Чтение онлайн

— Хозяин, хозяин! — Эган услышал знакомый женский голос. — Это я!

Открыв дверь, он впустил Кору. На женщине тоже был белый плащ.

— Я побежала за вами, господин! На улице холодно, поэтому я схватила ваш плащ. Простите! — сказала Кора, и задала встречный вопрос: — Чья на вас кровь?

Эган только собирался было ответить, как внезапно окно громко скрипнуло, и в комнату ввалился синий дракон. Он принял человеческий облик, вытер с лица слюни.

— А где Лали? — спросил мальчик.

— Кто такая Лали? — не понял Эган.

— Моя названная сестрица, — ответил он. — Мы познакомились в Кастисе, когда ездили за мукой для чаганцев. И быстро

подружились, потому что я ей напомнил её братика, который умер слишком рано: сорвался с крыши и убился. Ну она так сказал мне.

— Я зашёл в первый попавшийся дом, — вздохнул Эган. — Я не знаю, где ты хочешь её найти!

— Я очнулся на улице. Почувствовал запах Лали. Вернулся в этот дом, — закапризничал мальчик, принюхиваясь: — Здесь её запах. И мой. Значит, мы здесь были.

— Это уже неважно. Иди домой.

Кивнув, мальчик ушёл. Но в дверях он обернулся и сказал:

— Меня похитили люди. Я не знаю, что они со мной хотели сделать. Я теперь не знаю, можно ли им доверять. Глава Эган, вы точно правильно поступаете?

Глава тяжело вздохнул. Мальчик ушёл.

— Хозяин, люди теперь знают, что вы — дракон, — сказала Кора. — Что дальше?

— Как раньше уже не получится, — ответил Эган. — Придётся менять тактику.

— Поняла.

— Иди в постоялый двор. Теперь он твой.

— Хозяин!

— Не спорь. И не теряй контроль над собой!

Кора кивнула и ушла. Эган снял с себя плащ и нашёл какие-то одежды. Одевшись, он сел за стол, нашёл пузырёк с подсохшей тушью и бумагу. Плюнув в тушь, он обмакнул кисть и начал писать, держа её в правой руке.

Улица Тихого Шелеста, Павильон Неприкаянных.

Сэнда помнил о том, что Виен может оказаться следующей «куколкой», поэтому, к великой радости самой девушки, напарник главы привёл её в Павильон. Здесь было прохладно и тихо, через приоткрытые окна периодически доносились приглушённые крики то из Северного округа, то из Южного, то из Западного. Но девушка почти не обращала на них внимания: как и все чаганцы, за год она уже привыкла. Поэтому, услышав очередной дикий вопль, чаганка просто молча села напротив Сэнды. Вокруг царил полумрак: большой зал освещало всего пара алых фонарей. Девушка поёжилась и села поближе к одному из них. Тени легли на её вьющиеся волосы.

Лит поднялся по ступеням Павильона, ногой открыл дверь и заорал так, что вся тишина, царящая в пустых комнатах Павильона, разлетелась стаей чернокрылых птиц:

— Хиша!!!

Гиена, забежавшая следом за ним, завыла. На кухне что-то звякнуло. Послышались быстрые шаги, и в прохладный зал быстро вошла встревоженная Хиша. Увидев бледную девушку на руках главы, она побежала в дальние комнаты. Лит почти бегом пошёл за лекарей.

«Выходит, Виен не была следующей?! Или случилось что-то ещё? Мне остаётся только ждать», — подумал Сэнда, взглянув он на незнакомку.

Сердце Виен болезненно кольнуло, когда она увидела чаганку, которую глава нёс на руках. Виен так напряглась, что её начало даже потряхивать.

Лит топтался у порога, искоса глядя на то, как Хиша быстро зашивает рану на животе у бесчувственной чаганки: несмотря на пышное телосложение, лекарь двигалась быстро и проворно.

— Хиша, — сказал он. — У меня есть

пара мыслей. Хочу посоветоваться с тобой.

— Конечно, глава! Говорите! — ответила девушка, отрезая нитку.

— Я видел, как человек, укушенный болтуном, сам стал болтуном, — задумчиво произнёс Лит.

— Мы все станем болтунами. Это вопрос времени, — просто ответила девушка.

— Он обратился только когда увидел, что его близкие в опасности.

— А вот это уже интересно… — девушка замерла с ножницами в руках.

— Как думаешь, может ли ненависть быть тому причиной? Может, поэтому все заболевают постепенно? Во всяком случае, живые.

— Думаю, может, — кивнула девушка. — Но невозможно же не испытывать ненависть!

— Да, — согласился Лит. — Я тоже ненавижу всех преступников. Особенно Тэ, который истребляет мой город. Но я же не стал болтуном!

— Потому что вы понимаете, что людей ломают другие люди, — улыбнулась Хиша. — Поэтому вы не испытываете чистую ненависть.

Лит вздохнул — Хиша был права.

— И остаётся непонятным, почему тогда мёртвые поднимаются, — добавила девушка. — Они-то уже точно ничего не чувствуют!

«Я ощущаю себя бесполезным идиотом», — подумал Лит, выходя из комнаты. Гиена вышла следом. Откуда-томдонеслись приглушённые крики болтунов.

— Но ваши мысли не лишены смысла, — крикнула Хиша ему вслед. — Любовь — воскрешает. Ненависть — убивает.

Лит спустился к себе в подвальную комнату и оглядел гробы, разбросанные в порыве гнева. Подняв один гроб, мужчина увидел сломанную вешалку. Вздохнув, глава опустил гроб, сел на него, подпёр лицо рукой и задумался над тем, что сказала Хиша. Придя к выводу, что надо спросить насчёт «оживших» мёртвых у одного баша, Лит спрыгнул на пол и наступил на лапу гиены, которая только-только улеглась возле ног хозяина. Зверь взвизгнул и заскулил. Глава чмокнул гиену в макушку, потрепал по ушам и вышел из комнаты. Лит поднялся из подвалов, быстро прошёл по главному залу, не глядя по сторонам, и вышел из Павильона.

— Ба! Опять он нас не заметил! — возмутился Сэнда, провожая его взглядом. — Придётся ждать, когда он вернётся.

Гиена, уже уставшая бегать туда-сюда, просто улеглась у ног мужчины и зевнула.

— Может, тебе какую-нибудь книгу принести? — заботливо спросил Сэнда у Виен. — Могу стащить что-нибудь у Лита. Правда, у него там про трупы написано…

— Нет, спасибо! — скромно улыбнулась девушка, передёрнув плечами.

Но мужчина всё равно сходил в подвалы, нашёл какую-то книгу с легендами в комнате друга, вернулся в зал и положил её перед девушкой.

— Спасибо, — улыбнулась Виен.

Мужчина улыбнулся той улыбкой, которая всегда предназначалась для девушек.

Плащ с овечьей шерстью грел хорошо. Мужчине даже стало жарко, несмотря на прохладу, поэтому он снял его, положил его на стол и задремал, положив плащ под голову. Гиена, устроившаяся у его ног, опустила голову на лапы, вздохнула и тоже задремала.

Девушка медленно листала книгу, не различая буквы: перед её глазами так и стоял образ главы с какой-то чаганкой на руках. Наконец одно слово заставило девушку встрепенуться: Чаритон. Виен прочитала его ещё раз. Потом ещё раз, чувствуя трепет, который внезапно накрыл её с головой подобно морским волнам, согретых солнцем: эта книга была летописью рода главы. Первая запись датировалась больше тысячи лет назад.