Иллюзии
Шрифт:
— Не думаю, что он захочет сейчас разговаривать с тобой Аспикус. И разве есть о чем?
— Он твой телохранитель, а не раб. И не тебе решать общаться ли нам и когда. Мы неплохо работали с тобой и были полезны друг другу, — мужчина сверкнул глазами, — и я не хочу показаться неблагодарным. В свое время ты все поймешь. Так где его найти?
Мирсаль поджал губы, подошел к нему и что-то ему объяснил. Интересно, неужели место, где скрывается Брун это такая тайна? Пока я мучилась сомнениями, наг поклонился, плавно скользнул за дверь, аккуратно прикрыв ее за собой. В комнате стало необычайно тихо. Я подошла к окну и выглянула в сад.
— Не хочешь рассказать, зачем все-таки он приходил? — Раздался голос у меня за спиной. Я обернулась.
— Спасибо за то, что позаботился. — Постаралась своим тоном выразить как можно больше тепла и признательности. Врать не хотелось, а правду… правду говорить нельзя в любом случае. Просто захотелось, чтобы он понял, мне дорого его отношение. Мирсаль слегка улыбнулся.
— Если честно, я поражена. Эта комната невероятна!
— Я рад, что комната тебе понравилась, но, все-таки… Почему ты его сразу не прогнала, Катерина?
Он встал еще ближе, так, что я была вынуждена слегка откинуться и опереться рукой о подоконник и запрокинуть голову, чтобы видеть его лицо.
— Ты должна всех убедить, что мы пара, а в результате, решив навестить тебя, я нахожу здесь нага. Ты хоть понимаешь, как это унизительно? — в его голосе звучала горечь разочарования.
— Прости, он зашел попрощаться… — пролепетала я, злясь на себя за подобное поведение. Вот почему я чувствую себя настолько виноватой? Захотелось вдруг все рассказать, покаяться… Стоп! Остановила я себя. Покаяться? А тебе не кажется, Катюша, что кто-то очень хитрый и ушастый пытается на тебя воздействовать? Постаралась незаметно сдвинуться в сторону, но маневр был замечен, Мирсаль опустил руки на подоконник с двух сторон, отрезав путь.
— Пойми, Аспикус тебя просто использует. Все темные одинаковы… они получают извращенное удовольствие, используя, выпивая чужую силу. Попробовав один раз, он словно запойный пьяница является к тебе, чтобы выкачивать магию и не может остановиться. Я помню, как он делал это. Неужели тебе настолько понравилось? Он целовал тебя? Да? — Меня встряхнули. Опять! Дурная, дурная привычка!
— Нет! Отпусти меня! — Я попыталась освободиться, но эльф только больше разозлился. Навис надо мной, сжимая плечи, заставив распластаться на подоконнике. Черт! — Тебе не кажется, что это слишком? Мы просто разговаривали. — Выдохнула, чувствуя, что от близости его тела меня кидает в жар и кружится голова. — Ты еще заяви, что он соблазнил меня!
— Нет, не соблазнил… — на его губах мелькнула довольная улыбка, а я вспыхнула. Почему он так улыбается? Это уже слишком! — Ты забываешь, кто я, но я видел, какой бывает твой резерв вечером, а сейчас он почти пуст. Что он с тобой делал? Опять пил силу?
— Нет! Я просто зарядила ему накопитель… он уезжает. Он спрашивал, нравишься ли ты мне, а ты… да ты мне нравишься. — Выпалила, глядя в его синие глазищи.
Я говорила правду, хоть и не всю. Высшие чувствуют ложь, но лжи не было. Нервно облизала пересохшие губы, ожидая его реакции на вырванное признание. Мирсаль застыл, прикипев взглядом к моим губам, потом отмер и слегка отодвинулся. Слава Богу! Я смогла выпрямиться. Он неловко попытался пригладить мои растрепавшиеся пряди, продолжая придерживать.
— Ты не представляешь, как я жду завтрашнего дня! — пальцы нежно пошлись по щеке, и зарылись в мои волосы, мои колени задрожали, — маленькая глупая мышка…
Боже, мне хотелось бежать прочь и прижаться к нему одновременно. Что мне делать? Вид возбужденного мужчины и завораживал и пугал меня. Все-таки он безумно привлекателен.
— Ты забыла, что я все еще отвечаю за тебя. Ты моя, и я… принял решение… — он впился в мой рот поцелуем. Жадно. Властно. Словно пытаясь что-то доказать мне или себе. Возможно, я дура
и пожалею, но это все потом. Меня ни кто еще так не целовал. Вся реальность сосредоточилась в единственном для меня существе — неподражаемом и невыносимом эльфе. Я обняла его и ответила на поцелуй. Почувствовав мой ответ, его руки начали свое движение, лаская, а не удерживая, его поцелуи стали нежнее, слаще. В животе начал закручиваться тугой, жаркий клубок.— Подожди, пожалуйста, — я все же попыталась остановить это безумие и удержать себя от непоправимого поступка.
Мирсаль вздрогнул и замер, прижимая меня к груди. Я стояла рядом и слушала, как часто бьется его сердце. Мое глупое сердце стучало в унисон.
— Никому не позволю к тебе прикасаться. Если Аспикус еще хоть раз к тебе приблизится, будет иметь дело со мной … Ты только моя.
Он достал из кармана коробочку, в которой оказалась тонкая золотая цепочка с зеленым камнем в венке из золотых листьев.
— Это тебе. Я хочу, чтобы все знали, что первый эльфийский дом берет тебя под свое покровительство.
Он подвел меня к зеркалу и осторожно надел цепочку мне на шею. Кулон был безумно красив и таинственно мерцал на груди. Я заворожено коснулась камня.
— Все время хотел узнать, что это? — Он дотронулся до моего медальона.
— Это… это память, и его я снимать не буду, — возможно, излишне резко ответила я, но мне очень не хотелось рассказывать Мирсалю о таинственной начинке.
— Как хочешь, — он провел пальцами по моей шее, послав волну мурашек. — Зато я знаю, что тебе подарить в следующий раз. — Он наклонился и поцеловал меня за ухом, глядя на меня в зеркало.
Глава 14
Несмотря на то, что все данные о работе с гуартой и иномирянками проводились в тайне, Академия решила затребовать все данные по работе с девушками, для собственных исследований. То есть — «в интересах науки». Естественно, что секрет самого зелья никто не найдет, как бы не вчитывался в сухие листы с формулами и анализами, делиться подобными сведениями Аспикус не собирался, считая, что подобные знания не стоит доверять никому, а уж тем более бумаге, однако это было довольно неприятно. Имена всех, кто подвергся действию препарата были засекречены и подчищены еще службой безопасности, так что было ясно — после беглого просмотра и внесения данных о проведенной работе, все документы просто будут пылиться в академических архивах. Мирсаль же, как порядочный эльф не желающий делиться фамильными секретами, поручил Бруну проверить все еще раз, дабы магистры, а точнее их помощники не прихватили что-нибудь лишнее.
Узнав, что Брун в данный момент должен заниматься упаковкой отчетов и оставшихся препаратов Аспикус отправился в особняк, он давно планировал передать дубликаты собственных записей, и запас антидотов в надежные руки. Здравомыслящий оборотень подходил идеально: он сделает, так как его попросят, не станет упираться. Несмотря на молодой возраст, он в состоянии просчитать варианты развития событий и уровень опасности, а также оценить перспективы его подарка, ведь это позволит Мирсалю, в случае рецидивов, быстро взять ситуацию под свой контроль, и не искать Дариэля по всей стране. А вот архивам Академии безоговорочно доверять не стоит.
Набросив отвод глаз, наг серой тенью скользил по коридорам дворца. Придворная жизнь из дневной яркой, помпезной и чванливой с наступлением ночи затихла, свет пригашен, коридоры опустели. Далеко не всем было позволено бродить по дворцовым палатам в столь поздний час. И Дариэль наконец-то смог расслабиться. Он убрал щиты и расправил сеть эмпатии вокруг себя, чувствуя, как энергия потоков свободно струиться сквозь сознание, восстанавливая силы и укрепляя его связь с внешним миром, делая их единым целым. Словно летучая мышь с помощью эхолота ощущающая пространство вокруг себя, он с наслаждением сканировал пространство, улавливая чувства существ и определяя их расположение.