Крылья
Шрифт:
Заметив вошедшего Итина, Шантас, сидящий к нему лицом, – простой и добродушный Мастер, – помахал ему рукой и громко крикнул:
– Гляди-ка – Итин! Давай к нам, Этаналь!
– Итин? Да, иди, садись, парень! – поддержал его Мастер Ахалис.
Итин робко остановился, смущенный вниманием, а затем прибавил шагу и уже через мгновение отодвигал массивный стул. Ему сразу же налили вина, и он, потягивая из кубка чуть кисловатый, приятный и легкий напиток, прислушался к беседе.
– Похоже, к дороге вернемся не скоро. Там пока опасно, – продолжал Мастер Халт прерванный появлением Итина разговор. – Хотя арайцев в Тарийском лесу поуменьшилось,
– Я слышал, что многие арайцы вернулись назад через то же ущелье, – вставил Мастер Шаней.
Опять они говорят об этом проклятом ущелье…
– Его следовало бы запечатать, – задумчиво произнес Халт.
– Так пусть бы эти пятнадцать дуралеев, что слушали Кодонака, когда не нужно, и запечатали бы его. Обвал бы, что ли, сделали! – с досадой произнес Дрелар.
– Для них это дело не одного дня. Строить – не разрушать, – ответил ему Халт. – Там легче сделать стену и поставить гарнизон стражей границы.
– Опять нам придется прибираться за этими смарговыми сынами хаоса… – вздохнул Дрелар.
– Похоже, придется, – подытожил Шаней. – Мы тут слышали, – сменил он тему, обращаясь к Ахалису, – что ты решил покинуть Город Семи Огней и обосноваться среди горцев, так тебе там понравилось.
– Что, приглянулась местная красотка? – подмигнул ему Дрелар.
Ахалис засмеялся:
– О! Эти местные красотки! Скажу вам по секрету, – он понизил голос и наклонился над столом к собеседникам, – что любая из них могла бы поспорить длиною своего носа с Кодонаком, раздери меня Древний!
Раздался дружный хохот.
– Так зачем же ты там решил возвести целый город? – не переставая смеяться, уточнил Шаней.
– Ну построил пару домов… – Ахалис улыбался. – И скажу вам откровенно – сугубо ради своего спокойного сна. Знали бы вы, в какой тесноте меня поселили и какие неудобства пришлось мне терпеть! У этого старейшины двенадцать детей – вы только представьте! Младшему не больше пяти, а старший привел в дом невестку, и они уже успели внести свой посильный вклад в дело продолжения рода горцев: их младенец орал всю ночь напролет. Когда я после трех таких бессонных ночей вышел наутро из дома, словно после отлива Силы, каких у меня не бывало с первых лет Академии, я решил, что не успокоюсь, пока не построю дом с отдельной комнатой, стены которой не пропускают звуков.
– Да-а-а… – протянул, усмехаясь, Торол. – Мы верим тебе насчет дома. А башня? Ее ты соорудил тоже, чтобы прятаться от орущих младенцев?
– Башня? Я соорудил?..
Итин застыл и весь обратился в слух.
– Да, башня на горе Волков. Я ее, конечно, не видел, – вставил Шаней, – но те, кто видел, говорят, что она на диво хороша: так хороша, что ей бы украшать берега Тасии-Тар, а не деревню горцев.
Итину казалось, что его сердце колотится еще сильнее, чем на той узкой тропе в горах.
– Хороша!.. – Это протянул задумчиво Мастер Шантас: он и Ахалис оставались еще у горцев с неделю после того, как Мастера Перемещений забрали вместе с первыми эвакуируемыми Строителями и Итина. – Не то слово «хороша» – если б ее увидел Тотиль, то кусал бы себе локти от зависти! «Песнь горного ветра» – так назвали ее горцы.
«Песнь горного ветра…» – беззвучно повторили губы Итина, лучшего названия он бы и не придумал. «На диво хороша»?!
– Так кто же ее построил? –
спросил Халт.Мастер Ахалис лишь пожал плечами.
– Среди твоих ребят новый Тотиль, а ты не знаешь? – Шаней сделал удивленное лицо.
«Новый Тотиль»? Итин боялся, что щеки его сейчас пылают, как огонь на знамени Тарии, а стук сердца слышно громче, чем голоса говорящих.
– Кем бы он ни был, но он не признается, – засмеялся Ахалис. – Впрочем, рано или поздно мы узнаем, кто это. Моих-то ребят не так уж и много – да и скрыть свой Дар не под силу ни одному отмеченному им.
То, о чем говорили дальше, Итин не слышал… «Новый Тотиль… На диво хороша… Песнь горного ветра…» – повторял он про себя, и внутри было так сладко и так радостно…
Те же слова он шептал, когда выходил из Резиденции и шел улицами Города Семи Огней. Было уже темно. Он не сразу понял, что фигуры, возникшие впереди в свете уличных фонарей, преграждают дорогу именно ему. Но когда высокий светловолосый парень сделал шаг вбок и, оказавшись прямо перед Итином, навис над ним, он по-настоящему испугался.
Их было пятеро. Парни младше его, но именно Итин сейчас чувствовал себя сейчас более юным и слабым.
Двое высоких, на полголовы выше Итина, широкоплечих молодых людей – белокурый и черноволосый – стоят ближе всех и настроены, похоже, наиболее агрессивно. Хрупкий юноша, совсем мальчик, с раскосыми глазами, был даже ниже Итина, но смотрел так, что становилось дурно. Пухлый розовощекий крепыш с русыми по плечи волосами тоже сурово хмурился. И последний – у него волосы хоть и подобраны высоко на макушке, но все равно почти доходят до пояса, – молодой Одаренный. Хорошо хоть оружия ни у кого нет – значит, не боевые Мастера.
Белокурый больно толкнул его в грудь. Итин попятился назад, закрываясь руками.
– Эй ты! Строитель! Из-за тебя все началось!
– Из-за тебя изгнали Кодонака! – подключился черноволосый, тряхнув кудрями.
Итин уже догадался, что дело касается суда над Командующим Золотым Корпусом. Его винят в том, что произошло. Да он и сам уже не раз винил себя.
– Что, возводить глухую стену из ложных обвинений тебе так же легко, как из камней? – Вновь светловолосый: он наступает, ударяя Итина по предплечью.
– Я не… – лепечет Итин.
– Думаешь, твой Дар лучше, чем Дар Стихий? – Парень вновь больно толкает его, на этот раз – ладонью в грудь, его глаза горят, зрачки расширены, земля под Итином начинает подрагивать.
Этот парень не Мастер Силы – еще слишком молод, но он вполне может быть студентом с Даром Разрушителя. Он способен причинить вред Итину. «Новый Тотиль» запаниковал.
– Можешь строить? Что ж, попробуй построить для себя надгробие, а мы с Тико организуем тебе могилу! – Перед мысленным взором Итина возник образ надгробия с застывшим в камне человеком, возводящим башню… он тут же прогнал видение.
Парень действительно призывает Дар… Мостовая потрескивает под Итином. Разгневанный Разрушитель вполне может похоронить его под камнями Города Огней. Страшно, как никогда. Даже на той тропе было не так…
Тико – это, наверное, тот полный… В его глазах мелькает тревога, и он осторожно придерживает за предплечье светловолосого приятеля.
– Шос… мне кажется… – запинаясь, говорит он.
– Он заслужил, Тико! – выкрикивает кудрявый парень.
Тот, что с раскосыми глазами, буравит Этаналя взглядом. Итин, отступая, уперся в стену. Он готов слиться с ней… Исчезнуть бы отсюда, как Мастеру Перемещений…