Лэя
Шрифт:
Его грызла меланхолия. Он чувствовал, что своими руками пихает Лэю на заклание в гущу интриг Эрианы. Было невозможно представить, как там выживет наивная, не испачканная придворными интригами девочка? Женька не питал никаких иллюзий насчет прелестей средневековых нравов. Не смотря на свои великолепные способности и не по годам развитую интуицию, Лэя будет беспомощной среди козней большого города, и никакие деньги и положение ей не помогут, а то и помешают.
Если учесть, что, по словам ангелов, за ней охотится инквизиция и сам диктатор, то у нее с Заром фактически нет шансов. Нет, он не может отпустить ее одну против всего мира…
Вдруг, как молния в сознании
Все, иду к Булю!" Женька, как пуля, несся к Булю в кабинет. Начальник, конечно, как положено, то ли задерживался, то ли был на совещании, но это Женьку не колыхало ни с какой стороны. Он рванул прямо в открытый астрал и рявкнул, что было мочи:
— Буль! Ангел негодный! Быстро сюда, когда тебя зовут!
Видимо эмоционально-информационный поток был такой мощности, что Буля буквально вышвырнуло откуда-то к Женьке, вместе с недоеденной колбасой в руках.
— Все обжираешься, когда тебя великие дела по спасению цивилизаций ждут!
— Ты чего такого выдумал?! — испуганно спросил Буль. — На тебя смотреть страшно — прямо продукт деятельности доктора Франкенштейна с похмелья! Ты давно причесывался? И не прожигай меня глазками, на мне цветы не растут…
— Зато колбаса растет!..
— Какая колбаса?..
— Тьфу ты!..
Женьке надоело слушать эту лабуду и он, схватив Буля, перетащил того к нему же в кабинет и швырнул на оленьи шкуры.
— Ты скажи прямо, оленевод ангельский — по реалу в моей шкуре хочешь погулять?!
— Женька навис над приятелем выжидающе.
Тот только хлопал удивленно глазами, и вдруг прослезился:
— Женька, ты не понимаешь, что ангелу предлагаешь!
— Спокойно! Прекрасно понимаю!
— А когда же ты вдруг запонимал?.. Э-э, кажется, я догадываюсь, что ты затеял!
Смотри, не мешай амурные дела с цивилизованными, тьфу цивильными, ну то есть сам, короче, знаешь.
— Хоть амурными, хоть ажурными, но Лэю в средневековый вертеп я с этим юным солдафоном не отпущу! Или со мной — или никак!
— Тут ты прав, — согласился Буль, подумав. — Куда не сунься — везде облом! А ты хорошо подумал, ведь в Зарову шкуру лезть придется? Ты ж после этого нормальным человеком уже не сможешь быть!
— Да я и так, давно уже ненормальный человек! Так что нечего и пугать! Ну что, больше возражений нет?! — Женька продолжал прессинговать, совсем загнав ангела в угол яранги.
— Да нет, вроде, — уже примирительно согласился Буль, сам начиная пускать слюни по поводу возможного посещения реала.
— Тогда тебе мое высокое повеление!
Сегодня сливай меня с Заром — от него нужна синхронизация тела, язык Эрианы, и рефлексы владения оружием!— Слушаюсь и повинуюсь! Но ты подумал, что это почти половина Зара.
— Ничего, зато для меня десятая часть только будет!
— Ну, наверно так и есть… Хорошо, пойдет, — согласился Буль.
— Но это еще не все! Я не собираюсь там крушить всех и вся. Я все-таки не убийца.
Так что можешь мне раздобыть знания и рефлексы для какой-нибудь борьбы, типа карате, чтобы иметь там преимущество при борьбе голыми руками? Да, еще! Посмотри, какими они там мечами пользуются, и добавь к их технике владения оружием что-нибудь из современных техник фехтования. Так, чтобы я мог выбивать у них мечи еще до того, как они надумают что-либо делать ими.
— Ты что, из себя супермена решил сделать?
— А что, ты бы предпочел, чтобы из меня, вернее Зарова тела цветные лоскутки нарезали при первой же стычке?! И потом, я сказал, что не намерен там устраивать тупую бойню. А уж если и приспичит помахаться, то только так, чтобы окончить это, как можно быстрее и, как можно с меньшей кровью.
— Все, понял! Разрешите приступить к исполнению?! — Буль даже умудрился прищелкнуть каблуками, которых у него не было.
— Разрешаю! И смотри у меня, чтобы мое тело лелеять и беречь, как зеницу ока!
— Не беспокойтесь, все будет в ажуре! Даже дамами-с побаловать не забудем-с! — Буль ехидно улыбнулся и помчался наворачивать круги по астралу, выполняя задание.
Лэя собиралась с Заром в астрал, а у самой опускались руки. Что-то с парнем не заладилось с самого начала. Он все никак не доверял и думал, что его обманывают.
Хотел чуть ли не драться с инопланетянами, ища в них какой-то подвох. Когда ему попытались объяснить, для чего он с Лэей в астрале, он опять стал спорить, что на Сэйларе все в порядке и ему дурят голову. Сейчас Лэя понимала, что Зар, видимо, чувствовал свою ущербность в знаниях, а его военная выучка, да и что говорить, мужская спесивость, не давала ему с этим согласиться. Вот он и разыгрывал из себя неверующего нигилиста.
К сожалению, понимание причин поведения Зара не могло исправить ситуацию, главной проблемой которой, был недостаточный уровень образования и внутренней свободы парня. Он не умел смеяться над собой, как постоянно это делал Женя, и чему мечтала научиться Лэя. А серьезная, внутренняя жалость к себе приводила к чудовищному осознанию своей мизерности перед знаниями и мышлением чужаков.
Только внутренняя свобода позволила самой Лэе понять, что объем знаний далеко не единственный критерий в оценке личности, и дала ей почувствовать все огромное уважение, которое испытывали инопланетяне к ней, просто, как к личности, не смотря ни на ее знания, ни на звания. Как это сейчас было объяснить Зару, она не знала, тем более что она сама не ощущала такого уважения чужаков к нему, как к себе.
Так ничего путного и не придумав, она болтала с Заром и Хлюпом о всяких мелочах и готовилась к выходу. Хлюп уже спокойно относился к своей роли сиделки при двух крепко спящих телах. Они с Заром выпили по полстакана лекарства и улеглись рядком, головами вглубь пещеры. На изнанке их уже поджидали Женя с Булем и быстро перенесли всю компанию на Лэину полянку. Буль сразу попросил всех закрыть глаза и не удивляться, если у них появятся странные ощущения. Лэя послушно прикрыла веки, но ничего не ощутила. Через некоторое время Буль сказал: