Чтение онлайн

В школу для дураков?!

Сдвигать столы и веселиться?!

Смысл жизни разыскивать?!

– Ах, Лиза, я ведь сказала – он совсем ни на что не реагирует! – проговорила Алла, уводя сына одеваться.

Логинов заметил вслед Кочубеям:

– Не стоит им быть такими беспечными и совмещать старшего с младшим. Ущербные люди не безобидны.

– Какие? – переспросила Лиза.

– Ущербные, – спокойно повторил господин Логинов. – Они всегда завидуют нормальным и, независимо от возраста, могут быть опасны. Поэтому я говорю: не стоит подпускать старшего к малышу. Хоть один нормальный, компенсация родителям.

Лиза растерялась.

Что же он за чудовище?

Вдруг навстречу ей энергично шагнула маленькая женщина, похожая на серую мышку: короткие пепельные волосы, серый пуховый свитер:

– Лиза! Ты здесь? А когда приехала? Дома уже была?

– Как раз собираюсь, – отвечала еще больше растерявшаяся Лиза.

– Ну так давай я тебя подвезу! Дмитрий Сергеевич, добрый день, не сразу вас заметила. Ну, мы с вами в офисе увидимся, – обернулась серенькая женщина уже с порога.

ЛИЗЕ был знаком каждый поворот, а потом – каждая улица Белогорска, потому что это были родные места. Здесь прошла вся ее жизнь, кроме студенческих лет в Москве.

Двоюродная сестра Света, сидевшая за рулем, и ее муж, Аркадий Королёв, владели в районе целой империей, или, как ее еще называли, королевством – сетью продуктовых магазинов, кафе, колбасным заводом. Общение с кузиной давно свелось к телефонным поздравлениям с праздниками. Света всегда умела ценить свое и чужое время и изложила, как дела, в трех словах – «годовой отчет» и «проверка» – тем более что Лизе, тоже бухгалтеру, больше и не было нужно.

– Ой, Лиз, совсем зашиваемся! Может, Логинов, аудитор, поможет разрулить. Спасибо, что приехал, Новый год себе согласился испортить. Я его и поселила в «Сказке» – пускай живет с комфортом. А ты-то как там оказалась?

– Нашла в Интернете, – пожала плечами Лиза. – Хотелось что-нибудь в наших местах.

– Могла бы хоть спросить! – смеялась Света. – «Лесная сказка» – наша, не поняла, что ли? Королёв купил – отдавали почти даром. Кто же знал, что грянет этот кризис и людям станет не до отдыха. Главное, купил на меня, и я теперь вынуждена заниматься – ведь приличного управляющего где возьмешь? Там же, где честных бухгалтеров?

– На сайте написано «Аквитэль-клаб» – я и не сообразила, что это старая «Лесная сказка». Ну какой это клаб? По-моему, на всякие там «Миллениум», «Труляля-клаб», «Прибамбас-плюс» западали во времена малиновых пиджаков. Оставила бы, как было…

– Да это девчонка-менеджер придумала, тоже чудачка…

– И библии в тумбочках – тоже она? Кажется, они из гуманитарной помощи начала девяностых. А аниматор сегодня снегокаты нахваливала…

Света, не обижаясь, снова смеялась.

– Говорю же, нормального человека найти невозможно! А мне только «Сказки» не хватало для полного счастья. Коттеджи пустуют – убытки одни…

Свете хватило бы и дома хлопот с тремя детьми: сын-первоклассник, младший, родившийся прошлой зимой, да еще приемная девочка – дочь мужа от до-семейных похождений. Это был целый сентиментальный роман: в один прекрасный день в Белогорске появилась старушка с ребенком, она ходила по улицам и разыскивала Аркадия, который некогда осчастливил ее дочь и исчез. Проблема заключалась в том, что мать девочки умерла, старушка боялась, что с ней в любой момент случится то же самое и внучка останется совсем одна. Ничего удивительного, если бы после подобных открытий вверх тормашками полетели и незваные

гости, и грешный муж, – но Лизина кузина оставила всех при себе, взвалив на себя чужого ребенка и чужую больную старушку. Лиза их еще не видела, но тут же догадалась:

– Антонина Ивановна? Та самая?

– Та самая, – энергично закивала Света. – Слушай, давай заскочим на рынок – мне надо ей чернослива купить. В наших магазинах есть, но не такой… Да что же я у тебя-то не спрошу, как дела!

Но вопрос повис – Света придирчиво выбирала чернослив, который должен был быть и крупным, и мясистым, и узбекским. Лиза повеселела, узнавая свою двоюродную сестру, убежденную в том, что достойна только самого лучшего. А когда настал момент расплаты, Лиза вообще забыла обо всем – такое это было зрелище.

– Кило двести, – говорил торговец.

– Один килограмм сто пятьдесят два грамма, – поправляла Света.

– Сдача – десять рублей, – сообщал торговец.

– Десять рублей пятьдесят восемь копеек, – парировала Света.

Кузина была человек-калькулятор. Она мгновенно делала в уме любые вычисления – казалось, в ее ясных серых глазах мелькают вереницы крошечных циферок.

– Пятьдесят восемь копеек, – требовательно повторяла Света, пока кавказец, не спуская с нее потрясенного взора, на ощупь отсчитывал гроши.

– Ну что тебе толку от этих копеек, – смеялась Лиза, – ты его весы видела? Ведь наверняка обвесил!

– Обвесил – но не обсчитал! – отрезала Света победоносно.

Лиза же придерживалась теории равновесия: обсчитают в магазине – а следом кто-нибудь забытый долг вернет, найдешь на дороге рубль – и сразу тебя в магазине на рубль обсчитают. В природе есть определенный баланс, и она его тут же выравнивает.

– Нет уж, я сама всё выровняю, – не соглашалась Света. – Буду я еще дожидаться.

В этом можно было не сомневаться: в ней, маленькой и пушистой, заложен такой заряд энергии, что хватит с избытком на всех членов семьи, и сколько бы их ни прирастало, у всех будет самый лучший чернослив. И прущая эта почти видимая энергия была не агрессивной, а обаятельной, потому что сама Света была маленькой и пушистой.

– Лиз, так как твои дела, как работа? – спохватилась Света, когда они отъехали от рынка, и Лиза тоже спохватилась:

– Свет, высади меня прямо здесь!

– Тебе же в «зефир», – удивилась та. «Зефиром» в народе назывался дом Лизиных родителей.

– Там все равно сейчас никого. Я пока к Ане зайду, – быстро придумала Лиза.

ЛИЗА подождала, когда Светина машина исчезнет из виду, чтобы сразу вернуться в дом отдыха. Но тут на нее налетел Егор, краснощекий восьмилетний племянник.

– Ли-иза!

Лиза подивилась, как идет по жизни этот маленький мужчина – не скрывая ни мыслей, ни чувств – с открытым забралом. Он так ей радовался, что пришлось отправиться в гости. С Егоркой было легко и весело. Они и еду разогрели, и уроки выучили, когда с работы вернулась Аня, Лизина сестра. Она возникла в прихожей, «дыша духами и туманами» – о ней всегда хотелось так сказать. Такая же тонкая и гибкая, как Лиза, с такими же длинными, свободно сбегающими русыми волосами, она казалась более хрупкой и почти прозрачной. А серые большие глаза и вправду затуманены – будто бы она все еще в своем музее, бывшей Благовещенской усадьбе, полной старинных картин и неясных теней…