Исповедь убийцы
Шрифт:
Илона вновь посмотрела на меня, и я точно выругалась бы вслух, если бы не воспитание и профессиональная выдержка. Да в гробу я видала и в белых тапочках проклятую естественность Жаклин! Вот неужели она не могла превратить меня в какую-нибудь безобидную Синди Миртл из Дакоты, любительницу лошадей и романтических комедий? Обязательно было сохранять в документах такие важные данные как моё настоящее имя, имена родителей, дату и место рождения. Конечно, имея желание и возможности, по этим моментам можно было вычислить всё в два счёта. Если Моника особо не копалась в моей жизни, то Илона это сделала. И разложила всю мою подноготную в нескольких предложениях.
– Ладно, ты хорошо потрудилась... – выдавила я через силу и даже улыбнулась. –
Я вздохнула и теперь уже открыто вытащила пистолет, пристроив его на колене, готовая в любую секунду спустить курок. Конечно, вести себя так самонадеянно в одном помещении с четырьмя сильными вампирами было глупо, но ничего не поделаешь.
– Так ты и правда охотник?..
Маленький уютный мирок Питера, похоже, только что рухнул.
– А ты как думаешь? – спросила я не без сарказма. Полноценно шутить я была не в состоянии, но огрызаться... почему бы и нет?
– Я не знаю. Я-то думал, ты хочешь с нами общаться, а на самом деле... Но я не хочу, чтобы тебя убивали. Правда, Симона? Мы ведь не станем трогать Эстер?
С этими словами Питер потянулся ко мне, как будто хотел обнять. Слава богу, его сестра понимала меня и мою природу гораздо лучше, чем мне бы того хотелось. Моника без лишних слов прижала брата к подлокотнику кресла, на котором он сидел секунду назад. Шаг был очень своевременным: наученная горьким опытом, я еле-еле успела перебороть инстинкт самосохранения. Или самообороны.
– Питер, немедленно успокойся и сядь на место. Не забывай, кто перед тобой, – холодно велела Моника, понимающе переглянувшись с Симоной, которая пристально наблюдала за оружием в моих руках. Точнее, за тем, в какую сторону смотрел чёрный кружок дула.
– Семейные узы среди вампиров? Вот это новость! – с цинизмом отозвалась я на реакцию Кроссманов и снова обратила внимание на Илону, не забывая следить за оружием, чтобы случайно его не «потерять». – И что дальше? Ты сейчас начнёшь рассказывать мне о своём дедушке-убийце, который в Гражданскую войну перегрыз горло какому-нибудь генералу? Или о дяде, чей портрет теперь красуется в учебниках по испанской истории? Обычно вы, вампиры, очень уж любите говорить о своей легендарной родне, вот только со мной этот фокус не пройдёт. Мне глубоко наплевать на ваши высокопарные речи ни о чём.
– Какая же ты всё-таки шаблонная, Эстер. Я уж думала, хоть ты меня порадуешь: проявишь смекалку, знания, выдержку, а ты... Всё не так просто, как ты сказала, – покачала головой Илона и по-хозяйски откинулась на спинку кресла-качалки, в котором устроилась после появления в гостиной. – Меня дико удивляет, почему сюда отправили такого молодого охотника. У тебя это первое задание, что ли? Ну, максимум, второе! Ты совершенно не умеешь держать себя в руках и задавать правильные вопросы. К тому же ты дерзишь, а это для охотника что-то с чем-то. Ты для нас – всего лишь очередная проблема, от которой мы хотим избавиться...
– Вот как? – перебила я вампиршу на свой страх и риск. – Знаешь, Илона, сеанс вампирского психоанализа меня не интересует. Что вам от меня нужно? Я же не дура. Или говорите, или перестаньте играть в семейку Адамс и попробуйте убить меня. Надоело сидеть и выжидать, когда паутина у вас в головах начнёт работать.
– Эстер, хватит, – почти умоляюще произнёс Питер и снова попытался встать несмотря на недовольный взгляд Моники. Если меня не подводило чутьё (а в этой ситуации оно меня не подводило), единственной брешью в защите вампиров, «слабым звеном», был именно он, младший Кроссман, который почему-то решил, что мне можно доверять.
– Я сейчас сижу в окружении как минимум трёх вампиров, готовых прикончить меня без зазрения совести, и мне
сложно держать себя в руках. Привычка не позволяет, – с достоинством ответила я.– Да нужна ты нам! – фыркнула Илона, обменявшись взглядами с молчавшей всё это время Симоной. Их идиллия меня совсем не радовала, но высказать вслух свои претензии я не рискнула.
– Тогда в чём дело?
Я изо всех пыталась сделать голос холодным и безразличным, и всё же убрать до конца предательские нотки растерянности не сумела. Поведение вампиров не укладывалось ни в одну известную мне схему, поэтому я не понимала, чего от них ожидать. Молчание Симоны, вежливое пренебрежение Моники, отчаянная надежда Питера и вызывающая агрессия Илоны – всё это меня путало.
– Можешь считать это нашей причудой, – развела руками Илона. – Ты приехала в этот город и не ворвалась к нам в дом с факелом и осиновым колом, поэтому мы понадеялись на твоё здравомыслие.
– Или на мою адекватность, – добавила я непроизвольно, представив живописную картину средневекового уничтожения вампиров. – Выгляни в окно – сейчас двадцать первый век, а не тринадцатый.
– Времена меняются быстро, Гильдия – медленно. В общем, если мы будем поддерживать нейтралитет, никто никого не тронет!
Илона хищно прищурилась и посмотрела на меня своими огромными глазищами, выглядевшими чересчур искусственными даже на её точёном лице с безупречной кожей.
– Гильдия тоже меняется. Мы перешли на пистолеты, – ответила я вроде бы шутливо, но по-прежнему с напряжением в голосе.
Впрочем, атмосфера в гостиной явно оттаяла, поэтому я спрятала своё оружие обратно в карман и пошевелилась, чувствуя протест в затёкших мышцах.
– А ты или очень смелая, или очень безрассудная! – улыбнулась Илона, но я не поверила в её искренность, как не верила в Санта-Клауса лет с шести. – Что ж, хватит о пустяках. Я почти уверена, что у тебя в голове спрятан не один пикантный секрет Гильдии. Я понимаю, тебе нельзя ничего нам рассказывать, но всё же сделай шаг навстречу. Мы тоже его сделаем, рассчитывая на твоё понимание. Хорошо?
– Ну, попробуй, – усмехнулась я криво.
Судя по всему, Илона не один раз имела дела с охотниками, причём весьма успешно, раз до сих пор была жива и невредима. И чего это вампиры вообще решили меня не трогать? Неужели занялись благотворительностью?.. Да ни в жизнь не поверю! Тут, скорее, они что-то задумали, и я даже поняла, что именно... Но неужто эти расчётливые монстры захотели завести себе игрушку, а заодно и шпиона в рядах Гильдии, который будет наушничать им обо всём, что могло их касаться или вовсе не касалось?.. А что? Кто идеально подходил для этой роли? Ну, конечно же молодая девушка, которая «впервые» оказалась так далеко от родного города в окружении кровожадных вампиров. Правда, не на ту они напали! Если бы Кроссманы догадались копнуть глубже, выяснить всю подноготную моей работы на Жаклин, они бы удивились послужному списку «новичка».
– Дороги назад нет, я понимаю, – добавила я через некоторое время и приготовилась слушать.
Моника прожгла меня недоверчивым взглядом, но мне было всё равно, что она подумала о моём «согласии» сотрудничать.
Илона, чересчур проницательная и самодовольная вампирша, конечно же всё поняла. Она вкрадчиво улыбнулась и принялась ждать, когда её консервативные и неопытные родственники додумаются до того же, до чего и она. Стоит отметить, что её ожидания оправдались. Сначала Питер смирился с ситуацией и сел обратно на подлокотник кресла. Довольная выгодным для неё поворотом событий, Илона улыбнулась и перевела взгляд на Симону. Та сидела поразительно прямо, словно проглотила палку, а в ответ на молчаливый вопрос племянницы тяжело вздохнула. Кажется, свыкнуться с моим легальным статусом служащей Гильдии ей было сложнее всего. Даже Моника после некоторых раздумий перестала хмуриться, но по-прежнему держалась рядом с братом: то ли присматривала за ним, то ли не хотела потерять меня из вида.