Чтение онлайн

Человек по ту сторону стекла вытащил собственный блокнот.

– Одна сотня зачарованных роз, – зачитал он. – Шестнадцать чайных сервизов. Двадцать халатов, повышающих красоту носителя.

В голосе его звучала явная скука.

Оператор стремительно записывала всё, что он диктовал.

– Доставка в понедельник утром, – закончил наконец заклинатель. – Это всё.

Зеркало затуманилось, а потом очистилось – и на этот раз в нём отразилась женщина-оператор. Она вздохнула, вырвала листок из записной книжки и бросила его в корзину.

– Вот так оно работает? – прошептал Хоуэлл.

Льюэл тем временем уже отвернулся.

– Да, примерно так. Потом придёт сотрудник, соберёт

все заказы и отправит их на «Растущую Луну». Там товары запакуют и доставят сюда, чтобы в понедельник их переправили заказчику через зеркало. Иногда, правда, люди заказывают что-нибудь, чего у нас на фабрике на данный момент нет, и нам приходится искать это по городу. А ещё иногда люди задают вопросы. Как будто мы обязаны знать ответы на то, что касается их собственного мира! Но чаще всего они просто передают заказы. Часть моей работы – ну, кроме охраны порядка – следить за тем, чтобы заказы отправлялись через нужные зеркала.

– А сами вы когда-нибудь ходили через зеркало? – спросил Хоуэлл. – Я имею в виду – попадали в человеческий мир?

Льюэл со смехом покачал головой.

– Это было бы забавно, верно? Но я за всю жизнь не припомню ни одного случая, чтобы кто-нибудь путешествовал через зеркало. Людям от нас нужны только заклинания, им совершенно не хочется пускать нас самих к себе в гости.

– А как насчёт мистера Боунза? – продолжал расспрашивать Хоуэлл. Конечно же, мистер Боунз не мог ни разу не побывать в мире людей! Но Льюэл и на этот вопрос покачал головой.

– Я никогда не видел, чтобы мистер Боунз вообще заглядывал в зеркало. Поверь, для нас это только способ принимать человеческие заказы.

– А-а, – протянул Хоуэлл, чувствуя себя слегка разочарованным. Он ожидал от Зеркальной Почты большего. – А чего хотят античеловечники? Я слышал, они причиняют большие неприятности.

– Ещё как причиняют, и раньше, и сейчас. Хотя по большей части они просто устраивают снаружи свои демонстрации и орут во всю глотку, а мы их игнорируем, – он с важным видом одёрнул форменный китель. – Не проболтайся мистеру Боунзу о том, что я сейчас тебе скажу, но все считают, что рано или поздно эти зеркала перестанут работать – с помощью античеловечников или без. Все остальные зеркала ведь уже умерли, верно? Значит, и эти не вечны, и, несмотря на договор с миром людей, однажды человеческим заказам придёт конец.

У Хоуэлла отвисла челюсть.

– Но ведь когда зеркал не останется… – он не договорил. Это означало, что не останется и Зеркальной Почты, и «Растущей Луны», и всех трудов мистера Боунза. Мальчик нервно сглотнул. – А что вы думаете о мистере Боунзе? Он вам нравится?

Выражение лица Льюэла вдруг как-то изменилось – по нему, как рябь по воде, пробежал оттенок страха, – но потом он успокоился.

– Он замечательный, – сказал охранник. – Очаровательная личность. Настоящий джентльмен. – Он быстро оглянулся через плечо, словно ожидая, что мистер Боунз стоит у него за спиной и все слышит. – Просто оставайся по его правую руку – и у тебя всё получится.

Интересно, что происходит с теми, кто случайно оказался по левую руку мистера Боунза? Хоуэлл согласно покивал.

– Может, вернёмся, пока он не начал меня искать? – слова с трудом выходили из пересохшего горла. – Спасибо, что показали мне Почту.

Он в последний раз оглянулся на зеркала. Ещё одно начало подёргиваться дымкой, и его оператор вытащил записную книжку на изготовку.

Когда Хоуэлл вышел из Зеркальной Почты, голова его кружилась от обилия впечатлений.

Шесть действующих зеркал – и благодаря им работает огромная фабрика «Растущая Луна». Внезапно это число показалось таким крохотным! Вся связь их мира с миром людей висит на тоненькой ниточке, и никого это, похоже, особенно не пугает. Или пугает – но никто не подаёт виду, потому что слишком страшно.

Он привычно начал пробираться через толпу. Теперь никто и не думал уступать ему дорогу. Наоборот, некоторые огрызались на него, когда он старался проложить себе путь.

И тут чья-то рука схватила его за локоть.

– Хоуэлл, запомни номер семьдесят семь, – произнёс женский голос.

Хоуэлл резко обернулся – и вскрикнул. Это была леди с розовыми волосами! Та самая античеловечница!

Мальчик быстро вырвал у неё свою руку.

– Откуда вы меня знаете?

Где сейчас мистер Боунз? Нужно срочно доложить ему!

Античеловечница покачала головой.

– Тебе грозит смертельная опасность. Не доверяй мистеру Боунзу и помни номер семьдесят семь.

С этими словами она исчезла, растворилась в толпе, заполнявшей площадь.

Хоуэлл стоял неподвижно, словно прирос к земле ногами. С чего бы античеловечнице идти на риск, явиться в самый центр города, к Зеркальной Почте, чтобы предупредить его о неведомой опасности?

Кто-то из прохожих толкнул его локтем.

– Извините, – привычно обронил Хоуэлл и отошёл с дороги. А потом побрёл обратно – просто потому, что не мог придумать никакого другого плана действий.

Дом Забытых Зеркал был совершенно пуст. Вот и замечательно – последнее, чего сейчас хотелось бы Хоуэллу, это объясняться с мастером Тьюдуром или даже с Уиллом о причинах своего отсутствия. Он взял тряпочку и начал заново полировать зеркала. На лбу застыла тревожная морщинка. Как бы ему хотелось понять, что обо всём этом следует думать!

«Запомни номер семьдесят семь».

Это просто число. Оно может что-то значить, а может не значить вообще ничего. Однако же Хоуэлл внезапно оторвался от работы, поднялся на ноги, прошёл в другой конец галереи и сдёрнул покров с зеркала номер 77.

В стекле отразились только его собственное лицо и стена галереи у него за спиной. Всё как обычно. Хоуэлл издал тихий смешок, и его дыхание слегка затуманило зеркало. Мальчик поспешно протёр стекло тряпкой.

По непонятной причине пятнышко влаги, оставленное его дыханием, не исчезало, несмотря на его старания – наоборот, казалось, что оно растёт и распространяется. Хоуэлл потёр ещё сильнее.

И тут в мгновение ока зеркало очистилось. Тряпка выпала из рук Хоуэлла и была моментально им забыта.

С той стороны стекла, где прежде Хоуэлл не видел ничего, кроме собственного отражения, на него смотрело чужое лицо. Лицо девочки с тёмными волосами, с повязанным на голове платком и со шрамом на щеке, по форме напоминающим лунный серп.