Киска
Шрифт:
– Я... сама...
Угрожающего тона в голосе отца не было, но понять, что он имеет в виду, было сложно. Слова отца можно было расценить двояко: их можно было понять как "немедленно приезжай"; а можно было предположить и то, что речь идет о завтрашнем дне. Чтобы не мучиться неизвестностью, Алиса пошутила:
– Я выеду завтра с первыми петухами, вернее - с первой лошадью.
– Ты уже знаешь расписание движения автобуса?
– Нет. Я еще даже к Таньке не заходила, стала сразу же вам звонить.
– Ну... будь там поосторожнее...
–
Алиса, выскочив из помещения почты, полетела к Танькиному дому, словно птица, выпущенная из клетки. По дороге она успела заглянуть в местный "бутик" и купила в нем подарки: Таньке и себе - на день рождения!
Танькин дом стоял справа от автомагистрали. Отворив заскрипевшую калитку, Алиса услышала за высокими воротами заливистый собачий лай. "Клево будет, - подумала она, - если я адрес перепутала. Ничего, они тут все друг друга знают, подскажут в случае чего, где дом Колосовых. Но самый крутой прикол будет, если Танька живет не в Кукушкино, а, например, в Погремушкино или в Петрушкино. Что-то никто не идет. Может быть, в окно постучать?"
Но вот одна половина ворот приоткрылась, и в проем просунулись две головы: Танькина и собачья.
– Вам кого?
– удивленно спросила Танька, не узнавая Алису.
Алиса постаралась продлить удовольствие и максимально хриплым голосом, на который только была способна, ответила:
– Папаньку твоего!
– А... его нет.
– Тогда... маманьку!
– Они на речке. Вечером только будут.
– Тогда - бабаньку!
– А у нас ее нет...
– Тогда тебя!
– А у нас собака очень злая!
Танька была на два года младше Алисы. Да к тому же еще и хрупкая и невысокая, как Дюймовочка. Алиса почувствовала, что голос у нее подсел и долго разговаривать в таком регистре она вряд ли сможет. Но как, каким эффектным приемом закончить этот розыгрыш, тоже не знала. Так и стояли они, глядя друг на друга: Алиса - у калитки палисадника, а Танька - за воротами. Собака смотрела то на хозяйку, то на гостью и ждала команды. Первой не выдержала Танька и сердито спросила:
– Что вам надо?
– В "Кул Гёл" писала?
– Писала, - упавшим голосом сказала Танька.
– Адрес свой указывала?
– Указывала...
– совсем растерялась она.
– Вот я и приехала с тобой дружить! Встречай!
– А ведь папы с мамой нет дома!
– Ты че, в натуре? Я к тебе из Сибири ехала на облом, что ли?
– Я... сейчас...
Танька оттащила во двор собаку, затем закрыла ворота, и наступила тишина. Потоптавшись около калитки, Алиса присела на скамейку у забора.
"Чего она там так Долго?
– удивлялась Алиса. Может быть, к родителям со страху удрала через огород?" Посмотрев на окна, Алиса заметила, что в одном из них слегка пошевелилась занавеска. Решение, как действовать дальше, пришло мгновенно. Алиса встала, потянулась и пошла в сторону автобусной остановки. Женщина, продавшая ей рыбу, спросила:
– Родственники еще за рыбкой послали?
– Дома
их не оказалось.– Это кого же?
– Колосовых.
– А... они до позднего вечера на речке бывают. А Таньки-то разве дома нет?
– Наверное. Я стучала. Собака только тявкает - и все.
– Да какая это собака! Для забавы только. Придется тебе ждать. Хочешь, со мной посиди. Торговать научу!
– Мне бы переодеться тут где-нибудь. А то у вас жарко, как на юге!
– Колька!
– громко крикнула женщина, - Колька, черт!
Из дома, напротив которого она сидела, разговаривая с Алисой, вышел парнишка лет четырнадцати и ответил:
– Ну, чего?..
– Помоги-ка иностранке переодеться!
– Как помочь-то?
– поинтересовался Колька.
– Какой! Открой ей сени. Переоденется - закроешь! Иди...
Алиса пошла к дому. Колька галантно распахнул перед ней входную дверь, и Алиса вошла в застекленный коридор.
– А ты и вправду иностранка?
– Да.
– А почему у тебя акцента нет?
– Есть, но только когда волнуюсь.
– А ты из какой страны?
– Я, вообще-то, переодеться пришла.
– Переодевайся.
– Так ты выйди!
– Еще чего! Иностранки в фильмах при мужчинах запросто переодеваются!
– Так то при мужчинах!
– Ты что - на грубость нарываешься?!
– Ладно, Колька, выйди, пожалуйста, я тебя очень прошу...
– Сразу бы так! А то... мужчины какие-то...
Колька вышел. Алиса быстро переоделась и уложила "отпадные" вещи в сумку. Выйдя из коридора, она улыбнулась и сказала:
– Спасибо!
– Ого!
– воскликнул Колька.
– Ты, наверное, француженка?!
– Почему ты так решил?
– томным голосом спросила Алиса.
– Такой поцелуй под правым глазом можно только от Эйфелевой башни заполучить!
– На каникулы приехал?
– А что, заметно?
– Юмор у тебя не пейзанский.
– Так Пизанская башня в Италии, а не здесь, маде-му-у-у-азель!
– Так я и говорю: "пейзане" в переводе с французского "крестьяне", а ты, наверное, даже не знаешь, как на корову седло надевать!
– Зато я знаю и смогу тебя научить, как быка за кольцо в носу дергать. Хочешь?
– Лучше я тебя научу по минному полю ходить, где только что стадо коров прошло! Пока, итальянец!
– О ревуар, парижанка!
Торговка, увидев под глазом Алисы синяк, ахнула:
– Ох, Колька! Иди-ка сюда, балбесина!
– Ну, чего?..
Женщина, показывая на глаз Алисы, спросила:
– Ты дверь сеней в какую сторону открывал?!
– А что? И незаметно почти совсем!
– Помог называется!
– Как говорят у них в Нотр-Дам де Пари, "се ля ви", тетя Дуся!
– Вот выучили вас на свою голову! Сплошной Интернет в голове! А ты чего улыбаешься? Врезала бы ему в ответ как следует!
– Она и врезала!
– не дал Алисе ответить Колька.
– Только почти и незаметно совсем!