Чтение онлайн

Что до замка, который так хотел отпереть Кеша - его Лизон вскрыла за тридцать секунд. И принадлежал этот замок двери, ведущей в комнату их общего тощего соседа. Соседа звали Сцинк. Впрочем на ящерицу он был действительно отдаленно похож - то ли когтистыми своими тонкими лапками, то ли острым личиком, то ли некоторой бледностью кожи. А еще язык у него был синий. И этот самый Сцинк, которого Кеша в душе называл Великим Химичилом, уже какую неделю таскал на алхимии ингредиенты и инструменты. Рыжему это не нравилось, но и любопытно было что же он такое наварить хочет. Однако даже составив список украденных ингредиентов он не мог понять, что же такое соображает Сцинк.

–

Т-т-так зач-ч-чем тебе г-г-гадюжник Сцинка?
– уточнила Лизон.

– Надо, - сказал Кеша, заглядывая за открывшуюся дверь.
– Фу...

Не то чтобы рыжий не видел в своей жизни неубранных помещений. Видит бог, и сам он развел в своей комнате беспорядок. Но то, что творилось в комнате Сцинка повергло его в пучины брезгливости и культурного шока. Тапки тут же прилипли к полу. Впрочем, не только тапки. К полу прилипли и мухи, и крошки, и грязные салфетки черт знает с чем. От кровати разило так, что к ней Кеша побоялся даже приближаться. На столе стояла газовая горелка, на ней - колба с почерневшим дном. Потолок закоптился. В общем, Сцинк как мог уничтожал выделенную ему жилплощадь.

А вот и то, что так надо Кеше - четыре пробирки с чем-то молочно-белым. Собственность кабинета алхимии.

– Возвращать то, что украли у тебя или у твоего друга считается воровством?
– с сомнением спросил Кешка.

– Н-н-нет, эт-то н-н-н-называется с-с-справ-в...
– взволнованно начала Лизон, но Кеша мягко закончил за нее.

– Справедливостью. Тоже так думаю.

И, с этими словами он сгреб все то, что некогда пропало из лаборатории Торна. Использовать бы это теперь больше не получилось - алхимия, как и химия, любит чистые пробирки, а Сцинк их уже испортил до состояния «не отскребсти». Но не оставлять же вору все это? К тому же кто знает, что наварил этот бледный, явно чем-то болеющий тип. Просмотрев на свет четыре пробирки с неизвестным зельем Кеша сунул их в карман и велел Лизон:

– Запирай, красота. Больше нам здесь делать нечего.

Мужская дружба - странная штука. Протекает она по вечному, не прекращающемуся кругу. Поссорились, подрались. напились, помирились, снова поссорились. Стадию поссорились и подрались Каша с Биллом уже прошли, теперь оставалось только напиться и помириться И вот к этой задаче Кеша решил подойти творчески - алхимик он или нет. К тому же...

– Слушай... рыжий... что ты такое мне вообще втюхал?
– Билл сидел на стуле откинув назад голову и качался на двух ножках.

– А что, что-то не так?
– спросил Кеша, считая парящие под потолком летающие тарелки.

– А это нормально, что вокруг меня маленькие человечки хороводы водят?
– как-то отстранено поинтересовался Билл.

Кеша присмотрелся. Никаких вроде человечков не имелось. Распитая напополам пробирка из-под варева Сцинка одиноко валялась на столе, из пола росли крупные белые колосья. В этих колосьях тонула вся комната. Впрочем, может это были не колосья а трава? Или не трава а шерсть?

– Знаешь, я больше удивлен тому, что мы с тобой такие трезвые, - сказал Кеша.
– Фигня. Лучше бы напились.

– Да нет, погоди, - махнул руками Билл, всматриваясь в потолок.
– Это однозначно поинтереснее алкоголя. Птицы какие-то, рыбы... бабы красивые.

– Везет тебе, у тебя вон... рыбы и бабы... а у меня все травой заросло и инопланетяне под потолком летают, - помахал Кеша рукой, пытаясь отогнать от себя надоедливые летающие тарелки.

– А может просто пошли куда-нибудь?
– предложил

Билл.
– Пошатаемся немного... может что интересное найдем.

Они встали. Кеша ощутил, как земля под ногами плывет. Нет, голова не кружилась, а именно пол качало как палубу корабля в шторм. И при всем при этом сознание оставалось ясным. Ну, если не считать галлюцинаций. Парни переглянулись и пошли. В коридорах к разочарованию Кеши тоже была трава, но в этой траве уже имелись какие-то звери. Многоглазые собаки, сороки с павлиньими хвостами и змеи с птичьими клювами. Билл вцепился в рукав Кеши как клещ и довольно твердо шел следом.

Как-то странно вышло. Шли вроде не долго... а вдруг оказались в саду. Сад разбросал по своей обширной территории общежития как маленький ребенок раскидывает разноцветные кубики. Обычно в саду было скучно и не на что посмотреть, но теперь оно преобразилось, превратившись в поле из колосьев. Зверье куда-то разбежалось, и Кеша понял - грядет что-то странное.

Чувство было такое, будто он стоял на берегу и видел, как к нему катится высокая волна. И он не убегал. Напротив... он хотел, чтобы эта волна накрыла его с головкой.

Нахлынувшее ощущение сложно было назвать удовольствием. Нет, куда там, удовольствие - это такая мелочь. Кешу же захлестнуло и переполнило чувство любви ко всей вселенной. Мир взорвался золотыми красками, с поля колосьев поднялись тысячи бабочек. И среди всего этого стоял как языческий истукан Билли, тоже глядя в небо со счастливой улыбкой. По лицу у него катились слезы.

– Никогда больше не давай мне эту хрень, - сказал он тихо-тихо.

– Жалеешь что согласился?
– спросил Кеша.

– Нет, не из-за этого, - покачал головой парень.
– Просто теперь я страшно боюсь на это подсесть.

– Давай-давай, - подбадривает рыжий.
– Ты мне еще потом спасибо скажешь.

– Тебя надо было не в зеленое, а в синее общежитие запихнуть, - бурчит Билл, хмурясь и откладывая в сторону учебник.
– Там таким заучкам как ты самое место.

– А тебе с твоей ленью самое место в голубой общаге, - фыркает Кеша.
– Впрочем, ты с этими лентяями от скуки умер бы. Давай, пересказывай тему. А то если ты не выучишь эту гребаную классификацию стихийно магии, то Грег тебя завтра без хлеба и соли сожрет.

Билли куксится, морщится, но начинает рассказывать. Видно, что с трудом ему это дается, но он все же старательно выцарапывает у своей плохой памяти то одну ветку магии, то другую, то третью.

– Неуверенно как-то, - хмыкает Кеша, когда друг заканчивает. – Вот вроде и все верно, но ты мямлишь как девка на первом свидании. И как ты только, мошенник, умудрялся у себя на родине людей дурить.

– Да то же люди, - обижается Билл.
– Другое дело - Грег. Такие как он обычно дознавателями работают. Как посмотрит... у меня прям так внутри все и обмирает.

– А может тебе на него тогда не смотреть?
– предложил Кеша.
– Ты лучше это... рассказывай так, как ты обычно блефуешь. У тебя это круто выходит. А на Грега не смотри, мне рассказывай.

– А можно я тебе тоже что-нибудь расскажу?
– раздался из-за спины у Кеши приятный голос.

Он не успевает повернуться, как теплые ладошки опускаются ему на плечи. Пальчики чертовки проходятся по уставшим мышцам - такие теплые и пахнущие корицей, принимаются разминать уставшую шею, потом перемещаются в волосы. Кеше хорошо, Кеше нравится, Кеша в дурацкой улыбке от удовольствия расплывается. На это Билли хищно скалится и просит: