Мангуп
Шрифт:
– У них зажигательная смесь не такая, как у настоящего греческого огня. Секрет греческого огня утерян вместе с падением Константинополя. Хорошо ещё, что у турок нет сифонов. В горшках огонь менее эффективен. У нас есть один сифон. Над главными городскими воротами. Только самого огня почти не осталось,– ответил Тео.
Огонь бушевал сразу на нескольких кораблях феодоритов. Было видно, как мечутся по палубам моряки, пытаясь залить пламя водой. Но от воды огонь не гас.
И вдруг, раздался громовой залп орудий. Турецким пушкарям было легко целиться по горящим кораблям. А потом корабли турок пошли на сближение. Из темноты ударил залп турецких аркебуз, посыпались стрелы, а ослеплённые пламенем пожара феодориты ничего не могли видеть в окружающей их темноте.
– Всё, наши корабли
Ночью никто не спал. В темноте со стороны залива раздавался стук мечей. Под утро к Александру прискакал гонец.
– Князь, турецкий десант разбил наши войска на левом фланге и движется к Авлите. Стратиг Константин предлагает тебе и всему левому флангу вдоль берега покинуть позиции и переместиться за реку к подножью крепости, иначе, вы можете оказаться отрезанными от основного войска.
– Как обстоят дела по отражению десанта на правом фланге?
– Идут бои, но мы ещё держимся.
– А как правый фланг вдоль кромки берега?
– Тоже держится.
– Отводи войска за реку, я прикрою отход,– сказал князь, обращаясь к Цимбиди Леонидасу. Потом скомандовал мандарию: – Коня!
Зазвучали в темноте команды. Воины с вершины горы, построились в колонну, и во главе со своим командиром, направились бегом в сторону моста.
У возведённой наспех стены укрепления остался лишь Александр и Тео с сотней вестиаритов. Розовая полоска рассвета окрасила небо над горами. Месяц поблек. Конный отряд стоял лицом к стене укрепления в густой тени деревьев. Отдалённые звуки боя, звон цикад и напряжённое ожидание. Всхрапывали кони. И вот, на вершине стены показались первые головы турок. Александр поднял арбалет, неспешно прицелился, нажал спусковой крючок. Болт пробил лоб турка и тот рухнул вниз. Головы появлялись и исчезали, поражённые стрелами. На крутом склоне горы слева показались фигуры османов. Они были освещены светом месяца, а сами ничего не могли рассмотреть внизу, где в тени деревьев стоял отряд Александра. Вестиариты за несколько минут стрелами очистил склон от врага. Тела османов скатывались вниз, вызывая камнепады. Турки отошли. Александр махнул рукой, и отряд тихо последовал за ним по узкой тропе между высоких деревьев корабельного леса.
Когда подъезжали к устью реки, впереди послышался шум боя. Отряд остановился, и князь выслал вперёд разведчиков - трапезитов. Скоро трапезиты вернулись. Их командир подошёл к Александру и доложил.
– Князь! Передовой отряд турок прорвался к мосту. Идёт бой за мост.
– Почему наши войска не подожгли мост?
– Наверно, ждут, что мы будем прорываться.
– Хорошо, ударим османам в тыл. Вперёд!
Тропа, петлявшая между деревьев, постепенно превратилась в широкую наезженную дорогу на открытом пространстве, упиравшуюся в мост. Всадники, выехав из леса, пришпорили коней. Сотня отборных воинов Феодоро накатывалась на врагов как камнепад. Гудела земля под копытами коней. Конница ударила из темноты в тыл прорвавшемуся отряду турок. Османы не ожидали удара сзади, и вестиарии, лучшие воины княжества, подняли на копья тылы турецкого отряда. Враги разбегались в разные стороны, освобождая дорогу коннице. В свете разгоравшейся зари кроваво заблистали высоко поднятые мечи феодоритов. Они обрушивались на головы не успевших убраться с пути врагов, вызывая ещё большую панику.
Наконец, всадники прорвались к мосту. Скакавшие впереди князя вестиариты пали, сражённые неприятельскими стрелами. Конь Александра перескочил через их тела, и князь оказался лицом к лицу с массой неприятельского войска, столпившегося на мосту. Он обрушил свой меч на головы османов. Тео, как всегда, был рядом. Его обоюдоострый меч спафион со свистом рассекал воздух. Широкая просека отмечала путь меча. Турки узнали князя по богатым доспехам, и все вместе бросились на него. Охрана князя рванулась вперёд, преграждая путь врагам.
Наконец, турки на мосту, зажатые с двух сторон, не выдержали напора, попятились. Но бежать им было некуда. Их ряды таяли. Немногие оставшиеся в живых, видя неминуемую гибель, прыгали в воду. Те из них, на которых
были тяжёлые доспехи, тонули. Остальные плыли к левому берегу. С правого берега полетели стрелы феодоритов. Всего нескольким туркам удалось достичь левого берега реки. На мост тут же была опрокинута бочка с горючей нефтью, и пламя, набирая силу, загудело, сжигая брёвна моста. С левого берега летели турецкие стрелы, и феодориты отошли от реки под защиту деревьев.– Тео, тебе тут нечего делать,– сказал князь. – Войском командует Константин, а флота, которым ты так и не успел покомандщовать, больше не существует. Отправляйся в столицу, возьми всё под свой контроль. Чувствую, здесь нам не удержаться.
Теодорик кивком согласился с Александром и, пришпорив коня, с небольшим отрядом помчался вдоль берега реки в сторону Феодоро.
Александр нашёл Смирнопуло Константина в дурном расположении духа. Тот сидел на лавке, на небольшой площади. Посредине горел костёр. Над костром жарилась рыба. Мандарий стратилата готовил завтрак. К нему тут же присоединился Аталарих - мандарий князя, нанизав на деревянную палочку несколько мелких ставрид для Александра.
– Почему ты не выслал войска навстречу прорвавшемуся десанту?– спросил князь у Константина.
– Если бы я послал войска, то мне нечем было бы защищать берег от турок, когда они сегодня утром прорвутся в порт.
– Теперь всё равно придётся распылять войска вдоль берегов реки. Ведь турки могут переправиться в любом месте. Если они переправятся выше по течению, то смогут нас окружить и ударить в тыл. Сколько турок на левом фланге?
– Около трёх тысяч.
– Тактика обороны лишает нас маневра, заставляет распылять силы, ведь неизвестно следующее место нападения противника. Почему вы отдали инициативу в руки неприятелю?
– Сам не понимаю, как мы оказались в таком положении,– ответил Константин.
– Как обстоят дела на правом фланге?– спросил князь.
– Турки высадили там две тысячи десанта. Я отправил им навстречу три тысячи. В сражении наши одержали победу, но турки опять нарастили десант до трёх тысяч. Войска стоят друг напротив друга. Скоро, вероятно, будет решающее сражение. Надеюсь, наши победят. Во главе войск опытный стратиг Кузурман Валамир.
– И никого нельзя послать им на помощь?
– Ни одного человека.
– Ты видишь, что положение серьёзное, и нам не удержать Авлиту. Ещё немного, и нас возьмут в клещи, уничтожат. Если сейчас ударят ещё и татары – Феодоро погибнет, ведь войск может не хватить, чтобы остановить татар. Теперь главное – сохранить людей. Срочно начинай отвод войск к Феодоро. Пусть Каламита остаётся в тылу противника, оттягивая на себя часть неприятельских сил. На сколько месяцев хватит продовольствия в Каламите?
– Месяца на два – три, если в крепости оставить только гарнизон.
– Оставь только гарнизон и отдай крепости всё продовольствие, которое войска захватили с собой, чтобы Каламита продержалась как можно дольше. Когда закончатся продукты, пусть покидают крепость по тайному проходу. Надеюсь, наш родственник, князь Тихон не выдаст туркам его месторасположение.
– Князь Тихон не знает, где тайный выход из Каламиты. О подземном ходе осведомлены лишь несколько посвящённых монахов и топотирит.
Взошло солнце. Александр верхом подъехал к берегу бухты. Вдоль всего берега стояли войска. Посреди бухты плавали два турецких корабля. Иногда они подходили на расстояние полёта стрелы к берегу, и тогда с обеих сторон летели стрелы. Вход в бухту представлял собой догорающие остовы кораблей феодоритов, плавающие доски, торчащие из воды мачты. Очередной турецкий галеас осторожно пробирался между обломками. Ему помогали несколько лодок, с которых турки баграми отталкивали особо крупные части сожжённых кораблей. Низкий полуостров, отделяющий бухту от залива, верфь, был уже в руках османов. Против них феодориты срочно собирали кавалерию, намереваясь смести высадившийся десант одним ударом. Пылало стоящее на стапеле недостроенное судно. Войска вдоль правого берега отступили до полуострова. На вершине горы, возвышающейся над заливом, шёл бой. По крутой тропе туда поднимался отряд, посланный на помощь сражающимся. Весь левый берег и бухты и реки был захвачен неприятелем.