Чтение онлайн

– Они наши подружки, – сказала девочка и поправила запутавшийся в волосах венок из засохших андромед. – Мы за ними присматриваем.

– И она за ними тоже присматривает, – поддакнул мальчик.

– Кто? – спросил Арес вдруг осипшим голосом.

– Рыба. – Мальчик махнул свободной рукой. – Мы специально отвели их к глазу, чтобы она могла на них посмотреть.

– К рыбьему глазу водили? – пробормотал Гальяно. – А зачем к нему водить?

– Ты плохо объясняешь, – сказала девочка и дёрнула мальчика за рукав. – Рыба очень большая и очень старая. Она такая

старая, что на ней выросли деревья, а чешуя превратилась в камни. И она почти всё время спит. Иногда получается её разбудить, и тогда она начинает шевелиться и открывает глаз.

– Страсти какие… – прошептал Гальяно и посмотрел под ноги, словно опасался, что земля под ним придёт в движение.

– Как туда попасть? – спросил Арес. – Как попасть на эту вашу рыбу-остров?

Девочка посмотрела на него с жалостью и лёгким превосходством, как на деревенского дурачка.

– Никак. Вот она может! – Чумазый пальчик указал на Веронику. – А вы обыкновенные, вам нельзя.

– А если по пропуску? – уточнил Гальяно, наверняка подразумевая под пропуском костяную змейку.

– Что такое пропуск? – Девочка нахмурилась.

– Не бери в голову! – Гальяно улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой, которая безотказно действовала на женщин всех возрастов. На живых женщин всех возрастов…

– Ты глупый. Жаль, что тебя нельзя съесть. – Похоже, с мёртвой девочкой магия Гальяно не сработала. – Уходите, пока мы не передумали.

В голосе марёвки послышалась угроза, которую ни в коем случае нельзя было игнорировать, но Стэф всё-таки рискнул.

– Последний вопрос, – попросил он.

Теперь нахмурилась не только девочка, но и мальчик. По его измождённому лицу прошла лёгкая рябь приближающейся трансформации. Гальяно театрально вздохнул. Вероника вопросительно приподняла бровь.

– Вы видели здесь старика? Такого худого, высокого в очках?

На мгновение Стэфу показалось, что марёвки не ответят, но он ошибся.

– Он приходит очень редко, – сказала девочка.

– В предпоследний раз приходил много лет назад, – добавил мальчик и тут же сказал: – Он плохой.

– Он не плохой, – поправила его девочка. – Просто у него вот тут пустота.

Она постучала указательным пальцем сначала себе по виску, а потом по грудной клетке, там, где у нормальных людей должно быть сердце.

– Его даже съесть нельзя. – Мальчик скривился. – У него очень горькие мысли и воспоминания.

– А ты пробовал? – спросила Вероника.

– Мы оба пробовали, – ответила девочка. – Она не запрещала нам его трогать. И мы попробовали.

– А он? – спросила Вероника шёпотом.

– Он просто стоял и улыбался, а когда у нас ничего не получилось, сказал, что ему очень жаль и что он надеялся на нашу помощь.

– В смысле? – удивился Гальяно. – Какую такую помощь?

– Мы не знаем. – Девочка пожала плечами. – Мы к нему больше не подходили.

– Что он делал на болоте? – Вероника выглядела потрясённой.

– Почему на болоте? – удивилась девочка. – На болоте он почти не бывает.

– А где

он бывает?

– На торфяниках. Мы видели его на торфяниках.

– Там есть росянки-людожорки! – сказал мальчик с восторгом в голосе. Почти с таким же восторгом он говорил про красную лошадку-качалку. – Однажды мы видели, как одна из них поймала и съела лося.

Он мечтательно улыбнулся.

– Пришлось просидеть возле неё целую ночь! – Девочка закатила глаза к невидимому из-за тумана и темноты небу. – Он всё никак не хотел уходить, ждал, когда лось перестанет дёргаться!

Она ласково посмотрела на мальчика, тот состроил забавную рожицу. По спине у Стэфа пробежал холодок от забав милых малюток.

– Угарники хотели забрать лося себе, – продолжила девочка, – но я их не пустила, пригрозила, что оболью водой. Они боятся воды. Старик тоже там был. Тоже стоял и смотрел, как дёргается лось.

– Какие странные забавы у нынешних криминальных авторитетов, – пробормотал Гальяно.

– Я думала, он тоже хочет есть, но, когда лось задохнулся, он просто ушёл. Не стал его есть.

– Просто торжество гуманизма какое-то. – Гальяно поморщился.

– И угарники ему позволили? Не пытались на него напасть? – спросил Стэф.

– Нет. – Девочка помотала головой, и хлипкий веночек в её волосах рассыпался в прах. – Они к нему даже не подходили.

– Потому что он плохой, – упрямо повторил мальчик.

– Потому что он не боится смерти и у него ничего нельзя отнять, – возразила девочка.

Разговор с марёвками оставил больше вопросов, чем ответов. Как попасть на остров, они не рассказали. А подробности из тайной жизни Марионеточника были столь же бесполезными, сколь и пикантными. Единственное, что им удалось выяснить: старик ходит на болото, как к себе домой, но остаётся чужаком для местных обитателей. Вот к таким неутешительным выводам пришёл Арес, когда марёвки, вежливо попрощавшись, растворились в тумане.

– Все чудесатее и чудесатее, – сказал Гальяно и поёжился. – Ника, ты что-нибудь поняла?

Вероника покачала головой. Вид у неё был сосредоточенно-задумчивый.

– Почему его обходит стороной вся болотная нечисть? – задал Арес мучивший его всё это время вопрос. – Он тоже… ведьмак?

– Ведьмак? – Вероника усмехнулась, покачала головой. – Нет, дядя Тоша не ведьмак. В противном случае, я была бы ему не нужна.

– А ты типа ведьма?

– А ты типа до сих пор сомневаешься?

– Типа да.

Они переглянулись и улыбнулись друг другу как давние знакомые. Вероника нравилась ему этой своей дерзостью, острым языком и бесстрашием. Было в ней что-то от Аграфены. Или в Аграфене от Вероники? Какая-то особая метка, этакий болотный ген.

– Куда дальше? – спросил Стэф.

Всё это время он нетерпеливо поглядывал на часы, словно боялся, что едва начавшаяся ночь тут же закончится.

– Я могу сказать, куда нам не следует ходить. – Гальяно осмотрелся и махнул рукой. – Вон туда! Там начинается топь.