Меморандум
Шрифт:
Июнь 1918 (Мишка)
Мы промчались по переулку с дальним светом передавив массу народу, а куда спрячешься?
Тем более когда на тебя несется страшный зверь, сверкая огненными глазами. Влад рванулся вправо, значит нам было налево, там же начинались и поля, направо - в центр деревни.
Погони не было, а на этом был построен замечательный план, который грозил провалиться. Уже провалился! Отьехав от деревни на пол-километра мы остановились,
За дамами решили пока не ездить, они вдали от деревни, там безопасно. Они могли бы видеть нас сейчас, если бы не утренний туман. Но скоро увидят. А Даша не увидит Влада, и что?
Впервые за все эти годы я остался один, остальные не в счет, они мои подопечные, не с кем посоветоваться...
– Что будем делать?- спросил Алекс, из нашей поредевшей компании, он пожалуй самый рассудительный, вот с него и начнем.
– Пока ждем!
Советник понял, посмотрел на небо:
– Смотря сколько...
Я посмотрел туда же, высоко над деревней висел дирижабль наших преследователей.
Одно к одному!
– Что молчишь, Стас?
– Жду!
– Черт возьми, все таки моя школа!- подумал я и сказал: -Тогда ждем! Стас, дежуришь первый три часа и смотри за этими!
– Я показал на дирижабль, который не подавал признаков жизни.
Алекс разбудил меня ближе к полудню, я сам был как пьяный после бессонной ночи, а что такое шесть часов сна? Цифра двадцать шесть, мне гораздо ближе! Впрочем все выглядели одинаково.
– Тихо?- спросил я .
– Как в гробу, вымерли они там все что-ли?
Он развел руками и упал спать. Железо раскалилось и несмотря на раскрытые двери дышать было нечем. А где вода? Специально предупреждал чтобы набрали в баклажки, и где?
Таких нерадивых солдат давно не встречал, с тех пор как попрощался с любимой Армией.
Я перекопал всю машину, отодвигая мычащие ругательства тела, пока наконец не плюнул и вылез наружу, ага, вот они! Алекс и Стас поставили их в тень машины, чтобы были более-менее прохладными. Я залез в машину снова и растолкал Стаса.
– Молодец, Стасик!
– Исчезни!- он перевернулся на другой бок.
Ни фига себе! Тогда давай думать в одиночестве.
Как говорит Влад: -Что мы имеем?
А имеем мы совсем ничего, Советник правда хорошо стреляет, зато во всем остальном как с дуба упал, Стас - химик несчастный, офицер называется, понабрали с гражданки таких вот, и попадает через раз, хоть службу знает и то спасибо. И как воевать? Всех растеряли! Оставили меня незнамо с кем и рады.
Стас высунул лохматую голову и спросил: -Ты чего бормочешь?
– На жизнь жалуюсь! Какие-то два лопуха мне достались, даже посоветовать толком ничего не могут!
– Радио послушай! Ты пока спал мы включали, радио "Коминтерн" называется...
– И что в мире делается?
– У-у! Там такие дела творятся!
– Какие?!
– Всякие!
– Я сейчас тебя убью и мне за это ничего не будет!- пообещал я.
– Стой, стой ! Да скажу сейчас! Как ты и хотел, Троцкого убили!
– Какого Троцкого, когда?
– Они
говорили когда, а я знаю какое число сгодня?! Вот я мимо ушей и пропустил! А Троцкого, того самого, командующего! Лев какой-то, Шмуглевич или еще как...– Давыдович?
– Ага! Вот я рассказываю, а ты перебиваешь! Как и ты собирался, сожгли вместе с бронепоездом, станцию называли, говорили что прилетел аэроплан, сбросил бомбу, ну и...
– Стас махнул рукой, -Теперь обвиняют буржуев в заговоре, в городах аресты, в общем мороз крепчает!
– Подожди,- сказал я, -не мельтеши, я ведь точно знаю, что Троцкого убили по приказу Сталина, где-то в конце тридцатых! А сейчас какой?
Вопрос был риторическим.
Это надо было обдумать в свете новых исторических свершений.
Собственно, а чего здесь думать? Трясти надо! Расставить все по полкам, если расставится, а то и ноги протянуть можно, хотя в нашем положении выбирать особо не из чего.
Полез в машину, вытащил из под Алекса винтарь, тот проснулся и спросил что случилось.
– Может случится!- ответил я, -Алекс за старшего, Стас на руле, не вернусь, решайте сами что делать!
Отошел я недалеко, метров на триста, еще подивился, цифра такая удобная, как на манеже цирка, там всегда тринадцать метров в диаметре , ни больше - ни меньше, а у нас триста!
Отсоединил магазин демонстративно, включил целеуказатель и направил на дирижабль.
Жалко азбуки Морзе я не знаю, а кто поручится, что они ее знают? Анахронизм такой!
Выпивали мы раз с одним каперангом, так тот бахвалился по-пьяни, что любую азбуку знает, и Морзе, и латинскую, и английский эквивалент.
– Американцы - говорит, - барахло! Точка и тире! Точка значит-А, а Бе- это такая палочка, тире называется! У них этих точек - вагон и маленькая тележка! Целый компутер с точками, а нам по х... Компутеры с ихней азбукой, у нас своя азбука!
– он показал грязный кукиш с остатками воблы. Дали мы ему пинка, на этом мое образование с азбукой Морзе и закончилось.
В иллюминатор прицелился и наяриваю пальцем, то открою, то закрою лазерный луч, такая вот мануальная модуляция, только недолго это продолжалось, из леска за межами тарахтенье послышалось, примерно как кто-то бензопилу завел, и машинка показалась, что-то вроде мотоцикла на четырех колесах. Метров сто до нее, по виду мужик безоружный, но на всякий случай я вставил клип с патронами на место и на сгиб руки, как в американских вестернах положил, а палец на курок, жду что у меня получилось.
Остановил он свой драндулет, руки поднял, показывает что чистый. Я ему: -Повернись!
Повернулся и стоит смирно, подошел я, полапал на предмет железа разного - ничего!
– Садись,- говорю - где стоишь и рассказывай сказку!
Засмеялся он, вижу отпустило, а то напряженный какой-то был, а когда человек не в себе, от него все что хочешь ожидать можно, но все равно, сел я чтобы лесочек видеть, и от него метрах в двух.
– Ваши меры предосторожности не нужны, Михаил Владимирович!
Однако! Не ожидал, так вот сразу и по имени-отчеству!
– Что еще знаешь?- спрашиваю.