Лачплесис
Шрифт:
Быстро он вооружился, с Буртниексом старым простился
И покинул места, где так много счастья изведал.
В Турайдском замке, в, зале большом, за беседой сидели
Кангарс и Дитрих и замка хозяин Каупо-куниг.
Немец пронырливый Дитрих быстро сумел, незаметно,
Властно-горячего Каупо сетью своею опутать.
Много рассказывал кунигу Дитрих о землях немецких,
О городах, о науках, о славе князей иноземных
И о единственно праведной вере, которая в жизни
Святость даёт,
Дальше рассказывал Дитрих о римском великом владыке,
Как он с общиною рыцарей верных решил всем народам,
Мир населяющим, преподнести свою правую веру.
Дитриху Кангарс поддакивал, а, простодушный, их слушал
Каупо и сомневался он в силе богов своих древних:
Дитрих ему рассказал, что прибыл корабль из немецких
Стран, что заморские люди хотели бы обосноваться
Здесь - при слиянии Ридзини с Даугавой город построить.
И говорил, что большая была бы для Балтии польза,
Если бы город построить куниг позволил пришельцам.
Дальше читал ему Дитрих послание римского папы,
Тот, мол, приветствует Каупо, шлёт ему благословенье
И приглашает его погостить в прославленном Риме.
Дитрих ещё говорил, что Каупо сам тогда сможет
Видеть воочию дальних земель чудеса и навеки
Дружба святого отца в честь ему будет и в славу.
Каупо подумал: "Не худо б немецкие земли увидеть".
Так посланье святого отца его сердцу польстило,
Что обещал разрешить иноземцам он город построить.
Сам же на их корабле плыть решил он в заморские земли.
Дитрих ему обещал сопутствовать всюду и в Риме
К папе его отвести самолично. Они после ночи
Велей решили, не мешкая, сразу же в путь отправляться.
Минула велей ночь, и наутро у Ридзини устья
Много народу в большом оживленьи шумно толпилось.
Грузный немецкий корабль у причала качался на пенных
Даугавы волнах. Купцы отплывавшие спешно меняли
Разный немецкий товар на мёд, на меха дорогие.
А остававшиеся иноземцы уже нанимали
Ливов и латышей строить город у Ридзини устья.
Вскоре подъехал старейшина Каупо. Сопровождаем
Дитрихом, сел на корабль он под громкие крики приветствий.
Став на высокой корме, обратился Каупо к народу:
"Братья мои дорогие! Дошли ко мне дивные слухи
О несказанно богатых, прославленных землях немецких.
С немцами дружбу поэтому я заключить предлагаю
И разрешить им на нашей земле свой город построить,
Чтобы отныне торговые здесь пролегали дороги,
Чтобы цвела наша родина, множилось наше богатство!
Дабы проверить чудесные слухи о Западе, сам я
Еду в Неметчину и обо всём расскажу вам, вернувшись,
Что я там видел и что нам потребно для нашего блага.
Ждите меня терпеливо
и с немцами дружно живите!""Славный да здравствует Каупо! Пускай живут иноземцы,
Коли с намереньем добрым они нашей дружбы желают!"
Так, восклицая, народ отвечал старейшине Каупо.
Поднял якорь корабль, подгоняемый ветром попутным,
Двинулся. Вслед ему шапками с берега люди махали.
Кангарс-святоша остался на суше. Он-то всех лучше
Знал, что за дружба с балтийским народом надобна немцам.
Кангарс и Спидала - Спидала тоже корабль провожала,
Оба с коварной усмешкой глядели вслед уплывавшим:
Всё ж был один человек, что зловредный их замысл проведал...
"Калапуйса победитель - Лачплесис тут!" - в народе
Слышались возгласы. Дружно толпа раздалась, пропуская
Витязя. Он осадил скакуна, покрытого пеной,
На землю спрыгнув, направился к Кангарсу он и угрюмо,
Грозно спросил его: "Старый злодей! Отвечай мне немедля:
Где моя Лаймдота, Буртниекса дочь? Или череп
Я раздроблю тебе; знаю я хорошо, кто виновен
В исчезновеньи её!" Не успел ещё Кангарс придумать,
Что бы ответить, как Спидала, вдаль указавши рукою
На уплывающий быстро корабль, ехидно сказала:
"Там она! Вместе с парнями немецкими за море едет!"
Юноша гневно воскликнул: "Злодеи! Убийцы народа!
Люди, не слушайте этих обманщиков!
– Я-то их знаю!
Кангарс бесчестный и Спидала адовой нечисти служат,
Ради корысти своей продают и народ свой и веру!
Также не верьте и этим пришельцам, немцам коварным,
Если вам дорога свобода и прадедов вера!"
Но пока обвинение страшное это в безмолвии
Слушали люди, Кангарс с духом собрался и быстро
В этот опасный решительный миг (ибо мог потерять он
Мигом всю добрую славу свою, что нажил годами)
Заговорил: "Юный витязь мой! Будь в твоём обвиненьи
Истины сотая доля, пускай меня Перконс раздавит
Здесь же на месте. Но ведомо мне, что тебя обманули.
Верь мне: за благополучье сородичей наших ответит
Каупо, который и сам плывёт с ними в дальние страны,
Чтоб самолично рассказы людей чужеземных проверить.
Слушай, и сам ты своё обвиненье признаешь напрасным:
Лаймдоту не похищал никто. Сама захотела
С Кокнесисом, - его она втайне и раньше любила,
Сесть на этот корабль. А тот ведь давно уж проведал,
Что собирается Каупо ехать в немецкую землю
И из дружины своей взять юношей самых толковых,
Чтобы премудростям всяким заморским они обучились.
Кокнесис очень хотел с ними за море ехать учиться.
Прошлою ночью обоим им с Лаймдотой выпал удачный