Месть – это фастфуд
Шрифт:
Кто из нас не любил Яна так сильно, что был готов его убить? Капитану я ответила, что Яна никто не любил, но теперь, подумав, я бы сказала, что большая часть отдела воспринимала его как что-то неприятно-неизбежное, как плохую погоду. Никому же в голову не придёт убивать снег или дождь. Некоторым он даже нравился. Я думаю о Монике и Иоланде. В сентябре Ян провёл много времени, занимаясь интеграцией фондов из специализированной библиотеки по истории искусства в фонды центральной библиотеки. Обе очень оценили его эффективность. После смерти Иоланды Моника продолжала эту работу одна и часто обращалась к Яну. Его поливалентность так её впечатлила, что, когда Моника купила себе новый компьютер, она попросила Яна приехать к ней помочь его установить и подключить к Интернету. С тех они были
Причин не любить Яна было предостаточно, но ни одна из них не была достаточно весомой для убийства. И даже если предположить, что такая причина была, надо же ещё как-то суметь это сделать. Даже с помощью тележки. Как можно было поставить Яна прямо перед открытой шахтой лифта так, чтобы он ничего не заподозрил? Я начала представлять по очереди своих коллег за подготовкой к сталкиванию Яна в шахту. Ян бы сразу же спросил, почему тележка не на своём месте. И с криком «Щас поймёшь, почему!» убийца со всей силы толкает тележку… Маловероятно… А если их было несколько? Я представляю, как мои коллеги вырывают тележку друг у друга: «Дай мне!», «Нет, это сделаю я!» Едва ли… Вообще, если бы их было несколько, тележка бы им не понадобилась…
Я пытаюсь вспомнить, как вели себя мои коллеги, узнав, что Ян был убит. Милена плакала. Остальные были поражены, даже Микаэль, хотя потом он уснул. Кстати, Микаэль и Ян уже несколько лет не разговаривали. Даже не здоровались. Я никогда не спрашивала, почему. Надо будет узнать у Евы. Она здесь работает уже десять лет, и должна помнить. Во всяком случае, если убийца и был вместе с нами сегодня утром, он себя никак не выдал.
– Ты всё ещё здесь?
Максим ставит на стол поднос и устраивается напротив меня. При виде сочащегося куска мяса в его тарелке несколько глотков кофе, которые мне удалось в себя протолкнуть, решают вернуться обратно. Я вскакиваю и бегу в туалетную комнату.
– Почему ты домой не поехала, ты же себя совсем неважно чувствуешь? – спрашивает Максим, когда я возвращаюсь на место.
Он уже съел стейк и принялся за фруктовый салат.
– Да нет, ничего, я просто ничего проглотить пока не могу. Мне через полчаса надо быть в библиотеке иностранных языков. А ты почему домой не вернулся?
– Мне в два часа за дочкой в школу. Она на полпути между домом и работой. Здесь подождать удобнее.
– Что бы ни произошло, аппетита ты не теряешь, – говорю я с улыбкой, глядя, как он собирает остатки сиропа со дна розетки.
В ответ Максим только пожимает плечами и спрашивает:
– Это ты из-за Яна в таком состоянии?
– Пожалуй… Я тут думала… Я вообще не могу представить, кто его мог убить…
– Зачем об этом думать? Оставь это капитану Дионизи и его коллегам.
– Я хочу найти убийцу раньше.
– Почему? – удивляется Максим.
– Я хочу его заинтересовать, понимаешь? Капитана, а не убийцу.
– Успокойся, он тобой уже интересуется. Он меня спрашивал, часто ли вы с Яном ссорились.
– И что ты сказал?
– Само собой, встал на твою защиту.
– Спасибо… – говорю я и объясняю. – Я хочу сделать что-то, что привлечёт его интерес ко мне.
Максим смотрит на меня, словно он не до конца уверен, что всё правильно понял:
– Ты что, хочешь с ним переспать?
– Дурак! Это не тот человек, с которым хочется переспать. Это человек, рядом с которым хочется проснуться.
Максим достаёт пачку сигарет.
– Пошли покурим?
Когда мы удобно устроились в тени, Максим говорит:
– Если ты хочешь найти убийцу, то должна искать не кто его убил, а почему.
– По-твоему, это облегчает задачу?
– Возможно,
его неспроста убили именно в библиотеке. Какими могут быть причины убийства в библиотеке?– По-моему, их раз-два и обчёлся. Разве что чтобы помешать кому бы то ни было прочесть второй том «Поэтики» Аристотеля…
– Нет, серьёзно, – говорит Максим. – Мне кажется, в Национальной библиотеке была какая-то история с кражей ценных манускриптов.
– Ацтекский кодекс?
– Что за ацтекский кодекс?
– Ты что ничего об этом не слышал?
Он и правда ничего не знает. Я рассказываю. В национальной библиотеке хранится очень обширный фонд предколумбийских манускриптов. В XIX веке один учёный завещал библиотеке всю свою коллекцию. Что-то около четырёхсот манускриптов. В 1982 году мексиканский журналист Хосе Луис Кастанеда дель Валле приехал в Париж, чтобы ознакомиться с ацтекским кодексом. Он получил доступ в отдел манускриптов.
В Национальной библиотеке старинные книги хранятся в специальных архивных коробках, чтобы избежать повреждений. Для большей сохранности читателю их выдают вместе с коробкой.
В последний день своего пребывания во Франции журналист вернул коробку, но вместо кодекса положил туда какой-то словарь, взятый в открытом доступе. Библиотекарь сразу не проверил содержимое коробки, и когда пропажи хватились и подняли тревогу – журналист уже был в самолёте. Когда он прилетел в Мексику, сразу же отнёс манускрипт в Национальную библиотеку Мексики, сказав, что возвращает своей стране её культурное достояние.
– Ему за это что-нибудь было?
– Чисто символически. С точки зрения закона он всё-таки совершил преступление. А манускрипт по решению мексиканского суда остался собственностью Французской национальной библиотеки, но храниться стал в национальной библиотеке Мексики. Зато теперь содержимое архивных коробок сразу же проверяется.
– Сдаётся мне, что ты одобряешь этого журналиста.
– Я всегда питала слабость к благородным разбойникам. Ведь это же прекрасно – рисковать свободой и репутацией, чтобы вернуть народу его культурное наследие.
– Ещё один, рядом с которым ты бы хотела проснуться?
– Ты что, ревнуешь?
– Ещё бы нет! Всегда мечтал проснуться рядом со следователем из криминальной бригады. Но я имел в виду другое дело. Лет пять-шесть назад в национальной библиотеке был скандал, связанный с кражей старинных документов. Об этом много писали. Тебе это ни о чём не говорит?
– Что-то такое припоминаю. Но смутно.
Максим смотрит на часы.
– Мне пора.
– Если вы вспомните какие-то подробности, которые могут помочь в расследовании – обязательно свяжитесь с нами, – говорю я на прощание.
– Можешь на меня рассчитывать, мисс Марпл, – отвечает он, дружески хлопнув меня по плечу.
Глава V. Ковбой
Библиотека иностранных языков занимает первый этаж одного из зданий университета. Она одна из четырёх специализированных библиотек иностранной литературы и содержит книги на восточных и славянских языках. У меня к этой библиотеке особое отношение. Десять лет назад, когда была студенткой, я подрабатывала в ней помощником библиотекаря. Это была студенческая подработка, денег от неё хватало только на еду, но, в отличие от других подработок, работать в библиотеке мне очень нравилось. Тишина и спокойствие в зале, читающие за столами люди, книги, выстроившиеся на полках – всё мне нравилось. Но, главное, в библиотеке ничего не продавалось и не покупалось. Стены библиотеки словно отделяли тебя от общества потребителей, от мира, где всё продаётся и всё покупается. Едва я переступала её порог – меня охватывало чувство, что все проблемы, все связанные с деньгами конфликты в библиотеке просто не существуют. Доступ к информации там бесплатный и свободный. Я была уверена, что, работая в ней, защищаю одну из главных свобод человека, помогая людям найти и получить нужную им информацию. Именно в этой библиотеке я выбрала свою профессию. Поэтому, когда её заведующая ушла в декретный отпуск, было решено, что до начала летних каникул её буду замещать я, а в начале нового учебного года на её место возьмут контрактника.