Мальчик
Шрифт:
– Это уже вторая деревня, - пробормотал он, укладывая на помост из дров последний труп.
– Что же происходит?
Как ни тихо прозвучал вопрос, магистр услышал. Он мрачно нахмурился.
– Я не знаю. Раньше такого никогда не случалось. Пока что я могу сказать только, что нежити становится всё больше. Гули возвращаются с того света и создают упырей, а упыри, в свою очередь, отправляют граждан Ланда на тот свет. Это как заколдованный круг.
Магистр поджёг костры. Фенрис отошёл подальше, чтобы не видеть, как мёртвые корчатся в огне. В это мгновение рядом послышался волчий вой. Из-за
– Нашли, - отдышавшись после бега, сообщил следопыт.
– Они сделали своим логовом заброшенную часовню неподалёку. Вук сторожит.
– Отлично, - Люпус потёр руки.
– Тогда поехали.
Галбаций быстро натянул штаны и вскочил на лошадь, не забыв прихватить одежду своего товарища и его коня. Магистр с рыцарем поехали за следопытом. Фенрис был рад, что им не придётся досматривать, как сгорают мёртвые.
Часовня, на удивление и радость Фенриса, оказалась деревянной. Вот дураки эти упыри! Если бы Фенрис был на их месте, он постарался бы селиться как можно дальше от всего, что легко воспламеняется.
Голый Вук сидел на камне и, не отрываясь, следил за часовней. Когда всадники подъехали, он вразвалочку подошёл к Галбацию и забрал у него свою одежду.
– Поджигаем?
– просто спросил он. Люпус кивнул.
– Постойте, а вдруг кто-нибудь из них снаружи? Что если он убежит?
– забеспокоился Фенрис. Следопыт коротко посмотрел на него и покачал головой.
– Трупы в деревне свежие. А после хорошего обеда упыри обычно спят. Нам сегодня крупно повезло.
Фенрис понимал, почему следопыт так сказал. Ещё бы, упыри всей стаей мирно спят в деревянном логове! Осталось только поджечь, и дело с концом. И всё же он не мог согласиться со словами Вука.
– Какое уж тут везение, когда столько людей погибло?
– горько пробормотал он. Остальные не обратили на его слова никакого внимания. Галбаций и Вук уже заваливали двери и окна в часовню. Люпус достал лук и натянул тетиву с зачарованным наконечником на случай, если одной твари удастся вырваться.
Подумав, Фенрис сделал то же самое.
Часовня вспыхнула, как свечка. А через несколько мгновений изнутри грянул пронзительный вопль. Плотно заваленные двери и окна сотряслись от ударов рвущихся наружу существ.
Одно окно не выдержало и треснуло. Из щели выпросталась синяя рука, а за ней показался и весь упырь. Следом выскочили два его самых прытких товарища.
Зарычав, упырь бросился на врагов. Он увернулся от стрелы Люпуса и в мгновение ока оказался перед лицом Фенриса. Княжич разрубил существо пополам. Остальные твари бросились наутёк, но далеко убежать им не удалось. Одного свалил нож, пущенный Вуком, а второго настигла стрела магистра. Галбаций тем временем заделал пробитую упырями брешь.
В какой-то момент вопли сгорающих упырей затихли. Пламя, охватившее часовню, стало утихать. Впрочем, это была уже не часовня, а лишь обугленный остов.
– Всё кончено, - сказал Люпус.
– Поехали отсюда.
Настроение на обратном пути в Солей было мрачным. Даже следопыты, которые снова держались в хвосте, приуныли.
– Нужно созвать большой совет ордена, - делился планами Люпус. Фенрис внимательно слушал.
– Признаться, я в тупике. Если упыри
– Он отказался?
– Да, из политических соображений. Боится усиления местных князей. А в ордене, к сожалению, мало людей, особенно Охотников и рыцарей.
– Мы можем объявить набор по всей стране, - подумав, предложил Фенрис.
– Наверняка, найдутся люди, пострадавшие от нежити, которые захотят отомстить.
– А что, это здравая мысль, - оживился Люпус.
– Конечно, в большинстве своём пострадавшие слишком напуганы, чтобы мстить, но среди них могут найтись и исключения. Нужно обсудить это с Ликосом и Люпой.
Дальнейшая дорога прошла в молчании. Фенрис, довольный тем, что его предложение нашло отклик, приободрился.
Оказавшись в замке, княжич сразу прошёл в свою комнату. Хоть он больше не числился в свите принца Лео, он до сих пор жил там же, где его поселили по приезде в Солей. Сказывались родственные узы с де Солисами и благорасположение королевской семьи.
Не успел Фенрис переодеться после дальней дороги, как в дверь деликатно постучали.
– Войдите.
Посетителем оказалась принцесса Леа. При виде её Фенрис вскочил и неуклюже попытался пригладить волосы. Он был ужасно раздосадован, что леди застала его в пыльной одежде и заляпанных кровавой грязью сапогах.
– Чем могу быть полезен, моя принцесса?
– Фенрис галантно склонился над её рукой. На лице девушки заиграла ласковая улыбка.
– Вообще-то, ничем. Это я подумала, что могу быть полезна тебе.
– Вы? Полезны мне?
– Фенрис был обескуражен. Впрочем, к этому он давно привык. Лее доставляло удовольствие смущать его и приводить в растерянность.
– Держи, - без лишних слов принцесса протянула ему бумажный свиток.
– Тебе стоит это прочесть.
Бумага оказалась письмом, уже вскрытым. Узнав отцовский почерк, Фенрис заинтересовался. Но следующее открытие ввергло его в смущение.
– Оно же адресовано его величеству!
– воскликнул он.
– Я не могу читать королевскую переписку.
– Читай, - терпеливо повторила Леа.
– Отец знает, он сам разрешил. Тебя это касается прежде всех.
Сглотнув комок в горле, Фенрис быстро пробежал глазами чернильные строки, выведенные твёрдой рукой его отца, князя Люция Грейса. В первое мгновение он всё ещё сомневался, правильно ли поступает, но почти сразу же все сомнения вытеснила тревога. Известие оглушило Фенриса, как удар грома.
– Совет вольных городов объявил Ланду войну?!
– ахнул он.
– Вчера войска Урбса и других вольных городов вторглись на территорию княжества Грейс, - с каменным лицом сообщила Леа.
– Война уже идёт, Фенрис. И идёт она на твоей земле.
– Мне... Я...
– Фенрис обхватил голову руками.
– Мне нужно немного времени, чтобы всё обдумать. Пожалуйста, моя леди.
– Да, конечно, я понимаю, - Леа сочувственно положила руку ему на плечо.
– Если что, я буду у себя. И... если ты захочешь уехать, я тоже пойму.