Когда боги играют
Шрифт:
Перед высоким забором среди бела дня она будет видна, как на ладони. Но здесь, недалеко, Тесса помнила из своих полетов с Птичкой, была канава, закрытая каким-то хламом. Туда, в укрытие, подальше от посторонних глаз, она и нырнула, забившись в темный уголок, словно мышь. Потом ее действительно искали. Не маг, она словно растворилась в энергетическом поле взрыва - что толку раскидывать здесь сети поиска, все насквозь пропиталось силой. И ее начали искать иначе.
Когда сердце бьется, словно безумное, мгновения кажутся вечностью. На самом деле, не прошло и десяти минут, как где-то позади послышался звонкий лай. Собаки. Они решили бросить на ее поиски собак. Псы легко взяли след и сейчас они будут здесь, сейчас они найдут ее. Новая волна страха охватила Тессу. Собак было всего две. Опустив головы к самой земле, они рысцой бежали к ее укрытию. "Пожалуйста,
В канаве Тесса просидела весь день. Когда, наконец, стемнело, Тесса выбралась из своего укрытия и, не без труда преодолев ограждение, бросилась прочь.
А затем были месяцы погони, когда ее то выслеживали, то снова теряли. Люди в деревнях помогали уставшему, измученному ребенку, но когда ее находили, благодетелям приходилось несладко, и Тесса перестала искать убежища у людей. Магия... Она гналась за Тессой, она убивала всех, кто был добр к ней, она хотела заполучить ее и, возможно, убить.
Анна услышала крик, крик о помощи, крик, полный отчаяния и слез. Ее могли звать только вороны, но почему? Какую опасность, какую боль нужно ощущать, чтобы так звать? Не в силах противиться зову, Анна бросилась ему навстречу. Вдоль опушки Темного леса бежал ребенок. Это ее крик? Не раздумывая ни секунды, Анна схватила девочку и нырнула с ней под полог Леса. Тесса даже не сопротивлялась, она просто двигалась возле Анны, не видя, не ощущая ничего вокруг от усталости. Анна уводила ее все глубже в лес, в бесконечные топи, туда, куда за ними не отважится последовать ни один человек. Постепенно они замедлили бег, Анна обняла ребенка за плечи и накрыла своим тяжелым плащом, словно крылом. Словно крылом...
А потом они вышли с другой стороны Темного леса, и магия больше не гналась за Тессой. Но скольких же она убила до этого...
Со всего леса к дому слетались птицы, неся всевозможные травы. Стараясь отгородиться от воспоминаний, Тесса начала готовить зелье. Получалось легко, словно сама природа подсказывала ей состав и пропорции.
Лошадь всхрапнула и, ударив копытом в землю, разве что не зарычала, глядя куда-то в сторону, встав посередине между Тессой и невидимым врагом. Тесса подняла глаза, и снова ее взгляд заволокло туманом он брызнувших слез. Смерть, Акрон! Он стоит там, его видят звери...
– Почему ты преследуешь меня? Почему ты отнимаешь их у меня? Почему они умирают из-за меня? Почему Он должен умереть ради меня?...
– вопросы сыпались нескончаемым потоком, обращенные к тому месту, на которое смотрела лошадь.
В отчаянии Тесса положила руки на грудь Монаха, зарылась лицом в пропитанные кровью одежды. И вдруг ощутила удар силы. Сзади, словно из далекого прошлого, к ней тянулся поток. Свиваясь в тонкую, упругую нить, он, словно игла, входил в нее, заставляя сердце замереть от ужаса. Не в силах обернуться, Тесса лишь подняла лицо. Пальцы покалывало от чужой силы, руки едва заметно светились... Проходя через нее, магия стекала с ее пальцев, расплываясь по страшной ране. Слабо соображая, что происходит, Тесса медленно вела руками над Монахом, и рана начала закрываться. Он словно регенерировал под действием этой непонятной силы. Будто кто-то заново вдыхал в него жизнь.
Акрон покачал головой. Что ж, сегодня его появление, возможно, даровало Монаху жизнь. "Счастливчик", - прошептал Смерть, исчезая.
Когда, наконец, сила, проникавшая в нее сзади, исчезла, Тесса обернулась. В тени деревьев, едва заметная в вечерних сумерках, мелькнула и скрылась чья-то тень, но девушка, обратившись к саду, легко узнала своего гостя - Дэниел. "Спасибо", - прошептала Тесса вслед тени и, устало улыбнувшись, снова опустила голову на грудь Монаху. Он дышал ровно и спокойно.
Рассвет встретил Черную гряду мелким дождем. В деревянном зале Афель-Наара, что скалит свои обломанные башни-клыки всему миру, на импровизированном троне расположился незнакомец. Уже в пятый раз он перечитал послание, но на душе было по-прежнему неспокойно. "В знак долгой дружбы... Не откажи в любезности... Надеюсь, еще твой союзник, Анна". Черный
ворон, что принес письмо, все еще сидел в проеме окна, будто наблюдая за происходящим.Еще раз опустив взгляд на бумагу, незнакомец крепко задумался. Вот чертовка! Подавай ей лучшую тысячу со всей Гряды! Что же тогда останется от его армии? И если соседи узнают... Но, с другой стороны, Анна Ворон - не тот человек, с которым можно спорить. Она посадила его в Афель-Наар, она собрала армию, способную противостоять любым нападкам кочующих разбойников, в конце концов, она сделала его хозяином Гряды. И так же легко она может его уничтожить. Долгая дружба, ха! Резким движением он смял свиток и поднялся:
– Собирай людей, мы выступаем, - бросил он стоявшему перед ним рослому воину, формально носившему звание генерала.
Взяв перо, он нацарапал на листке бумаги: "Будем готовы завтра к рассвету. Все конники. Поедем южной дорогой". Ворон выхватил записку и улетел прочь. Черная гряда лениво стряхивала с себя остатки пьяного сна.
Ранним осенним утром тысяча всадников бесшумно спустилась с Черной гряды. Копыта лошадей, обмотанные тряпьем, не стучали по каменному крошеву Гряды, кожаная сбруя лишь слегка поскрипывала при движении, люди ехали молча, без лишних движений, и только старые потрепанные стяги хлопали, мрачно развеваясь на ветру, словно крылья какой-то большой птицы. Миновав поселения на отрогах Гряды, конники прибавили ходу. Налегке, вытянувшись в темную стрелу, они с угрюмой решимостью двигались на юг. Именно это, пожалуй, и называлось у них "идти южной дорогой": вместо того, чтобы петлять по извилистым тропам, собирающим на своем пути все окрестные деревеньки, конники двинулись напрямую. Видно, был среди них маг, умеющий выстлать путь, - несложный, но полезный навык для быстроногого отряда. Никуда не сворачивая, они ехали прямо по убранным полям, по вспаханным землям, изредка проходили мимо испуганных деревень. Ведущий их человек - сейчас он выделялся разве что наручами из грубой красной кожи с торчащими железными шипами - утешал себя мыслью, что лучше уж собраться и встретить врага подальше от родных земель, чем в одиночку биться потом за каждый форт на Гряде.
После полудня войско получило неожиданное пополнение: непонятно откуда появились еще несколько сотен всадников. Одетые в темные балахоны, с капюшонами, накинутыми на головы, они более всего походили на адептов какого-то темного культа. Возникая по одному, они направлялись прямиком к войску и молча занимали место в конце. Одновременно с ними появились вороны - стая кружила поодаль, но было понятно, что птицы следуют за ними.
Прошло чуть более часа с момента, когда армия Оурского - все, что от нее осталось, - расположилась на отдых у Белых камней. Горы нависали над деревней, заслоняя низкое осеннее солнце.
С южной стороны на дороге появилось облако пыли. Вот оно, светится, в вечерних лучах. Оурский пригляделся. Под девять сотен, и все конники. Что бы это значило? Войско двигалось не быстро и не медленно, и, не таясь, держало курс прямо на лагерь.
Разглядев знамена, Темный лорд выругался: Соколы, легендарные элитные воины Ордена, пожалуй, единственная сила, способная тягаться с Гончими самого Оурского, а сейчас почти наверняка превосходящая их. Ловушка? Не похоже - оружия не видно, да и построение явно не боевое. Этот лорд... Эстерой, что ошивается где-то вокруг, заявил, что здесь, у Белых Камней, из ущелья выйдут легионы воинов княжеств. Единственная дееспособная армия достаточно близко к ущелью, сказал он про войска Оурского и обещал прислать поддержку. Вот, значит, как выглядят ваши союзники, лорд...
Говорят, у Соколов каждый десятый - сильнейший маг. Известно также, что любой из Соколов столь хорошо владеет как мечом, так и луком, что обнаружить среди них магов невозможно. Оурский не напрасно весь последний год следил за передвижениями отряда - очень уж ему не хотелось видеть Соколов среди защитников Столицы... Один из воинов, очевидно, их предводитель, подошел к Темному лорду.
– Доброго дня, лорд. Вы верите в совпадения?
Новый день еще только намекал на то, что время Царицы ночи истекает. Черные монолиты скал кусками глотали едва начинавшее светлеть небо, а на земле еще властвовала кромешная тьма. Тем не менее, Эстерой, въезжая в военный лагерь, застал людей Оурского на ногах. Они разжигали тусклые с ночи костры и начинали сворачивать палатки. Проскакав в середину, Эстерой спешился рядом с Темным лордом.