Имитатор
Шрифт:
В остальном Кир ориентировался лишь по звукам, а они сюда доходили плохо. Он слышал отдельные слова, но иной раз терял суть фразы. Одно понял: после погружения отряда в ящики, Мария позвала кого-то, чтобы ей помогли эти самые ящики дотащить. Судя по грохоту, Мария тоже несла что-то на плече, и Кир сразу же вспомнил о провизии и оставленном братьями оружии: к ним в ящики оно уже не поместилось.
— Осторожнее! Не рассыпьте! — послышалось снаружи. — Мне ещё торговать этим!
Мария вошла в роль и уже вовсю ворчала по поводу неправильной работы носильщиков. Кира несли вторым или третьим. Зерно смягчало колебания
Наконец, всё стихло. Но лишь на время. Вскоре Кир услышал голос Марии прямо над собой:
— Если всё хорошо, пошевели соломинкой.
Задав тот же вопрос остальным, Мария ушла, шумно затворив двери фургона.
***
Капитан Инг забрался на хлипкую деревянную башню, пытаясь рассмотреть в подзорную трубу деревенскую дорогу Жёлтых равнин. Та пустовала, как и час назад. Если кто-то и шёл в Линжу, то уже давно свернул через дубовую рощу.
— Капитан, — позвал неприятный скребущий голос.
По лестнице поднимался одноглазый Одд. Часть его лица пересекала глубокая борозда, которая пряталась за коричневой тугой повязкой, скрывающий пустоту в глазнице.
— Старуха трактирщица говорит, что мало помнит постояльцев, а вот её пивовар исчез с утра, — сообщил он, взобравшись на самый верх. — Правда я порасспрашивал местных и они говорят, что странная пятёрка покинула деревню ночью, с ними был тот самый пивовар.
— Стало быть старуха врёт или не договаривает, а пивовар и есть наш имитатор.
— Стало быть так, — криво улыбнулся Одд, оголив парочку пожелтевших от табака зубов. — Что прикажете? Старуху в расход, деревню сжечь?
— Любишь ты рубить с плеча, — то ли шутя, то ли ругая, произнёс Инг. Он и сам не знал, злится ли он на помощника за неоправданную жестокость или видит в этом шанс упрочить своё положение перед Согдеваном. Чужими руками зло творить легче. — Нет. Поболтай с пьянчугами, пусть расскажут об отношениях между трактирщицей и пивоваром. Если они находятся в родственных связях, это поможет перетянуть имитатора на нашу сторону, — и сказав это Инг задумчиво отвернулся, обратившись к пустому горизонту.
— Так вы что это, хотите здесь остаться? — напрягся Одд.
— Нет, я поеду в Линжу, а вот ты как раз останешься. Позже пришлю тебе гонца с решением.
Инг, повторяя излюбленную привычку, потянулся к небольшому кулону на поясе в форме месяца. Он тёр его всякий раз, когда предстояло непростое решение или дальняя дорога.
— Как выглядит пивовар? — наконец спросил он.
— Тут проблемка — очень уж он неприметный. Волосы рыжие, глаза, как две точки, невзрачные. Нескладёха одним словом. Так они его и описывали.
— Да, маловато.
— А вы вот говорите, перетянуть на свою сторону… это что, убивать мы его не будем, как того старика?
— Не будем. Такие люди нужны князю, а имитаторов последнее время днём с огнём не сыщешь. Да и забыл ты, верно, что старика того убил без моего приказа, — говоря последнюю фразу, Инг посуровел. — Чтобы такого больше не было. Мне плевать, что ты там делаешь по собственному умыслу, но пока находишься под моим командованием, чтобы и шагу без приказа не ступал.
— Я уже извинился тогда, — Одд опустил голову, но в глазах по-прежнему стояла непокорность и, иной раз, пугающая Инга
злоба. — Но он потянулся к арбалету. А вы же знаете этих имитаторов.— Он ложку держал едва, а тут стрелять. Просто тебе захотелось показать свою власть, так и скажи.
Одд поджал губы, но ничего не сказал.
— Имитатора постараемся убедить перейти на сторону Согдевана, а не получится — убьём. Сейчас они либо направились в столицу, либо к границе с Далу. И на одной и на второй дороге я расставил посты, проверяющие каждую машину и фургон. Прежде чем сюда доберутся воины мальчишки, я постараюсь их перехватить.
— А других, как он, разве нет?
— Чем ты слушал, Одд. Говорю же, сложно их отыскать, прячутся они. Вот этот был достаточно глуп, чтобы позволить слухам о себе распространиться за пределы деревни.
— О пиве, что ли?
— О пиве, о верховой езде, о пахоте. Он во многом преуспел.
— Да мало ли таких людей? Почему сразу имитатор.
— Да потому… — Инг хотел было нагрубить, но увидев лицо помощника, какое-то глупое и пустое, замолчал. — Не важно, Одд. До этого шпионы работали — теперь мы. Согласно донесению именно в этой деревне предположительно находился имитатор. А раз агенты Романа его забрали, значит точно он. Агнар бы не стал волочь за собой абы кого, он действует всегда разумно, осторожно.
— Ваш старый знакомый?
— Да.
Инг втянул чистый равнинный воздух, закрыл глаза и простоял так пару минут. Одд же, переминаясь с ноги на ногу и, вероятно, сомневаясь, стоит ли отрывать капитана от раздумий, томился в стороне.
— Ладно… пошёл я, — только и сказал он, а потом развернулся, стукнув пятками, и побрёл к лестнице.
***
Веста, придерживая засаленную занавеску, выглянула из окна таверны. Лучи дневного солнца слепили, не давая разглядеть наполненный воинами двор. Несколько часов назад люди Согдевана вошли через ворота и начали расспрашивать местных о гостях поселения. Они точно не знали, кого искать, но дурачок Шази рассказал о пятёрке иноземцев, навестивших таверну вчера вечером.
— Что там, Веста? — тихонько подкралась Анна. Так как в таверне было пусто, девушка маялась от безделья.
— Что-что? Ничего хорошего.
Веста отпрянула от окна, стоило одноглазому Одду появиться на дорожке, ведущей к таверне.
— Слушай, душа моя, пройдись-ка ты по домам наших самых главных сплетников и скажи, что сегодня после полудня всем выдаю пиво бесплатно. Но… — Веста задумалась, почесала затылок: явно в её голове крутилась сотня мыслей, да ни одна из них не подходила. — А ещё скажи, что наш этот, как его… ну, который за погодой следит, сказал, что буря надвигается. Пусть народ пожитки свои в погребах попрячет и идёт ко мне пиво пить. А женщинам… женщинам, скажи, буду хлеб выдавать и старые припасы с вязанием.
— С чего такая щедрость, матушка? — нахмурилась Анна.
— С того, что я так сказала. Иди, Анна, давай. Не щурься и не думай лишний раз, тебе во вред.
Анна шикнула, но перечить не стала. Накинув плащ поверх рабочего платья, она выскочила на улицу и пошла вдоль домов, стараясь не попадаться на глаза солдатам.
Веста вернулась за прилавок, окинула печальным взором убранство таверны, тяжело вздохнула и тихо молвила:
— Прощай, моя дорогая, не суждено было тебе долго простоять.