Инфорсер
Шрифт:
Я взглянула на место проведения, ухмыльнувшись, когда заметила Джанин, ожидающую нас у входа.
— Мы недавно услышали об этой цели и понимаем крайнюю необходимость, стоящую за ней. Я здесь, чтобы выразить свою поддержку и, надеюсь, узнать больше, чтобы помочь распространить информацию и посмотреть, что может предложить "CranBaby".
Мои пальцы нервно играли с застежкой на моем клатче, но я остановила движение, как только осознала это.
Сколько себя помню, я всегда была в центре внимания, но это не значит, что мне это нравилось. Все это было связано с фамилией и старой, как мир, корпорацией, которой мы управляли.
— Ходят слухи, что вас готовят к тому, чтобы вы возглавили корпорацию вашей семьи, мисс Тернер.
Он дразнит тебя.
Я твердо удержала свою улыбку на лице.
— Это был вопрос?
Общий смех прокатился по рядам папарацци.
Хорошая работа. Я была не из тех, кто совершает ошибки. Я всю свою жизнь была хорошей девочкой. Любимица учителя, отличница и идеальная дочь, которая по праву возглавит семейную компанию всего за три месяца. Будущее, о котором я всегда мечтала, будет моим, и ожидаемое появление на публике, связанное с этим.
— Учитывая, что у вас семейный бизнес, задумывались ли вы о том, как вы найдете время, чтобы начать свой собственный, как только вы, так сказать, взойдете на трон?
Я сглотнула и наклонила голову к пожилому репортеру, изо всех сил стараясь скрыть тот факт, что он только, что задел меня за живое. Я заметила что справа от меня Брайану Уотеркомбу закончили задавать вопросы и он направился ко входу.
— Вы знаете, я думаю, что Брайан Уотеркомб и я примерно одного возраста, и он готов в любой день возглавить судоходную империю своего отца. Вы задавали ему тот же вопрос? Или он получил пропуск, потому что он мужчина?
Репортер отступил назад, его шея стала того же цвета, что и ковер.
Хорошо. Мудак. Я сверкнула игривой улыбкой, чтобы дать им понять, что мои чувства не задеты.
— Итак, у кого-нибудь еще есть вопрос только для девочек, которые вам бы хотелось задать?
— Что на тебе надето? — спросил другой папарацци.
— Это то, перед чем я не устояла. — Я провела руками по своему облегающему платью, наслаждаясь тем, как ткань с рюшами облегает мои изгибы. — Прада. — я подмигнула.
— Красный определенно твой цвет, — шепнул Рори мне на ухо, от его дыхания по моей коже пробежали тысячи мурашек. Он был достаточно близко, чтобы коснуться меня, но его руки небрежно оставались в карманах.
— Рори! — крикнул другой папарацци, и я вынырнула из транса, в который меня ввела его близость. — Когда ты заинтересовался благотворительностью Дональдсона?
Рори сложил губы в ту идеальную ухмылку, которой он овладел, и на короткое мгновение повернул ко мне голову.
— Все, что поддерживает мисс Тернер, стоит того, чтобы в это инвестировать.
Я тяжело сглотнула, еще один румянец залил мою кожу. Он мог бы сказать о Гейдже или даже Бейли, но он снова сосредоточился именно на мне.
— Вы двое друзья? — спросил репортер с явным нажимом.
Я ухмыльнулась, беря бразды правления в свои руки.
— Я ярая фанатка ”Акул". — По толпе пронеслись возгласы и хлопки, и я одарила Рори улыбкой. — А теперь, если вы меня извините, мне уже пора зайти внутрь. — Я быстро помахал рукой, оставив Рори
и Гейджа отвечать на другие вопросы об их предстоящей игре. Бейли последовала за мной, пока мы шли по красной дорожке, пока не оказались внутри.— Ты отлично справилась! — Сказала Джанин, переплетая свою руку с моей и прижимая меня ближе к своему идеальному как у модели телу.
— Папа, возможно, будет не слишком доволен тем, как я ответила на этот семейный вопрос.
— Ты скоро станешь одной из самых молодых женщин-руководителей много миллиардной корпорации. Я думаю, он знает, что тебе нужно противостоять этому дерьму. Итак, что ты думаешь? — спросила она, указывая руками на сцену перед нами.
Банкетный зал был заполнен круглыми столами, накрытыми великолепными скатертями кремового цвета, официантами в черных галстуках, подающими первоклассные напитки, и, конечно же, половиной голливудской элиты. Комната утопала в классических каллах и кристаллах, которые выглядели как капли воды в изысканных, но роскошных композициях.
— Комната прекрасная, но что насчет еды? — Спросила я, легонько подталкивая локтем свою лучшую подругу.
— Да, я умираю с голоду, — сказала Бейли, слегка касаясь своего живота.
— Ты что, не ела перед тем, как мы выехали сюда? — Поддразнила я.
— Ха. Ха. — Она посмотрела вниз, где ее рука все еще касалась живота. — Клянусь, сейчас я нахожусь в постоянном состоянии голода. Это должно быть мальчик.
Мы с Джанин одарили ее нежными улыбками, от нас исходила чистая любовь и, может быть, чуть-чуть ревности по поводу ее безумного счастья.
— Что? — Спросила она, заметив выражение наших лиц.
Джанин сломалась первой.
— Здесь много всего для тебя, Бейли, и для той маленькой Акулы, которую ты выращиваешь. Кроме того, еда моя и, следовательно, изысканная.
— Тебе нужно что-нибудь проверить? — Спросила я.
Она покачала головой и улыбнулась одному из актеров, пока вела меня к нашему столику.
— Не-а. Я попросил Рафаэля прийти сегодня вечером, чтобы руководить обслуживанием. Мое меню. Мои рецепты. Моя еда. Моя свободная ночь.
— Я знаю тебя лучше, так что сомневаюсь.
— Ну, если они все испортят, тогда никаких шансов нет. Я не для того надрывала задницу ради этой третьей звезды, чтобы позволить им все испортить. Но сейчас я расслабляюсь.
Я окинула взглядом ее обтягивающее синее платье и туфли на каблуках в тон.
— Действительно, расслабляешься.
Прежде чем мы подошли к столу, она повернула меня, положив свои обе ухоженные руки мне на плечи.
— Тебе очень идет красное. — Она посмотрела на мое платье. — Я наконец-то начинаю влиять на тебя? — Спросила она с лукавой усмешкой на лице.
— Нет, это был Рори, — ответила Бейли прежде, чем я успела, в результате чего у Джанин отвисла челюсть.
— Ты спала с ним? Будет ли «7-й номер» первым, что будет вычеркнуто из списка? — Джанин практически подпрыгнула на каблуках.
— Ты не могла бы говорить потише? — Попросила я, оглядываясь вокруг, чтобы убедиться, что Мэтт Дональдсон не был в пределах слышимости. — Конечно, я этого не сделала. Так получилось, что он был у Бейли в то же время, что и я.
— И как это тебя угораздило надеть это потрясающее платье, из-за которого твой отец наверняка закатит истерику?