Ищейки: Часть первая
Шрифт:
— И что теперь будет?
— А его знает...
Эрех в разговор вступать не стал, сунул в рот полную ложку каши и отошел в сторону. Говорить было не о чем, и так понятно, а кудахтать впустую он не любил. К тому же еще и язык обжег.
Целители обходились госпиталям дорого, потому что приходилось платить Храму, что и составляло основной доход всего культа Наэмы. Та мелочь, которую в качестве зарплаты получал младший целитель Эрех но-Тьен была лишь десятой частью суммы ежемесячного платежа за него, выплачиваемого руководством Чистого Сердца в храмовую казну. Причем не каждый госпиталь мог позволить себе иметь штат
Вообще, странная зависимость, подумал Эрех, глотая кашу — чем больше даровано, тем меньше тех, кого Боги избирают в качестве носителей дара. В самом конце, редкие, как алмазы в борозде, стоят ищейки Горо Псоглавца: все, как один, на службе в Департаменте безопасности короны, посчитаны, переписаны и учтены. Целители болтаются где-то посередине, их достаточно, чтобы обеспечить нужды государства и общества, но недостаточно, чтобы Эрех мог сам определял, где и кого ему исцелять. В отличие от врачей, что могут проводить операции и назначать лечение, целители лечат силой дара — успокаивают, снимают боль, ускоряют заживление ран. И, самое главное, делают то, что никому не под силу — исцеляют умирающих, пусть и не все.
Ложка заскребла по дну опустевшей чашки.
Мечта о свободе от Храма Наэмы вновь напомнила о совей недостижимости. Никогда он не наберет достаточной суммы, чтобы выкупить себя. Разве что к старости.
— Эй, Тьен! — оклик выдернул его из задумчивости, на ступенях к главному входу махал рукой ассистент хирурга Бака. — Тебя мастер ищет!
Эрех швырнул чашку в чан с грязной посудой и понесся на зов.
Доктор Бак ждал его не в ординаторской, как можно было бы думать, а внизу, в маленькой анатомичке при госпитальном морге, куда обычно свозили на вскрытие особо важных покойников. Сейчас на столе лежало подготовленное для аутопсии тело, накрытое простыней. Чистой, машинально отметил Эрех, вытягиваясь перед доктором и военным. Тем самым, которого он видел, когда ездил в дом тула Ойзо.
По спине вдруг пробежал холодок, предчувствие неприятностей сжало сердце.
— Доброе утро, целитель Тьен, — поприветствовал его доктор.
Эрех склонился в поясном поклоне, стараясь, чтобы волнение на лице не вышло за пределы обычного для младшего целителя перед главным хирургом.
— Сегодня я вновь попрошу тебя оказать мне небольшую помощь, мальчик мой, — голос Бака звучал доверительно, ещё двое суток назад эта интонация заставила бы Эреха умереть на месте от счастья. Сейчас же, когда за спиной прятался разделанный труп покойного тула, ничего, кроме ужаса и паники, он не вызывал. — Поскольку ты человек, который умеет хранить секреты, я решил, что мы можем тебе довериться.
Мы? Эрех распрямился и поймал выражение лица полноватого усатого военного. Недовольное выражение. Такое же было у стоявшего за его спиной молодого парня, тоже в форме. Адъютант, что ли?
— Мы — это я и полковник Делко, которого ты тут видишь, — доктор Бак проигнорировал полковничье недовольство. — Дело в том, что сегодня мне надо определить причину смерти одного человека, а для проведения аутопсии, как ты знаешь, нужен ассистент. И я взял на себя смелость попросить тебя занять это место.
Что? Быть ассистентом на вскрытии, причем единственным, а не просто стоять в толпе студентов?!
Конечно, да!— Почту за величайшую честь, — невероятным усилием удавив в себе желание подпрыгнуть от радости, ответил Эрех и снова поклонился.
— Тогда начнем? — Бак посторонился. — Халат и фартук можешь взять с вешалки.
Эрех кивнул, потом, спохватившись, подбежал к вешалке и стал натягивать на себя длинный белый балахон, призванный защитить одежду от всего на свете, а сверху — длинный же фартук из просмоленной ткани. Все это время полковник Делко наблюдал за ним со странным чувством недоверия и отвращения. Астинэ не любит, что ли?
Он подошел к столу и откинул простыню. На столе, вытянувшись, лежал мужчина лет пятидесяти или около того, судя по внешности, тилеец. Они все одинаковы по сложению — высокие, худые, с длинными конечностями и сухим рельефом мышц. Глаза у покойного были закрыты, но Эрех мог поспорить, что они того самого, национального, бледно-голубого цвета, почти белые. Как у мастера Рейке, например.
— Ну, полковник, что вы можете рассказать нам о покойном? — благодушно поинтересовался доктор Бак, внимательно осматривая тело. — А вы, молодой человек...
— Лейтенант Сола, мастер доктор! — адъютант подскочил, поклонился.
— Да-да, лейтенант, вы записывайте все, что мы будем говорить. Потом отдадите целителю Тьену, он ваши записи приведет в удобоваримый вид. Простите, что прервал вас, полковник...
— Ничего страшного, доктор. Перед вами тело судьи Исы Карре из Лаальского городского уезда, пятьдесят три года, не женат. Был не женат. Тело найдено вчера, в лесу...
Доктор Бак его перебил:
— А почему так поздно привезли?
— Так пока его нашли, пока сообщили нам, — полковник потер лицо. — Пока мы доехали, пока вернулись...Там только кажется, что расстояние небольшое, но со всеми с этими делами — уже и ночь прошла.
Доктор кивнул.
— Тогда понятно. Ну, что ж... Тело принадлежит мужчине, возраст около пятидесяти лет или старше, рост около пяти с половиной локтей роста в золотой системе мер, вес...
Эрех внимательно смотрел и слушал. Лейтенант скрипел металлическим пером по бумаге. Моргал полковник Делко.
— Эрех, убери простыню. Что мы тут видим... Судя по гибкости членов, умер в прошлую ночь, трупное окоченение уже практически не выражено, что, с учетом массы его тела, соответствует нормальному усредненному времени. То есть, могу сказать, что умер он около Черного часа или в течение еще пары часов, но не более.
— Середина ночи? — уточнил Делко.
— Да, середина ночи.
— Следов насилия на теле нет, за исключением трех ножевых порезов. Эрех, мальчик мой, подай мне линейку и скальпель. И посмотри сюда. Тебе должно быть любопытно — нехарактерные какие ранения, даже не предположу сразу, как их нанесли.
Эрех с поклоном передал требуемое, потом подошел, нагнулся над телом и онемел.
— Итак, у нас три разреза, по восходящей. Бедренная артерия, правая подмышечная впадина, левая сторона шеи, от дуги аорты. Зигзагообразное направление удара снизу вверх. Лезвие было очень острым, сейчас я замерю длину ран и тогда можно будет что-то предположить.
Эрех судорожно выдохнул сквозь сжатые зубы и приказал себе прекратить так пялиться на разрез в паху у мертвого судьи. Что он, спрашивается, там не видел? Как режет севрасский коготь?!