Чтение онлайн

– Хорошо. Понял вас.

– До свиданья, Михаил Николаевич.

– До свиданья, Лаврентий Павлович.

Тухачевский положил трубку. И задумался. Света стояла, поджав губы, и всем своим видом олицетворяла человека-вопрос. Василий делал вид, что ему все равно, но слишком нарочито, настолько, что это вызывало улыбку. А Ольга хитрым, лукавым взглядом опытной завоевательницы смотрела на маршала.

– Вы предусмотрительны, - с мягкой улыбкой произнес Михаил Николаевич, обращаясь к актрисе.

– Я навела о вас справки, Михаил Николаевич, - кокетливо заметила она, - поговаривают, что артиллерийская засада - ваш излюбленный тактический

прием.

– Вы смогли обыграть меня на моем поле!
– Наиграно воскликнул маршал.

– Мне пришлось приложить немалые усилия, - поддержала игру актриса.

– Ну что же, теперь, на правах победительницы... Хм. Вы хотите посмотреть обновленную Москву? С чего желаете начать? У подъезда меня ждет автомобиль. Если потеснимся, то, думаю, мы поместимся.
– Михаил Николаевич начал обводить взглядом всех присутствующих, но так до конца и не успел это сделать - Светлана оказалась у него на шее раньше. Да не просто так, а с радостным визгом. Впрочем, Василий тоже выглядел довольным. ГАЗ-61 был не очень просторной машиной, но это все оказалось совершенно не важно.

Как несложно догадаться, прогулка по Москве затянулась на неделю, в конце которой вся компания осела на загородной даче маршала для вкушения шашлыка и принятия водных процедур.

– Ольга Константиновна, - тихо произнес Тухачевский, сидя на песке уютного речного пляже рядом с Чеховой, пока Света с Василием плескались.

– Я вас внимательно слушаю, - ответила актриса с нотками томного придыхания.

– Скажите мне, как победитель победителю... вы хотите повесить мою голову на стену в своем охотничьем домике?

– А вам так уж этого не хочется?

– Вы очень красивая женщина. Эффектная. Эмоциональная. Умная. С вами приятно проводить время, но я серьезный человек. Мне важна репутация.

– Вы хотите большего?
– С хитринкой в глазах спросила актриса.

– А это разве возможно? Вы известная германская актриса. Я известный советский маршал. Предел возможных отношений - редкие встречи, что меня, как вы понимаете, не устраивает.

– Значит, хотите поговорить начистоту?

– Да, - кивнул маршал.
– К чему нам этот политес?

– Я готова уехать из Германии, - тихо произнесла Ольга.

– Серьезно?
– Искренне удивился Михаил Николаевич.

– Если, конечно, вы меня не прогоните, - они встретились взглядом.
– Мне не нужна очередная сушеная голова на стену охотничьего домика. Все это ребячество. Как и вы, я хочу нечто большее.

– Помнится, пару лет назад вы хотели денег.

– Там была страсть. Глупая и дурная.

– А что, если это тоже страсть? Порыв, который пройдет через неделю или месяц? Что тогда? Вы снова полетите как прекрасная птица в поисках счастья?

– Боитесь?
– Ольга гордо вздернула подбородок.

– Я не хочу довольствоваться только лишь тем, что мне позволят подержать в руках переходящее почетное знамя.

– Какой вы, однако, собственник!

– Вас подкупила моя репутация?

– И какая же у вас репутация?
– Улыбнулась Ольга, провоцируя Тухачевского на тираду самовосхваления.

– Раскаявшегося грешника, Казановы, ставшего примерным семьянином.

– Оу...
– дама слегка опешила.
– Вы считаете?

– Наверняка, - кивнул маршал.
– Ведь это вас зацепило, а не то, что рассказывали про мои успехи. Что-то выиграл, кого-то победил... это все пустяки. С кем не бывает? А вот взять неприступную крепость не каждый

может. Вы ведь красавица, чего уж тут спорить. Да не простая, а обольстительная. Живая страсть, которая не в состоянии оставить ни одного мужчину равнодушным. Если конечно, он не болен физически или психически. А тут я весь из себя неподатливый, как толстовский отец Сергий. Я ведь хорошо помню тот прием и то, как вы меня обхаживали, пытаясь взять с первого приступа.

– Вот как?
– Слегка надулась Ольга.

– Думаете, мне не хотелось вам уступить?
– Улыбнулся Михаил.
– Губы, глаза... Я смотрел на вас и буквально сам ощущал всю глубину и гамму страсти, что в вас бушевала. Но...

– Так вы боитесь меня?
– Ахнула Чехова.

– Да. Мне страшно потерять голову, потому что...
– но договорить он не успел, Ольга прижалась к нему, обняла и шепнула на ухо с томным придыханием:

– Если вы ее потеряете, то всегда будете знать, где найти...

Пару дней спустя.

– Товарищ Сталин, - Тухачевский бы растерян и подавлен.
– Я все понимаю, но зачем вы помогли Чеховой?

– Неужели вам было так неприятно общение с этой женщиной?

– У меня было острое ощущение, что товарищи стараются меня женить на ней.

– Вы правы, - кивнул Иосиф Виссарионович.

– Но зачем?

– Она влюбилась в вас и готова ради своей страсти переехать в Москву.

– Что, вот так и сказала?

– Да. Записалась на прием к товарищу Молотову и прямо ему сказала об этом. Дело-то непростое.

– А если она германский агент?

– Это - не важно. Она - киноактриса с мировым именем. Мы не можем упускать такой шанс для усиления советского кино. Но иного мягкого способа забрать ее, нежели через брак с вами, нет. Мы же не хотим создавать совершенно неуместный скандал с союзником?

– Товарищ Сталин, - попытался отказаться Тухачевский, - Ольга изнеженная и избалованная особа. И потом она слишком красива. Это сколько завистников появится! А я и сейчас далеко не всеобщий любимец.

– Товарищ Тухачевский, неужели вы боитесь трудностей? Переманивание Ольги ведь дело государственное, политическое. Вы понимаете это? Этот вариант - единственный для политически корректного получения одной из самых талантливых и эффектных актрис Европы. Помните, мы с вами обсуждали кинофильмы, которые будут сняты в будущем?

– Так вот оно что...

– Да. Именно это. Мы должны вывести советский кинематограф на мировой уровень, а не как сейчас - перебиваться переделками либо кустарными поделками. А для этого нам потребуются не только сюжеты, сценарии, художественные решения и прочие детали, но и актриса, одно имя которой будет привлекать зрителей в кинотеатры. И вы, как ответственный сотрудник самого высокого уровня должны поступиться своими принципами ради дела. Сами же мне говорили о том, что результат превыше всего.