Играя с судьбой
Шрифт:
– Не вешай нос, парень, - попытался ободрить он.
– Увидишь ты еще своего Арвида. Да и шеф не кусается.
Я оставил реплику без ответа. В голове царил полный хаос. Подумалось, что лучше бы мне на самом деле быть бесчувственной тварью, модификантом, лишь бы не испытывать ни стыда, ни тревоги, не рваться между надеждой и отчаянием, не краснеть, не бледнеть, не покрываться мурашками.
Остановившись, Эгрив поймал меня за плечи, встряхнул, заставив посмотреть себе в лицо.
– Ты куда поплыл, парень?
Интересно, он способен оставить меня в покое? Ну, или хотя бы не обращаться, словно с глупым дитем?
– Все нормально, -
– Говоришь, шеф ждать не любит? Вот и пойдем. Разговаривать потом будем.
Я машинально отер капли пота, выступившие на лбу, и вновь пошагал по дорожке.
Идти оказалось недалеко. За садом, окружавшим госпиталь, прятался небольшой городок. Приземистые светлые здания в один - два этажа утопали в зелени; Эгрив направлялся к ближайшему из них.
Охрана у входа беспрепятственно пропустила нас внутрь, в огромный сумрачный холл. Вместе со мной медик поднялся по широкой мраморной лестнице, свернул куда-то и остановился напротив дверей.
Лицо одного из охранников показалось мне слегка знакомым.
– Любишь ты неприятности, Эгрив, - буркнул он.
– Смотри, не ошибись однажды в суждениях. Элейдж тебя ценит, но всему есть предел.
Медик мотнул головой, посмотрел на меня и, отойдя в сторону, присел на один из ряда стульев около облицованной желтоватым камнем стены.
Охранник кивнул мне на дверь.
– Ступай, тебя ждут. Да старайся дерзить поменьше. Алашавар этого не очень-то любит.
Я перешагнул порог. Наверное, мне уже положено было перестать вообще что-нибудь чувствовать, или биться в истерике, или... Но нет, даже сердце стучало спокойно и ровно.
Мне не нравился взгляд Алашавара, не нравилась его манера смотреть на людей как-то оценивающе и высокомерно. Мне много что не нравилось в нем. И чем-то он напоминал мне Азиза Каэнни. Впрочем, что в сравнении с эти человеком Азиз? Чувствовалась в черноглазом какая-то не поддающаяся разумению сила.
– Проходи, - прозвучало из глубины кабинета.
Алашавар сидел возле стола, рассматривая бумаги, его губы неприятно кривились. Подойдя, я отметил, что на каменной полированной столешнице лежала и шкатулка, переданная мне преподавателем, и договор, который чуть более суток назад мы подписали с Арвидом Эль-Эмрана.
– Имя?
– оторвавшись от созерцания документа, коротко бросил Алашавар.
Мне не нравился его взгляд. Казалось этот человек просвечивает меня взглядом словно рентгеном, видит каждую мысль, рождавшуюся в голове. Ему было трудно соврать. Практически невозможно. А еще от этого колючего взгляда становилось зябко, так же как в ясную светлую ночь на трескучем морозе.
– Меня зовут Рокше, - выдохнул я непослушными губами.
– Я навигатор Арвида. Стажер.
– Где вы познакомились? Как? При каких обстоятельствах? Советую говорить правду.
Правду, так правду. Не рассуждая, не споря я рассказал ему все - с самого момента нашего с торговцем знакомства, не утаивая ни того как познакомился с Фори, ни того, что натворил в порту, ни того, что не знал куда направиться, не перехвати меня катера службы безопасности
Алашавар не перебивал, сидел и слушал. Когда я умолк, он встал и прошел по кабинету бесшумным кошачьим шагом, остановился у окна, посмотрел сквозь стекло на легкие, тающие в синеве облака.
От того что меня не буравит внимательный взгляд стало немного легче.
– Шкатулка твоя?
– спросил он, подходя ко мне. Я кивнул.
– Знаешь, что меня смущает?
– выдохнул Алашавар. -
Элейдж коснулся рукой моего подбородка, вынуждая поднять взгляд, вынуждая вновь посмотреть в его глаза, в эту тянущую, лишающую воли бездну. Стоило соприкоснуться взглядам, и я словно полетел в пропасть. Мир вокруг завертелся с бешеной скоростью - стены, пол, потолок. Я не видел Элейджа, не слышал его голоса, только второй раз за сутки чувствовал, как меня буквально выворачивает наизнанку через поры кожи, и как от боли и бессилия слезы катятся по щекам.
Я предпочел бы получить разом десяток разрядов из парализатора, чем еще раз встретиться с Алашаваром взглядом. Я бы предпочел умереть, и это я знал абсолютно точно уже в тот миг, когда начал приходить в себя, освобождаясь от забытья, в полуобморочном состоянии, полулежа в кресле в кабинете . Рядом суетился Эгрив.
– Элоэтти прав, мальчишка не опасен, снимите охрану, пусть передвигается свободно, - услышал я голос, привыкший отдавать распоряжения.
– С Эль-Эмрана я расплатился. Когда мадам Арима придет в себя, доложите мне об этом. Все.
Подняв голову, я успел заметить, как Алашавар вышел из кабинета, и как дверь захлопнулась за его спиной.
С трудом поднявшись на ноги, вцепившись в плечо медика кое-как, с трудом я выполз в коридор и, прислонившись виском к стене, закрыл глаза. Мимо ходили какие-то люди, но мне это было безразлично, и так же равнодушно я сносил заботу Эгрива.
Лишь когда он сунул мне в руки прямоугольный плоский предмет, я немного очнулся. Шкатулка вновь оказалась в моих руках. Открыв ее, я с ненавистью посмотрел на пустой флакон с темными следами на стеклах, на квитанцию, на собственный контракт, подписанный с Эль-Эмрана.
Захлопнув шкатулку, я перевел взгляд на медика.
– Что это значит?
– спросил я его.
– Кто этот чертов Элейдж? Где я?
Медик устало мотнул головой.
– Думаю, сейчас все же не стоит...
Не слушая возражений, я вцепился в руку господина Элоэтти и четко по слогам повторил слова ему в лицо:
– Где я нахожусь? Я хочу знать, слышишь? Я хочу знать, во что вляпался, подписавшись работать на Арвида.
Медик кивнул, вздохнул, неопределенно пожал плечами.
– На что ты подписывался, я не знаю, - сочувственно проговорил мужчина.
– А находишься ты на базе Стратегической разведки. Здесь расположены госпиталь и реабилитационный центр. Ну? Я удовлетворил твое любопытство?
Зажмурившись, чтобы не видеть - ни выражения сочувствия на загорелом лице медика, ни стен, ни завораживающего вида из окна, я обхватил голову руками, чувствуя, что земля снова, в который раз уже уходит у меня из-под ног.
Вопросов, на которые я хотел получить ответ у Арвида Эль-Эмрана, становилось все больше.
Глава 6.
У меня было огромное желание переговорить с торговцем, не тратя понапрасну времени, а с глазу на глаз или в присутствии посторонних - это не имело значения. Но добравшись до палаты Арвида, я испытал приступ острейшего разочарования: показать - показали, но в палату меня не пустили. Эль-Эмрана спал, и его будить было строго запрещено. С огромным трудом я сдержался, что бы не высказать вслух все, что я думаю о местных порядках и ушел к себе.