Ледяное сердце
Шрифт:
Если уж честно, то он чаще страдал от ран, полученных в боях, нежели от чего-то другого. А после знакомства с Алисой и это волновать перестало. Больно, да, но ничего опасного. Мелкие раны пройдут, серьёзные некромантка залечит. Так что здоровье блондинки волновало брюнета куда больше, чем собственное. Нет, не только из-за того, что Алиса была первоклассным доктором и прекрасным союзником. Она просто стала слишком близким человеком для Мадары, и он уже ничего не мог с этим поделать. А о близких людях Учиха старался заботиться. Тем более, Алиса стала единственным родным человеком. Никого больше брюнет не подпускал к себе так близко, никому больше так не доверял. Просто выстроил вокруг себя
Мужчина вздохнул и зевнул. Ещё и лекарства практически закончились. Таблетки две осталось, конечно. Но это мало. Значит, завтра предстоит прогулка в аптеку.
– Было бы здорово, если бы дождя не было.
– Подумал мужчина.
– Можно было бы без зонтика пройтись.
Подвинувшись ближе к спящей блондинке, Учиха обнял её. Закрыв глаза, брюнет ещё некоторое время размышлял о жизни и странной штуке в ней, под названием судьба. А потом заснул.
День был пасмурный, но не дождливый. Порой из-за серых облаков даже выглядывало солнце и клочки голубого неба. Впрочем, Мадаре было не до этого. Он был в аптеке, покупал лекарства. Сама аптека представляла собой небольшой магазин, с полками, на которых лежали лекарства и прилавком, который стоял рядом с входом. Сам аптекарь сидел и читал какой-то журнал.
Хлопнула дверь, кто-то зашёл внутрь помещения.
– Куро!
– Послышался сзади знакомый женский голос.
Мадара поморщился. Меньше всего ему хотелось разговаривать с этой женщиной.
– Здравствуй, Манами.
– Нехотя отозвался брюнет, не оборачиваясь.
– Давно ты не заходил, случилось что?
– Да.
– Зачем тебе столько лекарств?
– Дома кончились.
– Раздражённо отозвался носитель Шарингана.
Одним из качеств Манами было выводить Учиху из себя кучей вопросов, зачастую совершенно глупых. Впрочем, женщиной она была красивой, так что можно и потерпеть немного, несколько часиков: всё же голубоглазая, русоволосая молодая женщина с привлекательным личиком и пышными формами. А потом ноги в руки и домой, успокаиваться.
Надо сказать, что в публичный дом Мадара предпочитал не заглядывать и старательно избегал этого. Не то, что бы ему было там неприятно находиться, просто была прекрасная "прививка" от посещения таких мест для удовлетворения своих желаний. А случилось это довольно давно, три-четыре месяца спустя после знакомства с Алисой. Тогда, вернувшись во временный дом после очередной прогулки в квартал красных фонарей, чувствовал он себя не очень. Голова болела, живот тоже, подташнивало малость. Ну, некромантка, то ли из вредности, то ли мстя, то ли просто для профилактики и рассказала ему, какой букет "прелестных" болезней он мог подцепить. Причём часть из них довольно детально описала. Учиху тогда стошнило. А после фразы: "А вообще-то, друг мой, у тебя пищевое отравление" он был готов просто придушить блондинку на месте. Не мог, правда, поскольку слишком сильно тошнило. Зато ругался долго. А девушка попутно предупредила, что лечить его, если он заразится такой дрянью, не будет.
Хотя стоит признать,
что после столь красочного описания мужчина стал обходить бордели стороной и предпочитал искать любовниц себе так. По крайней мере, было несколько безопаснее.
– Слушай, слушай.
– Сказала русоволосая женщина, подойдя к Учихе.
– Скоро фестиваль будет, составишь мне компанию?
– Как скоро?
– Осведомился Мадара.
– Через два дня.
– Бодро отозвалась та.
– Я подумаю.
– Безразлично бросил тот, подходя к продавцу и оплачивая лекарства.
– А сегодня придёшь?
– Вряд ли, у меня дела.
– Буркнул Мадара, выйдя из аптеки, Манами последовала за ним.
– Ну-у... Куро, не будь таким серьёзным.
– Промурлыкала Манами, обняв мужчину.
– Мы же так давно не виделись...
– И что?
– Ну, ты мог бы прийти ко мне...
Женщина провела пальцем по груди брюнета, после чего поцеловала в губы. Учиха нехотя ответил, но тут же прервал поцелуй.
– Мы бы посидели, выпили... Поразвлеклись бы... Что скажешь?
– Хм.... Заманчиво.
– Соглаша-айся.
– Протянула голубоглазая, прижавшись к брюнету.
– Ладно.
– Хищно ухмыльнулся носитель Шарингана.
– Встречаемся как обычно?
– Да, в шесть вечера будешь свободен?
– Вполне.
– Прекрасно. Буду ждать.
– Сладко улыбнулась женщина, поцеловав любовника и ушла.
Учиха вздохнул, усмехнулся и не спеша пошёл домой. Своих любовниц он домой никогда не приглашал и не приводил. Почему? Тут был ряд причин: во-первых, дом всё же не его, а организации Акацуки, так что в любой момент мог заглянуть незваный гость в виде Зецу, Какудзу, Сасори и других личностей. Во-вторых, там была Алиса. Мадара полностью уверен в том, что с любовницы переключит своё внимание на некромантку, поскольку с ней по любому куда интереснее. И вообще перестанет проявлять к приведённой женщине какой-либо интерес. А та ещё придумает себе что-нибудь этакое, может на спутницу его напасть с желанием убить или покалечить. Не то, чтобы носителю Шарингана было жаль таких, совсем нет, сами нарвались. Никаких угрызений совести он не испытывал. Просто следы заметать, да труп куда-то девать довольно хлопотное занятие. Так что Учиха предпочитал сам ходить к любовницам "в гости".
Добравшись до дома, первое, что сделал мужчина, войдя внутрь - это посмотрел на часы. Потом начал разбираться с купленными лекарствами.
– Полтретьего сейчас... Нормально, ещё полно времени.
– Пробормотал Мадара.
Сунув в кухонную аптечку несколько упаковок лекарства, Учиха налил себе чая, сделал бутерброд и, быстро съев импровизированный обед, запил чаем. После чего прихватил оставшиеся лекарства и пошёл в комнату.
Когда он зашёл, то обнаружил Алису сидящую на кровати и что-то увлечённо пишущую. Несколько исписанных листов лежали рядом с девушкой. Мадара хмыкнул, кинул упаковки лекарств на стол, после чего снял плащ и сел рядом с девушкой.
– Думал, уйдёшь, когда проснёшься.
– Ты же сам сказал, что я у тебя жить буду, пока не выздоровею.
– Отозвалась девушка и посмотрела на мужчину.
– Или уже передумал.
– Размечталась.
– Улыбнулся тот.
Алиса слабо улыбнулась и продолжила писать. Брюнет несколько минут наблюдал за некроманткой, после чего взял один из листов, испещрённый неизвестными, слегка островатыми буквами. Какое-то время мужчина пытался прочесть написанное, потом смирился и отложил листок в сторону.