Чтение онлайн

Марию-Антуанетту.

Королева Франции на обреченном «Титанике».

Это была она и все-таки… не она. Не хватало родинки. И парика, похожего на пчелиный улей. Брови те же, как будто нарисованные. И взгляд тот же — темный, мерцающий.

— Ты, — прохрипел он.

Мария-Антуанетта — Фар точно знал, что это не ее настоящее имя, но как еще ее называть? — улыбнулась и открыла ящичек. В неверном свете багажного отделения сверкнули камни на павлиньих хвостах.

— Это ищешь?

— М-м-м… — Он физически ощущал изумление Имоджен. — Кто это? И почему «Великий Омар» у нее?

Фару тоже хотелось это знать, но до столкновения с айсбергом

оставалось двадцать семь минут, «Рубаи» были в чужих руках, и он задал единственный вопрос, имевший сейчас значение:

— Чего ты хочешь?

Закрыв футляр, девушка сунула его под мышку.

— Привлечь твое внимание.

— Считай, что привлекла. — Фар сделал шаг вперед. — Как я могу получить книгу?

Мария-Антуанетта не шевелилась. Ее улыбка нервировала Фара, как и в Версале; казалось, дерни губы за уголок, и она превратится в оскал.

— Ты не сказал волшебное слово.

— Пожалуйста, я могу теперь получить книгу? — попробовал он.

— Тебе придется поработать над этим, приложить побольше старания.

— Какое-то особое «пожалуйста»? — Фар вскинул брови. — С вишенкой сверху?

Она подмигнула.

И сорвалась с места.

Кто-то может подумать, что платье до пола, сапожки на пуговицах, увесистая лубовая коробка и пять лестничных пролетов снижают скорость бега. В данном случае это не сработало. Да что там, девушка просто летела! Перепрыгивала ступеньки легко и грациозно, словно с пружинами в ногах, и одолела два марша, пока Фар поднялся на один. Он еще отдувался на третьем, а незнакомка уже выскользнула с верхней лестничной площадки.

— Я тебе говорила, что нужен тренажер для ходьбы. Сердце — это важно. Нельзя все время поднимать, толкать и подтягиваться, как ты. — Имоджен нервничала и болтала без умолку. Фар хотел попросить ее остановиться, но не мог перевести дух, потому что пожертвовал всем кислородом в легких, чтобы настичь Марию-Антуанетту, прежде чем она исчезнет.

Куда она направлялась? Фар предполагал, что беглянка прибыла сюда на другой машине времени. Но машина времени — это несколько человек, а тепловое сканирование, проведенное Грэмом, выявило в качестве аномалии только его и эту девушку. Она здесь одна. Но зачем? Если пришла за «Рубаи», то зачем дразнила Фара книгой, как наживкой? Если хотела привлечь его внимание, как сама сказала, то почему убегает? И почему бежит так быстро?

Фар обдумывал все это на ходу, задыхаясь от бега. Происходящее не имело смысла — и не надо. Он не позволит этой девчонке еще раз поломать ему жизнь! Ни сам черт, ни наводнение, ни эти лестницы, от которых вот-вот лопнет сердце, не помешают ему завладеть «Рубаи»!

Выскочив в холод ночи, Фар обнаружил, что палуба «С» абсолютно пуста. Два палубных крана, словно пальцы гигантского скелета, сгорбились над полированными сосновыми досками. Марии-Антуанетты видно не было.

— Дерьмо крысиное! Куда она делась? — Вопль Имоджен огненным фейерверком простучал по барабанным перепонкам, и Фар поморщился от боли. — Прости. Но кто она, Фарвей? Вела себя так, словно знает тебя.

— Долгая история. И я сам в ней даже наполовину не разобрался, это уж точно. — Фар вышел на середину палубы и повернулся на 360 градусов, осматривая все пространство. Мест, куда могла подеваться девушка, было предостаточно, но, учитывая

ее наряд, Фар пришел к выводу, что его прежний маршрут стал бы для нее наилучшим выбором: вверх по железной лестнице, что у второго крана, и через распашные двери в расположение первого класса.

Он побежал.

— Твоя одежда! — предупредила Имоджен.

Черт с ней, с одеждой! Все равно в этих штанах бежать удобнее. Фар взлетел по лестнице, перепрыгнул распашную калитку, пронесся мимо стюарда. И увидел в дверной проем мелькнувшее желтое платье. Мария-Антуанетта находилась на расстоянии четверти длины «Титаника» от Фара и прижимала футляр с книгой к груди. Коридор между ними освещался слабо, но Фар мог бы поклясться, что королева Франции смеялась, исчезая из виду. Привидение в шелках — была и пропала.

— Эй, ты! — подал голос стюард. — Тебе нельзя здесь находиться! Только для пассажиров первого класса!

— Фарвей, тебя заметили. — Голос Имоджен дрожал, и эта дрожь колотилась в ушах от бега. — Это плохо. Это плохо, плохо. Корпус вычислит, что мы здесь находились, и нас упрячут в тюрьму на всю жизнь. Кто будет кормить Шафрана? Мне нельзя в тюрьму, Фарвей!

А говорила, мол, трава по обе стороны зелена.

Фар миновал коридор с красной ковровой дорожкой, пробежал мимо спальных мест и уборных на палубе «В», снова вылетел из двери к парадной лестнице, вступив в визуальный контакт по меньшей мере с четырьмя весьма пораженными представителями высшего света. Все они дружно ахнули. Но нигде Фар не увидел желтого платья.

Каким же путем она убежала? Вверх? Вниз? Вперед? Так много вариантов и так мало времени на выбор. Стюард спешил по следу Фара. В любую минуту он появится из двери, и…

Ткань канареечного цвета мелькнула за перилами на палубе «А». Фар поднял голову и увидел Марию-Антуанетту, перегнувшуюся через поручни. У нее даже дыхание не сбилось…

— Вот она! Наверх, Фарвей! — Кузина, задыхаясь, выкрикивала бесполезные инструкции, а Фар уже взлетел по лестнице. — Поднимайся! Поднимайся!

К тому времени, когда он выскочил на палубу «А», девушка снова исчезла. Все, что увидел Фар — это диванчики, на которых сидели пассажиры, смотревшие на него широко раскрытыми глазами, и уже знакомые часы с ангелочками, отсчитывающие последние минуты перед катастрофой.

— Вон там! — На этот раз желтое первой заметила Имоджен, а Фар отыскал его взглядом секундой позже. Снова их разделял лестничный пролет; снова платье мелькнуло и пропало. — Она бежит наверх, на прогулочную палубу!

Фара поразила жуткая мысль: незнакомка точно знала, как он попал на корабль и что именно ищет. И это вдобавок к тому факту, что она была ИСТОРИЧЕСКОЙ ГОЛОГРАММОЙ ИЗ ЕГО ВЫПУСКНОГО ЭКЗАМЕНА НА СИМУЛЯТОРЕ.

Вела себя так, словно знает тебя.

Знает? Если да… как это возможно?

Фар выбежал на палубу; щеки горели, арктический воздух резанул по легким. Ветер, вода, небо — все вокруг него пребывало в движении. Бескрайность подчеркивала пустоту палубы. Он забрался на основание дымовой трубы, откуда открывался полный вид на раскинувшиеся под светом звезд верхние палубы «Титаника».

Марии-Антуанетты с «Рубаи» нигде не видно.

— Какого черта? — прошептал Фар в ночную тьму.

— Хм… Может, снова забежала внутрь? — предположила Имоджен. — Или, возможно, прячется в одной из спасательных шлюпок?