Игла
Шрифт:
— Ты в порядке? — прошептал он, ощупывая лицо Иглы, не видел её из-за слёз. Игла рассеянно кивала.
— В порядке. Я в порядке. Но Ветер...
Она заплакала, а Ветер прижался к ней, зарылся лицом в живот, будто хотел спрятаться от мира. Дар дрожащими руками отнял его, осмотрел, ощупал, но, кроме шрама на горле, других ран не нашёл. Едва он выпустил Ветра, тот вновь прильнул к Игле, а та лишившись последних сил уронила голову на грудь Дара. Она не знала, сколько просидела так, покачиваясь, убаюкивая Ветра, пытаясь поверить, что тёплые объятия Дара реальны, что всё закончилось, они выжили. Раненые, измученные, лишившиеся многого, потерявшие Ласку, потерявшие дом, но живые. И возможно,
Когда Игла нашла в себе силы открыть глаза, галерея вновь изменилась. Исчезли лозы и трон, за огромными окнами тлело вечернее солнце. Они вернулись.
Тело забавы лежало на полу и будто обнимало топор Баяна. Но вот головы и серпа нигде не было видно.
— Морена забрала её, — прошептала Игла. — Забрала Забаву.
Дар оглянулся, обводя взглядом пустую галерею.
— Значит, всё и правда кончено.
— Ещё нет, — покачала головой Игла.
Ласково отстранившись от Ветра, она обошла к тело, опустилась на колени, перевернула тело на спину и протянула Дару раскрытую ладонь.
— Мы должны всё закончить, — тихо сказала она.
Дар, замешкался, но всё же принял её руку, и они вместе с Иглой положили ладони Забаве на грудь. Игла закрыла глаза и медленно выдохнула, взывая в чарам, своему сердцу, багрецу в груди Дара и магии заточённой в каждом камне Звёздной Башни. И тогда в ней разгорелось самое жаркое пламя, какое Игла только знала. Засияло золотом, а потом и ослепительной белизной, охватило тело Забавы, и оно в один миг обратилось пеплом. Ветер, будто ждал этого, ворвался в галерею, подхватил пепел и, закружив его, понёс прочь, навстречу разгорающимся закату. Игла и Дар проводили его взглядом и ещё какое-то время молча сидели на полу, думая о будущем, которое их ждало.
— Надеюсь, она обрела покой, — сказала наконец Игла, поднимаясь на ноги и вдыхая свежий, полный весны воздух. Боль и ненависть чар исчезли вместе с развеяным по ветру прахом. — Такой изломанной душе он особенно нужен.
Под бок Иглы подошёл Ветер, она обняла его. Дар подошёл к ними, и Ветер тут же схватил его за руку. Дар улыбнулся ему, обнял Иглу и поцеловал в макушку.
— Ты слишком добра, — прошептал он, не веря, что всё ещё чувствует её живой, такой родной запах. Не веря, что всё закончилось. — Не понимаю, откуда ты такая взялась.
— Из лесу, — улыбнулась Игла. — Говорят, я и весь этот лесь появились из израненного сердца одного доброго юноши. И я очень долго его искала, чтобы вернуть то, что у него однажды украли, и сделать так, чтобы этот юноша, — она провела ладонью по щеке Дара, стирая бегущую слезу, — больше никогда не плакал.
Дар прислонился лбом к её лбу.
— Я так долго тебя ждал. Спасибо, что нашла меня.
Ветер дёрнул Иглу за рукав, а потом потянул и Дара, привлекая внимание. Он попытался что-то сказать, но не смог, захрипел и с надеждой посмотрел на Иглу. И она пригляделась к его губам, Ветер повторил снова. Игла посмотрела на Дара.
— Он спрашивает, «всё закончилось? что теперь?».
Дар крепче сжал руку Ветра, улыбнулся так тепло, как умел и ответил:
— Пора возвращаться домой.
Эпилог
Древний лес дышал весной, переливался пением птиц и играл с солнечными зайчиками, которые танцевали вместе с играющей с ветром листвой. В самом сердце леса, под старым раскидистыми дубом сидела маленькая девочка с длинной рыжей косой, усердно плела венок из одуванчиков и мурлыкала себе под старую песенку. Рядом с ней сидел леший. На оленьих рогах его, кроме привычных колокольчиков на алых лентах, висели одуванчики. Зелёные угольки глаз в чёрных глазницах выбеленного временем черепа внимательно следили
за ловкими пальчиками девочки, переплетающими гибкие стебли.— Готово! — воскликнула девочка, завязав последний узелок. — Теперь ты будешь красивым!
Она встала на изогнутый корень, покачнулась, и леший осторожно подставил когтистую лапу, чтобы не дать ей упасть. Девочка рассмеялась и нахлобучила венок ему на голову.
— Подожди! — Девочка достала из кармана платья ягоду клюквы и натёрла ею череп лешего под глазницами. — Теперь румяный! Можно невесту тебе искать! Ты какую хочешь?
Леший не ответил, но девочку, кажется, это совсем не беспокоило. Она продолжала болтать, расписывая, какая, по её мнению, лешему нужна невеста. Тут зашуршал кустарник, девочка испуганно смолкла, но заметно расслабилась, когда из-за ветвей появился невысокий худощавый юноша с короткими светлыми волосами и шрамом на горле.
— Ветер, уходи! — крикнула девочка. — Я занята важным делом!
Ветер помахал девочке и сложил пальцами несколько быстрых фигур.
— Не хочу домой! Мы с лешим играем!
Ветер закатил глаза и снова показал ряд быстрых жестов. Девочка тут же подпрыгнула, соскочила с корней дуба и побежала к нему, на полпути ойкнула, развернулась и помахала лешему.
— Мне очень пора домой! Там важное дело! Мяун испёк пироги! Приходи завтра, ещё поиграем!
Ветер взял девочку за руку, и они направились в чащу. Идти было недолго, но девочка всё равно успела рассказать Ветру обо всём, чем занималась с момента, как проснулась. О том, как вылезла в окно, пока все спали, чтобы найти ягод к завтраку, как злилась, что за ней всю дорогу присматривал леший и не давал собирать чёрные ягоды, которые ей особенно понравились. Как она забыла про ягоды и нашла поле с одуванчиками и принялась украшать лешего, которому, она точно знала, нужна жена, чтобы времени мешать ей гулять одной по лесу, у него больше не было. Ветер терпеливо слушал и вёл девочку дорогой, которая зарастала корнями и кустарниками, стоило им пройти.
Наконец они вышли на просторную поляну, Ветер поймал один из волшебных светлячков, которые так нравились девочке. Светлячок признал его, и перед ними появился высокий светлый терем с резными наличниками, жар-птицами на колоннах и яркими коньками. На крыльце уже стояла рассерженная мать. Красивая молодая женщина с седой косой и яркими зелёными глазами.
— Ласка! — воскликнула она, упирая руки в бока и грозно глядя на девочку. — Разве я тебе не говорила, что уходить в лес без спросу нельзя?
— Я была не одна! Со мной леший играл! — Ласка вырвалась из рук Ветра, резво взбежала по крыльцу и обняла большой мамин живот. Приложила к нему ухо. — Когда Вихо уже выберется оттуда и будет со мной играть?
— Скоро, — ответила Игла, потрепав дочь по макушке.
— Вот ты где! — во дворе появился запыхавшийся Дар, Ласка завизжала и тут же бросилась его обнимать. Дар подхватил её на руки и щёлкнул по курносому носу. — Мы с Ветром сбились с ног, пока разыскивали тебя по всему лесу. Сколько раз говорить, что нельзя уходить без спросу?
— Хватит, — важно замотала лохматой рыжей головой Ласка. — Мама меня уже поругала!
— Не обманывай отца, я даже ещё не начинала, — прищурилась Игла. — Но отложим разговор до конца завтрака. Мяун нас уже заждался.
— Это точно! — Мяун появился на крыльце, подняв трубой хвост. Холёный, блестящий, с круглыми боками. — Пироги стынут, а вы тут болтаете. Я так сам всё съем.
Ветер тут же замахал Ласке, та с визгами спрыгнула с рук Дара, и они вслед за Мяуном скрылись в дверях. Дар проводил их весёлым взглядом, неторопливо поднялся на крыльцо и приобнял за плечи Иглу. Та, вздохнув, положило голову ему на плечо: