Ловушка
Шрифт:
– Сел, мы дали тебе достаточно времени, чтобы успокоиться самостоятельно. Больше его нет.
– Нет больше Селены, осталась только Элера, – покачала я головой и отвернулась. – Уходи, Лис, я правда не хочу никого видеть.
Лисичка мягко села рядом со мной на кровать и обняла. От столь ненавязчивого, но яркого жеста участия я опять расплакалась. А она просто гладила меня по голове, шептала что-то успокаивающе и продолжала обнимать. Я больше не сдерживалась, выплескивая из себя обиды, которые впервые сумели прорваться через мною же выстроенную преграду. А вместе с ними уходила и горечь, что переполняла изнутри, хотя и не полностью, но по крайней
Не знаю, сколько прошло времени, но терапия возымела действие. Слезы больше не текли, хотя я и продолжала всхлипывать, но уже чисто машинально. Я отстранилась от подруги и посмотрела на нее. Лисичка улыбнулась, немного устало, но так искренне, и при этом ничего не говоря.
– Спасибо, Лис.
– Тебе надо было выплакаться.
– Я рыдала два дня, – поморщилась я, сейчас уже стыдясь собственной истерики и проявленной слабости.
– Вот и я решила, что этого достаточно, – улыбнулась она.
– Лис, как нам теперь жить после того, что случилось? – тихо спросила я.
– Я говорила, что нельзя вести себя с ним так, словно он мальчишка, – ответила Лиса и отвела взгляд, понимая то, о чем я не сказала явно. – Пока Брайс был уверен, что тебе не до мужчин, он готов был ждать, чтобы в один из дней попытаться рассказать тебе о своих чувствах. Он терпелив, наш кэп. Но и самый терпеливый мужчина может стать безумцем, когда видит, как ту, кого он любит и желает больше жизни, целует другой мужчина, и она отвечает ему. Сел…
– Я больше не Сел, – упрямо повторила я, перебив Лису.
– Выслушай до конца, что я говорю, – поморщилась Лиса. – Мне привычнее называть тебя так. Так, что касается Брайса. Прости, обычно я всегда поддерживаю выбор женщины, но ты виновата сама, поэтому я на его стороне.
– Я не люблю его.
– А ты говорила ему об этом?
– Нет. – Я села на кровати, подтянула колени к груди и обняла их. – Не хотела испортить наши отношения.
– Весьма «прозорливо» с твоей стороны. Вот только эффект прямо противоположный.
– Лис, это он прислал тебя? – На сердце опять стало холодно, и появилось это ужасное чувство разочарования…
– Позволь тебе напомнить, – довольно резко сказала Лиса, – кто мы такие и чем занимаемся.
– Не стоит.
– Я настаиваю. Ты, моя дорогая, предложила совершенно безумную, но и крайне выгодную авантюру. Одно дело – и безбедная жизнь для нас всех. План разработали, Тим и твой брат сделали сканер, работают над артефактом, который должен нейтрализовать охранку в особняке, я нашла покупателей. Пути назад нет. Мы обязаны забыть про все разногласия и выполнить работу. Ваши отношения с Брайсом не должны мешать делу.
– Что ты предлагаешь? Сделать вид, что ничего не произошло? Но как я могу доверять ему?
– А разве он когда-нибудь тебя подводил? – усмехнулась Лиса. – Кэп всегда был подле тебя, как верный пес, так позволь ему загладить свою вину. Поверь, он уже сам наказал себя так, как тебе и не снилось. Пообещай, что наберешься смелости и согласишься встретиться с ним.
– Я…
– Пусть не сегодня, но вы должны выяснить свои отношения до того, как наступит день ограбления.
– Хорошо, – понурилась я.
На сердце было тяжело, я все еще злилась на Брайса, но понимала, что Лиса права.
– А раз так, то быстро приведи себя в порядок и спустись к Алену. Как тебе не стыдно, он же места себе не находит.
– Ты что-то ему рассказала? – вскинулась
я.– Нет. Ни к чему вносить раздор между ними. Я уверена, ты отойдешь и простишь кэпа, но Ален, если узнает, никогда не забудет, как он попытался проявить насилие к единственному родному для него человеку. Ты должна остаться для брата тем светом, ради которого он живет. Ты и для Брайса стала смыслом жизни. Поэтому расставь приоритеты и реши для себя, стоит ли раздувать в их сердцах ненависть и чувство вины. У одного, что не смог уберечь, а у второго – что из защитника чуть было не превратился в насильника.
– А как ты обо всем узнала?
Мне было одновременно любопытно, хотя и неприятно, что Брайс распустил язык.
– Напоила, – мрачно призналась Лиса. – Вот такой некрасивый, но от этого не менее действенный метод.
– Я поняла тебя, Лис. Ничего не буду обещать, но постараюсь сделать так, как ты говоришь. Единственное, меня волнует, что Сефер найдет Брайса. Он узнал его в пещере…
– Тим уже побеспокоился на этот счет, – успокоила подруга.
– Спасибо.
– Неужели ты думаешь, что мы оставили бы такой прокол без внимания. Все будет хорошо, – улыбнулась она. – А теперь иди к брату, а я буду ждать тебя здесь. И еще советую не говорить ему и про Сефера. Чутье мне подсказывает, что твой черноволосый красавчик нам еще пригодится…
– Рыжик, все в порядке? – спросил брат, когда я спустилась вниз.
– Все замечательно. Небольшой нервный срыв, связанный с тем, что Сефер нагрянул в пещеру, вот и все. К сожалению, груз мы снова потеряли, но это уже не имеет никакого значения, ибо с нами расплатились. К тому же драконовый сок остался в итоге у Сефера, так что маги не смогут им воспользоваться, а значит, и угрозы для того, о ком мы говорили, нет.
Вот так. Голос спокойный, речь внятная, а по безмятежному лицу невозможно догадаться, какие демоны терзают меня изнутри. Да и внешне я выгляжу невозмутимо и вполне достойно. Вот только губы до сих пор горячие и немного потрескавшиеся, в горле першит. Но это пустяки, и все пройдет. Не сегодня, так завтра.
– Отрапортовала, словно военный перед командиром.
– Так ведь я знаю, что ты любишь получать лаконичные и емкие отчеты.
– А почему в пещере оказался именно он?
– Хороший вопрос, вот только я не знаю на него ответа. Он упомянул, что портал пропустил только его.
– Возможно, рядом не оказалось достаточно сильного мага, который мог бы поймать след, – продолжал размышлять Ален. – Интересно получается. Значит, если соединить драконовый сок с тагром, то можно не использовать портальные камни… Но как он поймал нить следа и сумел выстроить правильный вектор, причем так, что его не размазало по стенке при выходе? Да наш Сефер совсем не прост и полон сюрпризов. Ладно, опустим эту тему и вернемся к делам насущным. Поясни, зачем ты устроила голодовку?
– Решила сесть на диету, – мрачно ответила я, хотя понимала, что брат прав, ибо отражение в зеркале меня сегодня не порадовало. Тощая, бледная. Одно слово – моль, правильно меня Сефер обозвал. И как вершина всего – огненно-рыжие волосы. Брр…
– Значит, не ела ты два дня, готовясь к балу? – скептически заметил брат.
– Точно!
– Браво, Лер. Ты хорошо научилась притворяться, при дворе данное умение пригодится как нельзя кстати. К тому же мы отправляемся туда послезавтра.
– Как – послезавтра? – Я не выдержала и без сил опустилась на диван, полностью растерянная и сбитая с толку.