Исход
Шрифт:
Сергей аккуратно приложил контейнер к плёнке портала и тот спокойно стал погружаться дальше. Никитин мысленно выдохнул — портал не возражал, что бы он всё это переправил в другой мир.
Никитину не всегда были понятны резоны этого несомненно разумного сверхорганизма, относительно того что можно «провозить» а что нельзя. Правда, это было пока только один раз. Но всё равно осадок остался, заставляя его всё время гадать — разрешит, не разрешит?
Разведчики остались в этом мире, им поручалось провести дополнительные исследования этого мира и разобраться с упавшим объектом. Шаг в портал…
Переход, падение и вот уже ставший привычным мир Сольто вновь давит на мозги. Боль было отступившая в низкоэнергетическом мире, вновь вернулась. Передав контейнер с образцами подскочившему механизму, Никитин направился было к мембране выхода.
В этот момент на лицевой панели загорелось предупреждение, что нужно будет пройти дезактивацию и что забрало нельзя опускать в связи с биологической опасностью. Здесь ему пришлось задержаться на пару минут пока, его скафандр был тщательно стерилизован, поскольку он побывал в обитаемом мире. Наконец ИРы решили, что этого достаточно и его выпустили во внешний купол.
До сих пор он не приносил с собой опасных вирусов и микроорганизмов из своих путешествий в иные миры. Скорее всего, портал не допускал переброса опасных форм жизни из мира в мир. Недаром он воспротивился переносу образцов из мира разумного океана. Тем не менее, хотя некие микроорганизмы он с собой, время от времени проносил, они по заверениям ИРов не были опасными но, тем не менее, уничтожались.
— Так, а чем мне сегодня заняться? — подумал он, усаживаясь в транспорт. — Кстати, всё время хотел слетать на орбиту и всё никак не получается. Всю жизнь мечтал побывать в Космосе и всё время никак не найдётся для этого! Нет, решено! Сегодня же лечу!
Он сделал запрос относительно того может ли это транспортное средство выходить на орбиту. Оказалось, что не может, но тут, же были предложены разные варианты. В десяти минутах лёта был небольшой космопорт, и он мог забронировать себе судно для полёта на орбиту.
Никаких разрешений на это не требовалось, соответствующий скафандр на нём имелся, более никаких запретов не было. Сергей немедленно согласился и его транспорт тут же начал менять свой курс, забираяя правее.
Вскоре внизу появился круг метров триста в диаметре, где стояло десятка два разных аппаратов.
— Вот что мне особо нравится в этом мире — так это отсутствие всевозможных запретов и их минимизация, когда они действительно необходимы! — подумал он. — Здесь нет террористов, а всевозможными завиральными идеями это общество уже отболело.
Его авиетка, просто, опустилась рядом с аппаратом эллипсовидной формы, метров тридцать в длину. Не нужно было проходить всякие барьеры безопасности, всё было просто — прямо к трапу и далее к звёздам.
Никитин быстро выскочил в распахнувшуюся дверь, борт корабля тут же «потёк» формируя неширокий трап, по которому он быстро поднялся. Кроме него на борту никого не было. Закруглённое помещение. Мягкий не раздражающий глаза свет, идущий прямо с потолка, десять широких кресел, которые подковой тянулись по всему борту корабля.
Последовало мысленное приглашение занять любое из кресел. Он занял ближайшее. Стоило ему, опустится в кресло как оно начало подстраиваться под его габариты, после чего стало раскладываться горизонтально полу.
Не было никаких ревущих двигателей, старт произошёл почти незаметно для него, только несильный гул и всё… Поверхность планеты начала очень быстро отдаляться от него, в одно мгновение они прошли слой серебристых облаков
и аппарат стал уверенно набирать скорость. Горизонт начал скругляться, вдали ярко сверкнул океан.Никаких особых перегрузок землянин не почувствовал, так по мелочи, как будто он катается на лифте, подъём на орбиту здесь давным-давно превратился в обыденную процедуру, как на Земле поездка в автомобиле.
Никитин с любопытством поглядывал в огромное панорамное окно. Конечно, на самом деле окон-иллюминаторов там не было, были экраны, но их изображение абсолютно соответствовало тому, что было за бортом космоплана.
Полёт на орбиту был тихий, плавный и без каких-нибудь световых эффектов, типа плазмы, возникающей при нагреве. Аппарат после старта включал силовое поле, которое не только не допускало трения материала космоплана о воздух, но и большей частью поглощало энергию, которая возникала при его маневрах в атмосфере.
Космоплан вышел на орбиту в пятьсот километров над поверхностью планеты, и Никитин начал осваивать полёт в невесомости с непривычки это было не всегда легко. Он весёлым мячиком летал по салону, натыкаясь на мягкие кресла, пол и потолок, которые всё время менялись местами.
Сергей даже был вынужден активировать свой скафандр, что бы хоть как то упорядочить свои хаотические метания по салону. Он завис над одним из кресел, спинка которого стояла вертикально и, держась за небольшую рукоятку, таким образом, решив вопрос со стабилизацией своего полёта, стал смотреть на экран.
Зрелище проплывающей под ним планеты завораживало своими красками. Особенно игра красок в атмосфере, когда из-за диска планеты начинало медленно подниматься светило.
— А ведь коренные обитатели этого мира видят ещё более насыщенную цветопередачу всех этих красок! — подумал он.
Спектр видения этой расы превосходил землян даже не в два, а в несколько раз, да и слух у них тоже превосходил обитателей Земли, и простирался где то до пятидесяти килогерц.
Чем более развито существо по эволюционной шкале, тем более мощным и тонким аппаратом для познания и работы с окружающим миром оно должно обладать. Землянам в следующих тысячелетиях тоже предстояло получить такие же возможности, если только их вожди не устроят на планете Армагеддон, который может возникнуть из-за кого-то мелкого конфликта.
А это может быть вполне реально, так уж получается, что элита землян с девяностых годов начала сильно деградировать и перестало просчитывать ситуации на несколько ходов вперёд. Да и подконтрольные им СМИ очень хорошо научились оглуплять своих граждан. Искусно переключая их внимание на совершенно никчёмные вещи, и отвлекая от действительно важного.
Внизу начал медленно разворачиваться огромный материк, немного напоминавший краба с клешнями, который вытянулся практически от полюса до полюса. Это был единственный крупный материк на планете, дальше начинался Океан Десяти Тысяч Островов, который и занимал большую часть этого мира.
По контуру материка с орбиты очень хорошо просматривались широкие по нескольку километров, песчаные отмели, обрамлявшие сушу. После отмелей океан начал приобретать синий, а потом и насыщенный тёмно-фиолетовый цвет, на котором, вдруг возникали бирюзовые вкрапления островов.
Аппарат несколько раз облетел вокруг Сольто, с каждым витком смещаясь на несколько тысяч километров, что бы он посмотрел на планету с нового ракурса. Никитин так и провисел, держась за ручку кресла весь этот полёт любуясь достопримечательностями этого мира.