Летописец: Скрижаль Эльдэриума
Шрифт:
Офицер кивнул.
«Как так вышло, что корабли хирумцев смогли заплыть вглубь Империума?»
Офицер опустил голову.
«Не знаю, ребята. А что касается боя, в котором вы приняли участие… Мы о нем знали… Торговец, снабжающий нас провиантом, хотел пополнить запасы в деревнях и тоже поехал по старой дороге. Но спустя час он примчался обратно верхом на кобыле, едва не загнав ее. Он-то и рассказал нам, что видел, как хирумские солдаты напали на караван. Я объявил тревогу, но, как назло, большая часть нашего отряда была в увольнении. Пока мы всех собрали, наступило утро…»
Потом гвардейцы отправились прочесывать ближайшие территории – вполне возможно, что недобитые захватчики могли где-то затаиться.
– Да… Теперь понятно, откуда у вас такое оружие, – промолвила
– Ты угадала. На следующее утро мы с Леоном отправились в Сальдор, чтобы найти офицера и взять у него обещанную рекомендацию. Связать свою жизнь с войсками мы решили уже давно. Капитана в городе мы не застали, но он, я думаю, предвидел, что мы явимся, и письмо оставил. Больше в этих местах нас ничего не держало, собственно, так и закончилось детство.
Глава 3
В легионе
Путь до Берноста был не из легких. Но дорогу осилит идущий. Несмотря на все трудности, к вечеру шестого дня мы почти дошли. Ночь близилась, и было решено остановиться в придорожном трактире.
Пересчитав деньги, которых было совсем немного, мы с братом сняли комнату, сменили запыленную одежду и спустились в зал поужинать. Все вместе нам обошлось в семь золотых ниалов [9] .
Еда была простой, вкусной и сытной, и после нее клонило в сон. Мы уже собрались встать из-за стола, но тут случилось непредвиденное. По лестнице даже не сбежала, а буквально скатилась хорошенькая девушка. Оглядев зал затравленным взглядом, она бросилась к нам.
9
Ниал – официальная валюта Империума.
«Прошу вас, спасите меня от этих негодяев!» – взмолилась она.
Ее преследовали двое мужчин звероподобного вида. «Заткнись, дура! – угрожающе пробасил один из них и схватил девушку за руку. – А вы, мелюзга, не лезьте не в свое дело».
Не успел я и рта открыть, как Леон, вскочив, схватил со стола глиняную кружку и со всей силы запустил ее в гориллу. Лучше бы он этого не делал… Осколки еще не успели упасть на пол, как в челюсть моего брата врезался не хилых размеров кулак. Леон упал навзничь. Выше я сказал «лучше бы он этого не делал», но на самом деле мой брат все сделал правильно. Воспользовавшись моментом, девушка вырвалась и стремглав кинулась к двери. Ее обидчики рванули за ней, но тут я вышел из ступора и метнул им вслед стул. Мой бросок был удачный – он врезался в спину одного из преследователей, и тот полетел на пол. Второй притормозил от неожиданности и я, войдя в раж, зарядил ему ногой в пах. Он взвыл и свалился рядом со своим приятелем.
В зале было довольно много народу, но желающих подраться больше не оказалось. Наоборот, у нас нашелся защитник: хозяин постоялого двора вытолкал обоих громил, пригрозив им, что если те вернуться, он позовет гвардейцев. Не думаю, что эти парни, оказавшись на свежем воздухе, погнались за девчонкой – да и она уже была далеко.
Я помог подняться Леону. Ничего такого особенного с ним не произошло. Скула распухла, да, но зубы оказались целы. Решив больше не испытывать судьбу, мы поднялись в свою комнатушку, хотя сон, признаться, как рукой сняло.
Ночь прошла спокойно, громилы не вернулись, и с рассветом мы тронулись в путь. К обеду мы подошли к лагерю легиона. Место оказалось примечательным. Лагерь окружали высокие деревянные стены. По периметру высились вышки, на которых стояли дозорные.
Мы подошли к воротам, назвали начальнику караула свои имена и сказали, зачем прибыли. Выслушав нас, он попросил подождать и отправил в лагерь одного из солдат с письмом, которое мы ему передали.
Вскоре солдат вернулся и сообщил, что легат Альнор готов нас принять. Мы прошли в лагерь. И я, и Леон с любопытством вертели головой. Лагерь напоминал нам муравейник – так много там было народу. С кухни тянуло запахом готовящейся еды, и я сглотнул слюнку – есть хотелось зверски. Между бараков сновали солдаты, перетаскивающие
какие-то ящики, из кузни доносились размеренные удары молота.Штаб располагался в двухэтажном здании в центре лагеря. У входа был воткнут штандарт. Солдат, сопровождавший нас, перехватил мой взгляд, подмигнул и развернул полотнище. Мы увидели волчью голову, а в пасти – обрывок цепи.
Комната легата обставлена была скромно. В центре – большой круглый стол, на котором лежали карты. У стенки – стол поменьше, за ним сидел офицер и что-то писал под диктовку брутального мужчины лет примерно сорока.
«Приветствую вас, молодые люди, – поздоровался с нами мужчина. – Я – Альнор. Мой старый друг лестно отозвался о вас в своем письме и просил, чтобы вас приняли в легион. Но, надеюсь, вы понимаете, что наш легион не ополчение, всех подряд в него не берут. Вам придется выдержать несколько испытаний. Во-первых, вы должны продемонстрировать свои знания. Идиоты, не способные написать свое имя, нам не нужны. Во-вторых, я должен убедиться в том, что вы умеете обращаться с оружием. В-третьих, мы испытаем вас на выносливость. Как? Да просто – в полном облачении легионера вы, ребята, пройдете дистанцию в десять миль. Если не загнетесь, буду рад видеть вас в наших рядах. А займется вами сотник Дастер».
«Прошу за мной, юноши», – раздался голос у нас за спиной.
Обернувшись, мы увидели молодого мужчину с нашивками сотника.
«Сотник Дастер – это я. И не думайте, что я сделаю вам поблажку».
Дастер провел нас к какому-то дому и объяснил, что здесь живут старшие офицеры.
«А младшие?» – простодушно спросил Леон.
«А младшие живут вместе с солдатами», – улыбнулся Дастер, и я понял, что бояться его не стоит.
Мы прошли по коридору вдоль ряда запертых дверей, поднялись по лестнице на второй этаж и оказались в комнате сотника. Первое, что бросилось в глаза, – оружие, оно было развешено и расставлено буквально везде, не комната, а оружейный склад. На наш невысказанный вопрос Дастер ответил, что это – трофеи, которыми он завладел в боях. Потом он усадил нас за стол, положил два бланка, придвинул пузатую чернильницу и выдал перья.
«Прежде чем вступить в легион, ребята, вы должны заполнить эти бланки. Но сначала, внимательно прочитайте все пункты. Служить в легионе непросто. Не хочу вас пугать, но военная служба есть военная служба, всякое может случиться. Вступая в легион, вы обязуетесь отслужить двадцать лет. Двадцать, повторю, некоторые и не живут столько. За службу вы будете получать ежемесячную плату. Рядовые солдаты у нас получают пятьдесят золотых ниалов, десятники – триста, сотники – тысячу монет и тысячники – три тысячи. Кроме того, вы будете поставлены на довольствие и вам выдадут снаряжение».
Пятьдесят ниалов для начала и бесплатная еда меня вдохновили, и рука уже потянулась за пером, чтобы подписать бланк.
«А что значит „с. п. 1“ в пункте „Несчастные случаи“?» – вдруг спросил Леон.
«Это ссылка на единый для всех имперских легионов Устав. Там говорится, что в случае гибели легионера, даже если он лишится жизни не на поле боя, его семье будет выплачена тысяча золотых монет», – ответил Дастер.
«Не на поле боя? Это как?»
«Я уже говорил: всякое может случиться. Например, испепеление драконом в процессе проведения банных процедур в реке. Иногда наши корабли атакуют морские чудовища, кого-то утаскивают подземные змеи. Некоторых наших офицеров заклевали их собственные ездовые грифоны… не кормили они их, что ли? В целом список длинный, но не переживайте: кому суждено утонуть, тот не сгорит, – обнадежил сотник. – Ну, есть еще вопросы?»
Мы помотали головой.
«Тогда вперед, мальчики. Надеюсь, вы умеете писать».
С заполнением бланков мы справились быстро, и Дастер повел нас на плац – проверить, насколько мы умеем владеть оружием. Выстрелив из лука, и я, и Леон попали если не в «яблочко», то где-то рядом с ним. А когда нам выдали мечи и предложили пофехтовать с кем-то из легионеров, Дастер был приятно удивлен.
«Кто учил вас владеть оружием?» – сразу же последовал вопрос от Дастера.
«Наш отец, Дастиан, ветеран легиона „Эстендер“», – с гордостью ответил я.