Кузины
Шрифт:
Домашний уют
Тетя Нене сказала что скучает по уюту своего домика где она жила со своей престарелой матерью, также матерью моей мамы и тети Инграсии и нашей общей бабушкой, и что в этом священном месте она чувствовала себя счастливой потому что восхищалась своей матерью и когда у них появлялись деньги от ее брата – тут я не стану углубляться в родственные связи – они покупали печенье и сладости и красное и белое вино, и вдвоем пировали разговаривая о старых временах и что она не знает что бы она делала без матери. Я ей сказала, что бабушка такая старая что может умереть в самый неожиданный момент и она влепила мне пощечину. Тогда я прошипела ей на ухо что это она устроила преступление против ребенка Карины и ангелы-хранители детей ее накажут. Несчастная
Дома у нас был телефон который зазвонил примерно через час после ухода Нене, и ее плачущий голос в трубке сообщил нам что бабушка лежит в кровати холодная, то есть мертвая.
Мы все пошли к ней, даже Бетина в своем инвалидном кресле. Мы нашли тетю Нене в гостиной, сидящей на диване с бабушкой на коленях, всхлипывающей мамочка моя… мамочка моя… мамочка моя…
Пришли двое бабушкиных сыновей, братья Нене и мамы, а также Инграсии и Даниелито, которых вы уже знаете, но даже все вместе они не смогли отцепить тетю Нене от бабушки.
Один тянул на север, другой на юг, третья на запад и четвертая на восток. Я закричала что они ее сломают как мою куклу Нене, которую мне подарил дон Санчо муж Нене, и они перестали так сильно тянуть и дергать в разные стороны, и так как бабушка была холодная и твердющая они положили ее на кровать и с трудом закрыли ей глаза потому что веки стали похожи на сухие листочки и было неприятно видеть что она нас больше не видит, но усопшим и не нужно смотреть, и они сказали что надо позвонить в похоронное бюро чтобы заказать для нее гроб от чего тетя Нене завыла мамочка моя я не позволю ее закрыть не позволю ее закопать… Тогда позвонили медсестре, которая пришла и дала тете успокоительное и она заснула на диване с открытым ртом из которого у нее вывалилась вставная челюсть, которую я подняла и бросила в унитаз.
Так я отомстила за слезы Карины. Мне было интересно наблюдать за тем как приехал траурный катафалк и как бабушку положили в гроб. Ее уже завернули в саван и она казалось старенькой-старенькой.
Пришли соседи и какие-то родственники, которых я не знала.
Бетину спрятали на чердаке среди ненужных вещей, чтобы избежать неловкостей с газами с какашками и с мочой. Дом был битком набит и пришедшим подавали кофе в маленьких чашках. В это время мало кто действительно скорбит об усопшем, потому что все разговаривают и смеются, пьют кофе и если есть чего пожевать не отказываются и от этого.
В этот момент проснулась тетя Нене и с волчьим воем снова завопила свое моя, моя, грубо расталкивая родственников и друзей подходивших к преставившейся бабушке…
И просила дать ей бабушку чтобы она отнесла ее в спальню потому что пора пить чай. Когда она дотронулась до тела, то завопила почему вы ее оставили на холоде, она замерзла, замерзла. Потом она закричала что у бабушки не хватает зубов. И заплакала уже не по бабушке а по зубам в которых были золотые крючочки.
Она пошла на кухню и принесла котелок с углями чтобы согреть свою маму, мою бабушку, и поставила его под гроб потому что никто не захотел вмешаться и воспрепятствовать этим действиям которые только усугубили бы трагикомедию.
Когда я думаю, я могу произносить красивые и умные слова, которые недоступны мне в устной речи.
Оставалось еще несколько часов до того как покойную нужно было везти на кладбище и хоронить, но жар от котелка потихоньку ее надувал и она уже не была тоненькой, она поправилась и порозовела, хотя запах от нее шел неприятный. Господин из похоронного бюро попросил убрать котелок, потому что жар ускорял процесс разложения, а тетя Нене врезала ему со всей силы и господин поспешил удалиться в то время как мухи бодро влетали в комнату и направлялись в сторону спящей, и тетя Нене отгоняла их испанским веером который ей подарил дон Санчо, единственный из родственников кто не пришел. Не знаю, считался ли он родственником. Он не пришел. И к лучшему.
Запах густел, и многие стали выражать соболезнования и исчезать пока тетя Нене с веером в руках сражалась с мухами облаченными в синий с зеленым отливом и поющими
песни алчности.Черные коровьи глазищи тети Нене глядели на немногих присутствующих, а бабушка продолжала надуваться. Тетя Нене сказала, видите, как она поправилась? Медсестра дала ей успокоительное и тетя Нене снова провалилась в беспамятство, чем люди из похоронного бюро воспользовались чтобы закрыть бабушкин гроб и поработать мухобойкой чтобы очистить воздух.
Оживившаяся тетя Нене хотела увидеть свою маму, но ту уже закрыли крышкой и тогда Нене упала и стала биться головой об пол требуя увидеть маму. Какой-то священник попросил выполнить просьбу столь преданной дочери. Тогда крышку чуть-чуть отодвинули и тетя Нене завопила, что ее подменили, что это не лицо ее любимой мамочки а рожа какой-то жабы. Медсестра снова ее усыпила. Когда пришло время везти бабушку-жабу на кладбище, тетя Нене ушла в глубь дома приговаривая: мама, жабу уже унесли, можешь выходить.
Семейная радость
Тетя Нене теперь должна была жить одна, но она стала рассказывать как готовит ужин себе и маме и все поняли, что у нее крыша поехала, и решили что кто-то должен с ней остаться на время, пока она не придет в себя в чем никто не сомневался, потому что такая здоровая женщина как Нене вполне способна оправиться от нервного расстройства вызванного неизмеримой болью от смерти матери. В этот момент объявился учитель рисования извиняясь за то что не пришел раньше на помощь нашему горю. Он сказал что хотя и не имеет чести быть кровно связанным с болящей, он совершенно готов присмотреть за ней и приготовить еду, и предположил что кто-то еще мог бы составить им компанию потому что друзья познаются в беде.
Даниелито предложил заплатить медсестре и она согласилась, и я тоже решила остаться за компанию.
Пока тетя Нене ходила между кухней и гостиной накрывая на стол и варила на кухне картошку, бататы и яйца, а также другие овощи и немножечко мяса оставшегося от вчерашнего рагу, я поставила две картонки – я всегда носила их с собой – и действуя по вдохновению, быстрыми мазками выполнила образы навеянные многочисленными событиями этой трагической недели, словно сошедшими с картин Гойи. Я уже говорила, что мое внутреннее я разбиралось в деталях и образах, и весьма отличалось от видимой всем дурочки которая изъяснялась без точек и запятых потому что точки и запятые сбивали ее с толку и она путалась в словах. Иногда я ставила точку или запятую чтобы отдышаться, но всегда предпочитала общаться устно и быстро чтобы объясняться понятнее и избегать пауз которые раскрывали мою неспособность к словесному общению, потому что слыша свой голос я путала мысли звучавшие в голове и шелест произнесенных слов и замирала разинув рот, думая о том что бывают слова толстые и тощие, слова черные и белые, слова безумные и мудрые, слова спящие в словарях и никем не используемые. Здесь например я поставила запятые. И точки. Но теперь мне надо выйти во двор подышать и поразмышлять во дворе обрамленном клумбами растений усыпанных красными цветами, много, много, много цветов и они еще называются недотроги или семейная радость и как-то вечером я хотела сорвать веточку чтобы поставить в вазу на столе в гостиной у бабушки которая теперь стала гостиной тети Нене но они мне сказали что эти цветы им не нравятся они дикие и не подходят для букета и тетя Нене выплеснула их вместе с водой на клумбу а пустую вазу поставила на стол.
И так как мне хотелось украсить черный овальный стол без скатерти в гостиной, я налила в вазу воды из-под насоса и срезала несколько цветков семейной радости и мне понравилось.
Учитель помогал Нене чистить картошку и бататы и мыть другие овощи и пошел купить мозговую косточку чтобы еда была вкуснее. Мне не хотелось есть.
Мы сели за стол учитель, медсестра, я, а тетя Нене ходила туда-сюда со всякой снедью. Я заметила что она поставила тарелку для бабушки но бабушки не было.
Она спросила мама хочешь добавки и сама же ответила разве что немножечко, спасибо милая, и я испугалась потому что голос был бабушкин хотя бабушку уже похоронили и она небось взорвалась там от перегрева котелком который Нене поставила под гроб и от которого бабушка надулась как шарик.