Левант
Шрифт:
Девушка молча обвела троицу взглядом, холодным и безынтересным, и потянулась достать меч, но потом оставила его в ножнах. Гвардеец с саблей наготове некоторое время наблюдал ошеломленными глазами, как черноволосая, на вид хрупкая девушка избивала троих мужчин мечом в ножнах. Те падали, ругаясь, вставали снова и снова падали. Звук глухих ударов раздавался в темном переулке. Вскоре на сырой земле лежали трое с большим количеством ссадин и переломов. А Онвир медленно направилась к гвардейцу.
– Если это помощь, тебя наградят за помощь, – затараторил гвардеец из столицы.
– Мерольд, ты пойдешь со мной, – Онвир направила меч на гвардейца и без эмоций проговорила это, немного задрав подбородок.
За окном уже было темно. Издалека доносилась музыка и голоса людей, дневная торговая жизнь города
– Я тут, мастер, – проговорила девушка.
– Ты почему так долго? Что случилось, все в порядке? – голос Роберта немного зазвенел.
За девушкой в дом зашел гвардеец Мерольд. Лицо его было серьезное и напряженное, а одна рука не покидала рукоять сабли, как бы намекая, что он наготове. Но наличие девы неба рядом сводили эти усилия на нет, и ни Роберт, ни Онвир не обратили на это внимания. Возможно, так просто было спокойнее самому гвардейцу, пусть и обманчиво. Они втроем прошли в гостиную, закрыв дверь и еще раз проверив, не караулит ли кто возле дома и не высматривает ли чего. Разлив по стаканам олус (пиво с добавлением трав и зелий), Роберт не стал ждать со своими вопросами.
– Меня зовут Роберт. Итак, ты был в конвое одаренной? – Роберт понял, что если его Онвир привела, то на то были причины, и это шанс узнать хоть какую-то информацию.
– Был, я был старший отряда из десяти человек. Я Мерольд, хотя это тебе известно. Скажу, как есть, не доверяю я тебе, и пришел только из-за неё. Говори, что тебе нужно, или я ухожу, – глаза гвардейца не переставая бегали между Онвир и Робертом.
– Тогда если говорить, как есть, я ищу беглянку по поручению коменданта Гидеона, чтобы вернуть ее в камеру. Ищу потому что пришлось, и своих интересов никаких нет, – на последних словах путник искренне вздохнул.
– Ты меня видимо дурить решил, Гидеон, как бы не так, решил, чтоб ее нашли. Работаешь на него, значит, с какой стати? – глаза гвардейца засверкали, а голос все больше хрипел.
– Ну, умеет комендант навязать свои интересы, век бы его не видел. Мне позарез надо найти эту одаренную до завтрашнего вечера и сдать ополчению. На остальное мне глубоко наплевать, – Роберт снова вздохнул, подливая себе олуса. – Помоги нам или иди куда шел, угрожать тебе не буду.
– Хорошо, – немного подумав, ответил Мерольд. – Но как найдем, она будет под моим присмотром, только под моим и никаким другим.
– По рукам, расскажи все сначала. В подробностях, если говорить, как есть, зацепок немного у нас, – путник внимательно посмотрел в глаза Мерольду.
– Поймали эту бестию неделю назад, возле деревни Фунгус, это паршивое поселение на краю западной границы с империей Софос, из которой она бежала. Поймал ее какой-то важный хрен из хранителей царства с двумя такими же слугами, как и у тебя. Поэтому и говорю, почему пришел, так как просто мечом с ней не справиться. Заковали они ее в наручи и цепь. Вроде из черного олова сделанную и заколдованную в гильдии. В ней она бессильна, как говорили. Ну и значит, мой отряд также в это время к границе шел, при условии поимки на помощь хранителю. Передали нам ее, мы повели в столицу бестию эту. Думали, плевое дело, как бы не так, – многозначительно посмотрел на путника Мерольд.
– Говори, что дальше было, не томи, – Роберт вздохнул и поудобней раскинулся в кресле, Онвир, что сидела рядом, снова молчала и сидела в неподвижной позе.
– Бестию эту в клетку в повозке посадили, рот замотали, чтоб болтать не могла. До этого она в основном ругалась и выводила бойцов. С виду скажу тебе красивая, но как рот откроет – заколоть ее хочется. На второй день начались проблемы. Сначала, когда проходили мимо седого леса, на нас из тумана кто-то напал. Кто ближе был, говорил призраки какие-то, хотя
тропа была далеко, сам не видел, но двоих так и не нашли наутро. На третий день еще двое сначала бледные полдня ходили, а потом и вовсе околели. На четвертый, возле реки ночью, кто-то напал, двое стрелы в голову схватили, один в грудь, но тоже позже умер. И пришлось мне план менять и до города ближайшего идти. Пришли я, еще двое, с нами заключенная и трое трупов товарищей. Тех двоих больных сожгли, вдруг заразные были. Думал, в городе дадут подмогу, и как-нибудь до столицы доберемся. Но не тут-то было, – на секунду гвардеец замолчал, будто что-то вспоминая. – Гидеон этот помогать мне не шибко рвался, оно и понятно, и нет. Говорит, в столицу напишу, распоряжения ждать будем. Фадик этот непонятный, кто его в десятники взял, тоже не внушил доверия. А город этот своеобразный, как молва ходит. Ну, думаю, переночуем, а потом видно будет. Но на второй день тоже ничего внятного мне Гидеон не сказал. Возле заключенной решил сам дежурить посменно с двумя товарищами. Дальше думаю, знаешь, – почесал лоб Мерольд, смотря куда-то в пол.– Интересно, а куда эти цепи делись? – осенило вдруг Роберта, он посмотрел на Онвир, и та отрицательно покачала головой. Это означало, что на месте клетки их не было.
– Да на полу лежали возле камеры, еще подумал после, что забрать надо было, пригодились бы, если изловить ее, – не поднимая голову, сказал гвардеец, и он не видел бровей Роберта, которые пошли вверх после услышанного. – Дальше я понял, что в гарнизоне этом правды не найдешь и пошел к своему старому знакомому в этом городе. Кто такой не скажу, но знает многое и бывалый мужик. Он-то мне и сказал, что слушок прошел, между местных барыг, что бестию такую купить хотели очень за орого, вроде особенность у нее есть какая-то. Мне он подсказал, где поспрашивать можно про нее. Только не успел я ответов найти, за мной эти бандиты увязались, и думаю неспроста. Успел я только узнать, что есть какой-то человек, Сапфир, и место под названием «Западный везунчик» и что он будет там сегодня ночью. Ну а дальше твоя дорогая меня спасла. Как есть рассказал, – договорил Мерольд.
– А вы когда сюда шли, за вами, надеюсь, никто не следил? – Роберт обвел обоих взглядом. – И ты спрашивать ходил в форме гвардии? – повел бровью путник.
– Ты что думаешь, мы в путешествие ездили, и одежды с собой взяли сундук. В накидке я был, не видно было, где служу, – ответил Гвардеец.
– Значит, наш путь лежит в этот «Западный везунчик», – проговорил еле слышно Роберт.
Время ушло за полночь, по темным улочкам под свет луны, качаясь от выпивки, бродили люди. Троица направилась искать беглянку. Роберт с Онвир пошли впереди и на расстоянии шагов пятнадцати за ними следовал Мерольд. Решение такое приняли, чтобы не привлекать внимания, если их увидит кто-либо из ополчения.
– Онвир, дело приобретает скверный характер. Что-то тут попахивает. Порошок перемещения, как я узнал, просто так не сделать, и он не продается где попало. Он может быть либо у главы города, либо у Гидеона. Но это не точно. Куда делись наручники и цепь? Фадик отчетливо сказал, что убрали только тела. В побеге уже точно замешан кто-то из ополчения. И, возможно, это Гидеон, но зачем он тогда нас нанял? Не срастается картина, мог для видимости своих всех задействовать и с великим огорчением потом сообщить, мол, не нашли. А если и из гильдии ей помогли, то зачем меня найти просили? Тоже непонятно. Имей в виду, вещи я уже собрал, лошади возле дома готовы. Как что, сразу едем подальше, на север, и плевать на все, – Роберт обнял Онвир и говорил ей шепотом это с улыбкой, делая вид, что они пара и гуляют после какого-то заведения. Но тон голоса, если прислушаться выдавал серьезность информации. А девушка в ответ прижалась к нему сильней, подыгрывая ему.
Поместье «Западный везунчик», как оказалось, находилось в той стороне города, кое и дало ему название. От всего его отделяли каменные стены ограды, а попасть внутрь можно было только через большие ворота, выкованные из железа, на их арке красовались четыре коня, также кованных. Ворота были открыты, и пока Роберт со своей спутницей двигались к ним, они могли видеть, как множество людей прошли внутрь. На входе стояло несколько человек в черных одеждах и иногда они останавливали некоторых из числа входивших. За стенами было слышно, что там проходит, какой-то праздник. Огоньки света иногда освещали небо над усадьбой, а звуки женского смеха были все громче.