Чтение онлайн

– Не успел.
– Губы не слушались, онемев.

– Это был он.
– Маг убрал меч в ножны.
– Его снаряд. А потом этот гад пошел грабить казну, и жить безбедно где-нибудь далеко...

– Спасибо.

– Теперь, я тебе ничего не должен.

– Погоди, я с тобой.
– Айрин поспешила за магом, хотя тот явно в её компании не нуждался.

Перед телепортационной башней толпился народ. Однако ближе трех метров к строению никто не подходил.

– Что здесь?
– спросила Айрин, переводя дыхание. Идти ей было тяжело, а Ивен, двигавшийся

механически, спутницу не ждал.

– Майорин зашел внутрь.
– Борец кивнул на башню.

– Он с ума сошел?
– опешила девушка.

– Он ранен. Кажется сильно. Мы поняли только, когда...
– Хельм и сам едва стоял на ногах, если бы не меч, на который колдун опирался, может и рухнул бы.

– Айрин!
– Ерекон заметил дочь, крутящуюся около колдунов.
– Иди сюда.

– Как ты его отпустил?
– накинулась она на отца.
– Его же там убьют.

– Я ему не нянька. Расходитесь! Покинуть пределы цитадели. В город!
– гаркнул воевода.
– Уходим в город! К тебе это тоже относится, дочь.

– Но там...

– Не сегодня.
– Отец крепко сжал руку дочери и потащил за собой.
– Сегодня ты со мной спорить не будешь.

– Кажется, приходит в себя. Господин Хенрик, ваш инессец очнулся!

– Цапл, ну с чего он стал моим?
– Аарский встал над постелью, где лежал колдун.
– Хорошая работа, молодец.

– Кого бы доброго зашили.
– Целитель с брезгливостью поглядел на колдуна.
– Столько раненых, столько убитых. Всё из-за них! Пришли на нашу землю, со своими порядками. Зарезать бы...

– Что не зарезал?
– спросил спасенный.

– Я целитель, а не убийца. Могу я идти?

– Можешь.
– Отпустил его Аарский.
– Как себя чувствуешь?

– В дохе... во внутреннем кармане, дай...

– Льена, поищи.
– Велел маг. Женщина пошарила по карманам, достала фляжку и протянула колдуну.

– И что там?
– поинтересовался маг.

– Не ивийа тер.
– Колдун подцепил пробку, но пальцы не слушались. Аарский забрал у него флягу и открыл. Понюхал.

– Подхлестываешь себя? Боишься спать?

– Если я утром не выйду из этой башни, нас всех взорвут.

– Я помню. И что ты предлагаешь?

– Сдайся. Скажи своим не сопротивляться. Вели сдаться войскам государя, убережешь много жизней.

– Они не пойдут.
– Аарский повернул голову, наблюдая за своими людьми.
– Они вас ненавидят гораздо больше меня.

– Редрин жив.
– Майорин приготовился и мужественно отпил из фляги.
– Дрянь какая... Ты соврал.

– Я говорил правду.
– Заупрямился маг.

– Ерекон сказал, что жив. Если не ты врал, то тебе врали. Ред жив, здоров и переловил всех твоих шпионов. Так что можешь меня убивать.

– Цапл меня не простит. Он три часа разбирался с твоими кишками, а я тебя убью.

– По-моему он только порадуется.

– Нет.
– Аарский задумчиво пожевал губы.
– Никто не любит, когда гробят его работу.

– Сдайся, Хенрик.

– А что с ними будет, ты мне скажешь?

–

Суд. Взрослых лишат дара, детям почистят воспоминания. Наемников отправят на каторгу. Сам знаешь.

– Мои маги, великолепно образованные, обученные, будут дробить камни и валить лес? Пусть лучше взорвут.

– А дети?

– Воспоминания нельзя стереть полностью. Кое-что остается. Всегда.

– Не так много. Поможешь сесть?

– Стимулятор подействовал? Лежи. Цапл светило, а не божество.

– Чего ты хочешь, Аарский?

– Спасти своих людей. Мой народ, если тебе будет так понятней. Сохранить их дом, их права, их землю.

– И спастись самому?
– зло спросил Майорин.

Маг ухмыльнулся, ухмылка у него была нехорошая, неприятная.

– Ваши с удовольствием разорвут меня на части, я понимаю, Марин, я не глуп. Нет, я умру. За них умру.

– Я тебе не верю.

– Кто я, по-твоему? Сумасшедший? Садист? Маньяк?

Майорин промолчал, но по лицу можно было догадаться, что спорить он не намерен.

– Каждый имеет право на свое мнение, мы свое выразили.
– Продолжил Хенрик.

– Право? Твое право стоило многих жизней.

– Так оно и бывает.
– Аарский глубоко вздохнул, откинул со лба короткую челку.
– Я хочу, чтобы ты позаботился о них. Я сдам тебе башню, вы меня казните, но их не тронете.

– Они захотят мстить.

– Захотят, но не станут. Через какое-то время пыл остынет, жизнь войдет в свое русло, всё наладится. Так оно всегда и бывает.

– Я не могу тебе ничего обещать, это не в моих силах.

– В твоих.

– Ты меня с кем-то путаешь, маг.

– Ты брат Редрина Филина, и единственный человек, с кем стоит говорить.

– Стоит говорить с Ереконом.

– Он ненавидит меня.

– После того, что ты сделал с его сыном, не мудрено.
– Майорин откинулся на подушки и прикрыл глаза. На него накатила дурнота.

– Я отрубил ему палец. Один палец, но этот дурак не дал вылечить начавшуюся гангрену. Из камеры он тоже не хотел уходить. Из-за химеры я полагаю. Как ты выбрался, кстати? Она помогла?

– Можно так сказать.

– Жива?

– Да. Прилетела в наш лагерь, отца своего нашла. Он - колдун.

– У девушки очень сильные способности к магии. Но Фарт в запале их проглядел. Единственная, кто не потерял рассудок.

– И после этого ты хочешь, чтобы я считал тебя нормальным?
– презрительно бросил колдун.

– Не суди. Это было средством.

– В чем же ты просчитался?

– Недооценил твоего брата. Он оказался сильнее, чем я думал. Опомнился после смерти архимага, нашел ему достойную замену и они меня переиграли. Я уважаю сильных противников. Тебя в том числе.

– Я тебе не противник. Я один из сотен колдунов, ничего из себя не представляющий - неудачник, как ты сказал.

– Я так не считаю. Так ты поможешь мне, колдун?

– Нет.
– Прошептал Майорин.
– Если бы мог, подумал бы. Но я не могу. Я не правитель, не воевода, я никто.