Чтение онлайн

– А!
– взбодрился Явор.
– Я ведь к этому и веду! Я пытался объяснить, каким образом мы стали опекунами Сесилии.

Девочка, услышав свое имя, оторвала взгляд от пальцев тасовавшего карты Эдварда и заученно улыбнулась. Этот жест выглядел таким отрепетированным, что Николас невольно подумал о том, как ее натаскивают гувернантки.

– Она внучка баронессы Ольстен, нашей дальней родственницы, - продолжал Явор.
– Вы, наверное, слышали о ее недавней прискорбной смерти?

– Да. Соболезную вашей утрате.

– О, спасибо, вы очень великодушны, хотя, честно признаться, бедная старушка так долго чахла, что ее кончина не была неожиданной. Поэтому мы смогли заблаговременно оформить опекунство над Сесилией, как ее

единственные родственники, и теперь хотели бы забрать ее из Дивейда к себе домой, в Фелтиррен. Мы с женой решили, что город с таким ужасным климатом не место для воспитания ребенка.

Николас кивнул. Фелтиррен действительно находился южнее, на равнине с гораздо более мягким климатом, чем в болотистом и дождливом Дивейде. А еще там никто не сможет помешать чете Явор делить огромное наследство Сесилии так, как они пожелают. По слухам, баронесса была сказочно богатой женщиной и большую часть состояния завещала внучке.

– Так чем я могу вам помочь?
– напомнил Николас.

Мистер Явор скромно опустил взгляд.

– Понимаете, мы продаем дом и мебель баронессы, но хотели бы взять с собой ее фамильные драгоценности. Это не та вещь, которую можно оставить без присмотра, и тем более не та, которую можно так просто перевозить через половину Тенакса. Мы собираемся ехать в Фелтиррен по Ливентскому тракту...

– Через Туманный лес?
– эхом откликнулся Эдвард.
– Это же самое опасное место в округе Дивейда. Разве вы знаете об этом? Там недалеко до границы с Чужими королевствами, и хотя благодаря Коллапсу нападения оборотней прекратились, там все еще осталась масса разбойников.

Явор развел руками.

– Увы, дожди размыли мосты через Белую реку, а делать крюк, хоть и по железной дороге, мне совершенно не по нраву.

– Но ехать на паровозе безопаснее, чем через Туманный лес...

– Мистер Эркан, - с такой интонацией, будто обращался к неразумному ребенку, сказал Явор, - я уже все просчитал. Железная дорога ведет в Конглобар, в противоположную сторону от Фелтиррена, если вы вдруг не знаете, где на карте находится мое поместье. С локомотива мне придется пересаживаться и все равно ехать по разным дорогам, которые среди местных считаются ужасно опасными! А тракт через Туманный лес сейчас единственный, по которому из Дивейда можно быстро попасть в Фелтиррен. Я не хочу увеличивать свое путешествие вдвое только из-за небольшого шанса, что на меня нападут разбойники. Чтобы исключить даже этот риск, мы и пришли к вам, мистер Катэн. Мы хотим, чтобы вы опечатали наши вещи и мы могли не опасаться ограбления.

– Конечно, - Николас хлопнул в ладоши, демонстрируя готовность к действию.
– В таком случае вам понадобится печать высшего класса, которую сможет снять только другой мастер печатей. Ему придется доплатить по приезде. Кстати, вы, естественно, уже ознакомились с ценами на мои услуги?

– Да, - натянуто ответила миссис Явор.
– Они очень... столичные.

Николас уловил в этом намек на дороговизну его запросов. И пусть. Он ведь не может заниматься такой ответственной работой за бесценок!

– Тогда нужно позвать полицейского, который удостоверит законность сделки, и можно приступать, - объявил он.

– Но мы надеялись, что вы приедете к нам в Адальбертхолл, - ответил мистер Явор с таким видом, словно для него это было что-то очевидное.
– Мы не рискнули привезти драгоценности с собой.

Ожерелья покойной баронессы из фамильного достояния Яворов однажды превратятся в их проклятие, если они так боятся тронуть их с места.

– Тогда я отправлю с вами своего помощника Эдварда, - Николас скосился на невыполненные заказы. Рядом с ними, заметно проигрывая в размерах, высилась стопка, увенчанная письмом для Нэнси. Работы хватало, и времени разъезжать по городским поместьям у Николаса сегодня не было.

– Помощника?
– миссис Явор оглянулась на Эркана с таким лицом, будто она увидела его в первый раз и

увиденное ей не понравилось.
– Но мы надеялись, что печать поставит профессионал. Мы готовы дополнительно заплатить вам за выезд, если вы об этом.

Слова, что печати Эдварда ничем не хуже его собственных, застряли у Николаса в горле. Он откашлялся и пожевал губами, так и не произнеся заготовленную фразу. Строго говоря, Николас тоже не был профессионалом в том смысле, какой подразумевался до Коллапса. Он не мог ставить печати на живых существ, хотя в древности каждый уважающий себя мастер умел щелчком пальцев заставить человека замолчать, запечатав его губы, или обездвижить его. Но магия в Тенаксе еще не скоро восстановится до того уровня, какой она была до Коллапса, а если Яворам нужен профи нынешних времен, к тому же они готовы внести дополнительную плату...

– Значит, едем в Адальбертхолл?
– бодро спросил он.

Глава 3

Снаружи особняк семьи Ольстен представлял собой порождение моды прошлого века - высокое здание с закругляющимися окнами, вычурной лепниной и фигурками пухлых ангелочков. Внутри же дом производил странное впечатление мозаики, составленной из разных наборов. Обстановка тех комнат, где обитала почившая владелица, угнетала затхлостью, тяжелыми занавесями и толстыми бархатными кистями. Многие предметы были затянуты тканью и готовились к перевозке или продаже. Те комнаты, откуда мебель уже вынесли, по контрасту с предыдущими поражали необжитостью, просторностью и обилием света. Третьи же комнаты - такие, как гостиная, где хозяева вместе с Николасом и Эдвардом ждали нотариуса, - явно испытали на себе заботливое прикосновение рук миссис Явор. Атмосферу легкости и чистоты здесь нарушали только выцветшие обои, но повсюду, прикрывая их, стояли вазы со свежесрезанными пышными астрами.

Круглощекая миссис Явор, сама похожая на астру, щурила глаза в кресле напротив Николаса и изредка наклонялась к вазочке с печеньем. Сесилия, благообразно сложив руки на коленях, тихонько вздыхала. Девочке запретили съедать больше трех печений, но ей хотелось еще. И снова Николас ей сочувствовал, в то же время одобряя и строгость опекунов. За свою слабость к сладкому он расплачивался ранней одышкой и круглым животиком, который, впрочем, ничуть не портил его фигуру.

Мистера Явора не было - он спустился за нотариусом и пропал, наверное, увлекшись рассказами о многочисленных предках. В его отсутствие гостиную наполняла тишина, которая прерывалась лишь вздохами Сесилии и шелестом карт Эдварда, подпиравшего стену за спиной нанимателя. Все откровенно скучали, и больше всего Николас.

В этом доме не было ни книг, ни газет, ни даже бульварных романчиков - абсолютно ничего, что содержало бы в себе буквы. Баронесса, как поговаривали, к старости ослепла, но Яворы - неужели они совсем не читали? Ужасающе пустые полки Николас мог объяснить только тем, что Яворы приехали сюда из Филтиррена ненадолго и времени на чтение у них не хватало. Но если бы ему самому пришлось провести хотя бы два дня без книг, он бы, пожалуй, свихнулся.

– А что это у вас там нарисовано?
– спросила Сесилия.

Она смотрела в его сторону, и погруженному в размышления Николасу понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, что вопрос адресован застывшему позади Эдварду.

– Где именно?
– уточнил помощник.
– Тут?

Наверное, он исполнил какой-то трюк с картами, потому что на женских лицах появились улыбки.

– А вы умеете показывать фокусы?
– оживилась девочка.
– Наверняка умеете! Вы ведь покажете что-нибудь?

– Мы занимаемся не фокусами, юная леди, - важно произнес Николас.
– Мы волшебники, а волшебники занимаются магией.