны и провианта замка, и он обязан покинуть баронство. По возможности никого не убив, все-таки в королевстве не такова уж высока численность населения. Если после каждой осады терять даже одну пятую населения, то уже через год в королевстве не останется людей, а так потеря казны и провианта мало на что влияла. Ну, затянут пояса кайре ну и ладно тем более, что барон может пойти на соседа и также рас житься, что часто и случалось и не по одному разу, иногда не успел барон разгрузить телеги, а под стенами уже очередной сосед просит поделиться.
В данном же случае такого не получалось, после раздела имущества старшему сыну остался родительский замок «Мовилок» и с ним же осталась Лейре, а младшему выкупили баронство Кейре Обладос казненного как раз за ересь и хулу на «Единого». И если у старшего под рукой было две дюжины деревень и еще несколько хуторов, то у младшего лишь пяток деревень с которых пока баронство было бесхозным ушли в соседние баронства или еще куда немало народа. Поэтому ни Хааром, ни Лейра не сомневались, что третью казны они не отделаются. Об этом же и говорили наемники под стенами замка, если в обычном набеге участвовало обычно 30–50 воинов. То сейчас под стенами находилось не менее двух сотен. Брат предложил сестре пройти подземным ходом добраться до соседа почтенного барона Ролека Валеса и попросить помощи. В этом случае можно было рассчитывать потерять лишь треть казны и провианта, но
беда в том, что до баронства почти день скакать, да еще обратно, а это время надо продержаться, что при силе перед замком очень сложно если вообще возможно.При приземлении Антон занял позицию в небольшой лощине и осмотрелся.
Были очень большие сомнения, что это то место, вот чувствовалось что-то на подсознании или еще где, не то, все не то. Солнце уже в зените, а по часам только утро и если с часами можно как-то объяснить то с тем, что до полудня никто не появился, он согласен был даже на пару «чехов». Уж с 2-мя то он по любому справится не впервой.
Прождав еще два часа, включил радиомаяк-радиокмпас, при высадке им всем давался такой только пользоваться в самом крайнем случае по нему «Чехи» тоже, кстати, прекрасно наводились и поэтому им пользовались только для поиска груза и если кто-то ранен. Радиокомпас, настроенный на группу ничего не показал, что было очень странно и неприятно. Это говорило либо что всех отнесло очень далеко, либо все погибли или захвачены, что не намного лучше.
Но была небольшая весьма радостная новость, маяк показал наличие направления на контейнеры, они семафорили, раз в пять минут. За полчаса Сомов взял пеленг и ползком, осторожность лишней никогда не бывает и весьма способствует продлению жизни и благополучию здоровья. Первый контейнер нашелся в километре на поляне, а вот за вторым, после того как зарыл первый, что потребовало почти два часа, но кроме усталости дало и небольшую уверенность. В контейнере были гранаты, патроны да много чего там было. А то с одним рожком и двумя ножами, чувствовал себя очень неуютно. Существенно вооружившись, уже пошел по пеленгу, лишь немного прячась за деревьями. До контейнера, было, без малого километров пять и в отличие от первого он висел на сосне метрах в 30 над землей. Лезть не хотелось, в этом месте лес был редкий и просматривался уже довольно далеко, поэтому риск был значительный. Антон принял решение разведать обстановку, а груз пусть повисит. Провисел день, пусть еще провисит, да и походить вокруг надо, вдруг кто его уже тоже присмотрел и ждет, а ночью он к нему придет, вот тогда и разберется. Решив так пошел прочесывать местность с таким расчетом, чтобы обогнуть территорию по кругу и вернутся на это место часов через 7–8 когда стемнеет. И вот сейчас отмахав уже 20 км, и НИКОГО не встретил, ни единой живой души. На небе ни одного самолета, вертолета и это Чечня, что-то здесь было не так и это очень не нравилось. Хотя по этой же причине страх ушел, и он шел уже в полный рост, только прислушиваясь.
К сожалению, кроме пения птиц ничего не было слышно. И вот, когда солнце стало, клониться к закату, на пути встретился этот овраг. Что было весьма вовремя, на дне оврага тек ручей, а пить хотелось, и хоть во фляжке была вода, но по пути ни одного ручья не встретилось и жидкость приходилось экономить, мало ли что. Решил сделать не большой привал, затарится водой, перекусить и повернуть обратно.
Сейчас Антон сидел на краю оврага и предавался не веселым думам. Группы нет и что с ней непонятно. Людей хотя бы «Чехов» нет. Перспектива вырисовывалась никакая, что-то с глазами зеленая дымка и зеленоватое солнце это явно последствия той вспышки, и настроения тоже не поднимали. Да и непонятная легкость в теле настораживала.
Вот за такими раздумьями он и услышал: сначала шорох, потом скатился небольшой камешек, а потом отпал целый пласт земли на стене оврага, и оттуда показалась голова человека. Даже вернее по виду пацаненка, закутанного в какие-то лохмотья, всего перепачканного глиной, мелом и еще черте чем. Навыки, вбитые инструктором в учебке и долгой практикой, не подвели и прежде чем Антон, что-то обдумал. Объект был вырублен, связан. А вот дальше начиналось странное и непонятное.
Все давно было обговорено. Лейре одевается пастушком (пришлось обрезать чудесные волнистые светлые волосы, предмет гордости всей семьи пришлось Каледас) и, взяв небольшую сумму денег, через подземный ход выходит в овраг там, через рощу на тракт и там уж и до баронства толи находит лошадь, толи еще как. Здесь был пока неясный и спорный момент, но, выбирая между смертью и жизнью, и не так извернешься. И сейчас они сидели с братом в столовой и мысленно уже прощались. Момент действительно был очень неопределенный и неизвестно кому повезет больше, ведь если она опоздает, то брата она уже никогда не увидит, по крайней мере, живым, никто на этот счет не заблуждался, живым брата никто не оставит, либо погибнет при штурме сам, либо как бы случайно, убьют потом. Сама Лейра тоже была в двойственном положении, про подземный ход, вроде никто кроме старшего брата и не знал. Но даже если это и, правда он был старый и мог рухнуть в любой момент. Да и потом на тракте никто не обещал легкой дороги. Но вот все обговорено помолились «Единому» и по старой памяти зарезали Цесарку и полили кровью Харе-Лелку (божество вроде лешего на земле). Что бы дал сил на трудную дорогу. Лейре взяла узелок с продуктами замоталась в тряпки, чтобы пройти по лазу и потом более менее в чистом виде выбраться на тракт. Потому как у замарашки никаких шансов не было, их по указанию короля отправляли в монастырь, и больше их никто не видел.
Ход был очень старый и длинный, и если вначале он был почти в рост, то под конец пришлось наклоняться, а последние метры буквально протискиваться. Благо кто строил ход, знали свое дело, он был выложен известняком, замазан глиной от воды и поэтому был относительно проходим. И вот она упирается в конец хода. Здесь он немного расширился, можно повернуться и начать потихоньку открывать деревянную ляду закрывающую выход. Судя по времени проведенному в лазе и подгаданному времени, сейчас должны наступать сумерки и ей надо торопиться, что бы успеть до ночи выбраться на тракт и в ближайшей деревне раздобыть лошадь. Ночью, никто лошадь не продаст (обычай такой после захода солнца торговать нельзя светлые боги не видят, значит, могут обмануть. Так зачем рисковать.(Да и где те лошади в деревне. Автор)), а украсть она не сможет, честь не позволяет, да и навыка нет, хотя ездить верхом, все благородные учатся с детства. После того как Лейре стала нажимать на ляду, она сдвинулась с места и подалась вперед. В свое время она была привязана вверху ремнями к балке, но сейчас из ремней остался один, да и балка не внушала доверия, как бы то ни было, ляда отошла практически без шума и Лейре выглянула в щель. Темнело, слева и справа никого не было. А посмотреть вверх она как-то не удосужилась, а жаль или к счастью. Ведь посмотри она вверх, и заметь Антона, неизвестно как бы оно все повернулось.