Люба
Шрифт:
– Да уж, видел я. Боюсь, множко.
Любовь Андреевна попыталась согнуть колено и снова почувствовала сильную боль.
– Кажется, вы правы… Спасибо вам!
– Да не за что. Но сможете ли идти? Может, скорую вызвать?
– Нет-нет, не надо. Пройдет. Посижу минут пять, и пройдет. Спасибо!
– Ну смотрите. Тогда, может, воды?
– Если можно. Извините, что отвлекаю вас.
– Совсем не отвлекаете. Я ничем не занят. Сижу себе в кафе, кофе пью, никому не мешаю, солнцу радуюсь. Но тут одна женщина как шлепнется у меня на глазах – аж самому больно стало.
Любовь
– Да уж, шлепнулась так шлепнулась.
Мужчина позвал официантку, заказал бутылку минералки.
– Может, кофе? – спросил он.
– Нет, спасибо. Только воды.
Любовь Андреевна вновь слегка согнула колено и невольно вскрикнула от острой боли.
– Давайте я все-таки скорую вызову, – забеспокоился незнакомец.
– Нет, спасибо, не надо. Поболит и пройдет.
– А если, не дай Бог, перелом или смещение какое?
– Вряд ли. Не волнуйтесь, спасибо. Посижу немного, если вы не против, и пройдет, думаю.
– Я совсем не против. Сидите, конечно.
– Спасибо.
Принесли воду и стакан. Мужчина налил воды и поставил стакан рядом с Любовью Андреевной
– Спасибо.
– Судя по вашим «спасибо», я за последние пять минут кучу добрых дел сделал, – улыбнулся мужчина.
Она улыбнулась в ответ.
Вода оказалась газированной и довольно приятной на вкус. Мужчина налил ещё.
– Спа… Благодарю!
Незнакомец улыбнулся.
– Я себя недооценивал.
Она же испытывала странный коктейль чувств: и больно, а на сердце легко… Меж тем разболелась еще и рука.
– Вы хотя бы мужу позвоните, – предложил незнакомец.
– У меня нет мужа, – ответила она.
– Простите.
– Все нормально. Мы развелись, – почему-то добавила Любовь Андреевна.
– О, прошу прощения, – незнакомец смутился.
– Если вы ещё раз извинитесь, то я решу, что вы не такой уж и добрый человек.
– Да, конечно, прос… Изви… О Боже! Еще немного, и мы с вами пуд соли съедим, – заявил незнакомец.
– Да, прямо друзья не разлей вода.
– Ага, и это ерунда, что мы с вами не знакомы. Разве для дружбы это преграда? На всякий случай меня Михаилом зовут.
– Прямо-таки на всякий?
– Ей-Богу. Что бы не случилось – всегда Михаил. Однообразно, конечно, но я привык.
– А у нас с вами много общего. Меня тоже по любому поводу зовут… – она запнулась. – Любовь Андреевна.
– Но так и быть, вы можете называть меня Любовью, – добавила она.
– Ого! А как же дружба? – продолжал улыбаться Михаил.
– Да, с этим у меня случаются проблемы.
– С чем, с дружбой?
– Нет, с Любовью… В смысле с именем. Ну тогда я иногда ещё Люба.
Колено распухло. Боль в руке усилилась. Любовь Андреевна попыталась встать и вынуждена была сесть обратно. Стало ясно, что без посторонней помощи ей не обойтись. Михаил всё понял.
– Я вызову вам такси, – категорически заявил он.
Она уже не возражала.
– Спасибо!
– Ну да, как же без него.
Такси
приехало быстро. Михаил помог ей дойти до машины, сесть на заднее сидение.– А как вы из машины-то будете выходить? – спросил он.
– Ну не спеша…
– Да? Хотел бы я это видеть, – постояв секунду в задумчивости, он решительно шагнул к передней дверце, открыл её и сел. – Поехали, называйте адрес.
– Ну зачем вы так… Я как-нибудь… У вас, наверное, своих дел хватает.
– Как-нибудь не получится. А дел у меня… Какие дела у пенсионера? Назовите адрес.
Через пять минут машина уже стояла у подъезда дома Любови Андреевны. Михаил оплатил проезд, помог ей выйти из машины, дойти до ступенек подъезда.
– Спасибо вам огромное, теперь я сама…
Любовь Андреевна попыталась подняться на первую ступеньку и невольно вскрикнула от боли.
– Понятно, – сказал Михаил. – Мы пойдем другим путем.
Он перекинул её руку себе за шею, обнял за талию, и они пошли вместе. Так и дошли до самых дверей квартиры Любови Андреевны.
– Спасибо, Михаил. Тут уже я дойду сама.
– Столько спасиб за какой-то час я никогда не получал. Открывайте, может, ещё немного заработаю.
Михаил помог ей дойти до дивана.
– Ну? – спросил он, заняв выжидательную позу.
– Что? – не поняла Любовь Андреевна.
– Ну?
– Ах, да, – Любовь Андреевна улыбнулась. – Спасибо!
– Вот! Ну а что теперь будете делать?
– Дочке позвоню, а там посмотрим.
– Ну и отлично. Тогда мне пора сойти со сцены.
В его руке оказались блокнот и ручка.
– На всякий случай запишу вам мой телефон, если что – звоните.
Он написал номер в блокноте, оторвал страницу и положил на полку серванта.
– Ну был рад знакомству. Даст Бог еще свидимся. Я часто в том кафе сижу, вдруг опять там… так сказать… в магазин зайдете. Тогда снова повеселимся.
Любовь Андреевна улыбнулась:
– Спасибо!
– Да! На посошок!
Вечером пришли дочь Надя и внучка Даша. Дочь обработала все раны, дала обезболивающее.
– Мама, куда ты всё торопишься, пора подумать о своем возрасте: ты теперь пенсионерка! – укоряла дочка.
– Да, доченька, хорошо…
Разговорились.
– Как там папа? – спросила Любовь Андреевна.
– Да как? Плохо, – ответила Надя. – Мы выделили ему комнату на втором этаже, чтоб свежим воздухом дышал. Но он какой-то потерянный ходит. Мама, я сама не пойму, чего ты вдруг так…
– Дочь, не начинай. Мы об этом уже говорили.
– Ладно, ладно. Но мне же больно.
– Извини, доченька.
– Но…
– Наденька, пожалуйста.
– Ладно.
На другой день боль поутихла, но ненамного. С Любовью Андреевной осталась внучка – у неё были каникулы, и она ухаживала за бабушкой. Нога ещё побаливала, и опухоль не сходила. На третий день Любовь Андреевна решила все-таки показаться врачу. Вместе с внучкой кое-как на такси добрались до поликлиники. Снимок обнадежил: перелома нет, но сильный ушиб колена. Врач назначил соответствующее лечение, и они отправились домой.