Чтение онлайн

Приход-майор с минуту переваривал полученную информацию, сверяясь с картой, а затем в наушниках брата Дамесия вновь раздался его голос:

— М-гм… Похоже, вы вышли к родовому загону. Внимание! Вы должны захватить объект с наименьшими повреждениями и… максимально сохранить имеющийся внутри гражданский персонал. Вы поняли? Это очень важно. Повторяю. Вы должны…

Брат Дамесий едва не сплюнул. Удержался в последний момент, осознав, что основным результатом сего действия будет изрядно запачканное забрало. А он-то рассчитывал на поддержку артиллерией. И что же теперь? Положить вторую половину келии, прорываясь под частым огнем через высокую капитальную стену, хоть и наскоро, но все же подготовленную к обороне? Впрочем… Он языком перещелкнул переключатель каналов:

— Брат Клом, у вас еще остались гранаты?

— Да, старший кондатор.

— Прекрасно. —

Брат Дамесий сделал паузу, еще раз обдумывая возникшую идею и пытаясь отыскать подводные камни, но вроде бы все должно получиться как надо. — Сможете аккуратно завалить левый угол стены? Но только чтобы он обрушился наружу.

Брат Клом ответил после секундной паузы:

— Да, без проблем.

Брат Дамесий мысленно улыбнулся, мельком поздравив себя с тем, как верно он определил прежнюю профессию брата Клома. Завалить стену так, как он просил, — задачка непростая.

— Тогда давайте по моему сигналу. И сразу после этого — дайте пару серий в тот же угол из плазмобоя на минимальной мощности. Но так, чтобы не задеть ничего внутри.

— Понял.

— Отлично! Келия, слушай мою команду. Сразу после первой серии — прыжком вперед. Постарайтесь перемахнуть забор за один прыжок. А там — по обстановке. Вопросы?

Ответом были шестнадцать коротких «нет». Брат Клемент получил свое еще в воздухе, навеки обезглавив будущие поколения воинов Господних, а остальные были опытными бойцами. — Тогда… Брат Клом, давай!..

Адмирал Мбуну откинул крышку запасного выхода из бункера и, задыхаясь от кашля, вывалился из тоннеля. О, Банме-нгумо, неужели он сумел выползти из этого ада?! С орбиты по дворцу ударили в первые же мгновения штурма. Этот придурок Йогер рассыпался в пыль, наверное, лежа на очередной наложнице. А может, и не на одной. Последние несколько дней его жизнь превратилась в сплошную оргию. Похоже, в той кровавой вакханалии, которую он затеял, разум совсем покинул голову этого ублюдка. Он дошел до того, что, наплевав на запреты «хозяев», приказал таскать ему самок из загонов. Впрочем, это немудрено. Вот уже две недели ни одна из его наложниц после ночи любви не оказывалась способна самостоятельно покинуть ложе Великого. Великого…

Широкие ноздри Мбуну трепетали от злости, он резко выдохнул и тут же вновь зашелся в кашле. Пылевая взвесь, забившая тоннель, казалось, впиталась даже в язык. Великий… Великий урод — вот он кто. Ну надо быть таким идиотом, чтобы уничтожить лучших офицеров перед самой атакой врага? Да и сам Мбуну торчал у него во дворце скорее на положении пленника, чем действительно являясь почетным гостем Великого. И, судя по взглядам, которыми награждал адмирала этот полукровка, его тоже ожидала незавидная судьба. Слава богу, Мбуну заранее озаботился тем, чтобы во дворце оказались верные люди, чтобы никто из ближайших прихлебателей Великого не заподозрил, что они связаны с адмиралом. Поэтому, когда все величие и безумие последнего отпрыска Великого рода Юму Сесе Свамбе ушло в небытие, он сумел добраться до этого тайного тоннеля, ведущего к обычному родовому загону. Здесь, в одном из ангаров, стоял небольшой атмосферный катер, открывающийся только его личным кодом. А в полутора сотнях миль отсюда, в другом замаскированном ангаре, выплавленном в подводной части одного скалистого островка, у него был укрыт скоростной корвет с преданной командой. Конечно, стартовать сейчас было бы сущим безумием. Но в этом нет никакой необходимости, надо только добраться до островка и переждать. Неделю, месяц, полгода… столько, сколько нужно. Запасов хватит.

Адмирал наконец отдышался и, осторожно высунувшись, осмотрелся. Родовой загон был цел. Никого из персонала не было видно, а вот сетчатые заборы яслей были усыпаны гроздьями маленьких уродцев, которые, вытягивая непропорционально длинные шеи, пытались разглядеть, что происходит. Но его они совершенно не волновали. Впрочем… Мбуну довольно оскалился. То, что уродцы пока еще живы, — даже хорошо. Сканерам с орбиты будет гораздо сложнее засечь его, пока он будет пробираться к своему катеру. Во всяком случае, его шансы успешно добраться до ангара существенно возросли. Только стоит поспешить. Судя по частому треску плазмобоев у ближней стены ограждения, атакующие подобрались уже достаточно близко. А адмирал слишком хорошо представлял себе уровень подготовки новых масаев, чтобы надеяться, что те сумеют удержать оборону продолжительное время. Поэтому Мбуну не стал терять ни мгновения, а, ловким движением соскользнув со скального выступа, укрывавшего люк от нескромных взглядов снизу, и,

крепко стукнувшись ногами о землю, бросился вперед. В этот момент глаза резанула яркая вспышка, и сразу же раздался грохот. Мбуну опрокинуло на бок. Он извернулся как кошка и, перекатившись через плечо, вскочил на четвереньки. О, Банме-нгумо, почему ты оставил своих детей?! Угол забора рухнул, и большинство оборонявшихся, едва опомнившись, тут же открыли по образовавшемуся пролому частую беспорядочную стрельбу. Адмирал скрипнул зубами. Идиоты, надо быть абсолютной тупицей, чтобы атаковать через пролом! Это же отвлекающий маневр. Но тут над забором почти одновременно, демонстрируя отличную выучку и великолепную слаженность, взмыли полтора десятка фигур в боевых скафандрах и развевающихся белых плащах с красными крестами. Они открыли огонь из плазмобоев еще в воздухе, первым же залпом накрыв дюжину оборонявшихся и показав остальным, что у них осталось всего несколько мгновений из всей их никчемной и бестолковой жизни. Злобное отчаяние придало сил, и Мбуну рванул вперед. У него еще оставался шанс…

Когда он пробегал мимо очередного загона, что-то небольшое, но стремительное упало ему на плечи. Адмирал от неожиданности отшатнулся в сторону, но две тощие цепкие ручки, просунувшиеся через ячейки сетки другого загона, вцепились ему в ногу. Мбуну рванулся, захватил повисшего на нем уродца за головенку, собираясь одним движением переломить хлипкие шейные позвонки, но тут на него прыгнули еще трое, и он почувствовал, как их острые зубы одновременно вцепились ему в ягодицы, плечо и левую голень. Мбуну взвыл, дернулся, но нападающих уже оказалось пятеро, шестеро, девять… Спустя пару мгновений адмирал рухнул на песок. Он дико хрипел, до последней секунды стараясь выбраться из-под кучи тщедушных тел, но кровь уже хлестала из его разорванного горла, а на месте глаз зияли кровоточащие дыры. Еще мгновение — и он затих.

Один из уродцев оторвался от трупа, выплюнул изо рта вырванный кадык и, повернувшись, бросил взгляд вдоль прохода, в котором несколько дней назад такой же чернокожий на глазах у него убил его мать, и довольно оскалился.

Полковника Богуна сигнал вызова поднял с постели в три часа ночи. Занудный зуммер с трудом пробился сквозь вязкий, без сновидений сон и показался смертельно вымотанному коменданту началом тяжкого кошмара. Но на пятой или шестой пульсации до Богуна наконец дошло, что это кошмар… наяву, к которым за четыре сумасшедших месяца Богун уже привык, — ведь за последние двое суток он впервые прилег пару часов назад.

Полковник сел на постели, повел плечами, разминая затекшую шею, затем зевнул, да так, что нижняя челюсть чуть не вывернулась, и яростно потер ладонью обмякшее лицо. Спать хотелось отчаянно, но зуммер, выставленный Богуном на самый низкий уровень громкости в призрачной надежде на то, что, если он долго не проснется, звонивший устанет ждать и неотложный вопрос, ради которого дежурный отважился побеспокоить только что прилегшего коменданта, как-нибудь рассосется сам собой, не замолкал. Поэтому комендант поднялся на ноги и, босиком прошлепав к консоли, упал в кресло. Ударив по клавише, он снова зевнул, поэтому не сразу заметил, чье изображение высветилось на экране. Наконец Богун закрыл рот, взглянул на экран — и окаменел. Несколько мгновений в комнате стояла звенящая тишина, а затем насмешливый голос произнес:

— Да, полковник, в первый раз мои офицеры предстают передо мной в таком виде, — и после короткой паузы более мягким и вовсе шутливым тоном добавил: — Или вам пришло в голову, что у меня несколько изменилась ориентация, и вы пытаетесь меня соблазнить?

Богун выдавил из горла чрезвычайно интересный с точки зрения изучения возможностей голосовых связок человека набор звуков и гигантским прыжком, который сделал бы честь любому мастеру спорта по прыжкам в длину, если бы не был выполнен спиной вперед, скакнул к встроенному шкафу с формой. С экрана вдогонку послышался легкий смех.

Через пятнадцать секунд, явно перекрыв все действующие нормативы по подъему по боевой тревоге, Богун уже стоял перед консолью, затянутый в полевой комбинезон с сияющей бляхой ремня на поясе и в лихо заломленном берете.

— Ваше вели…

Но человек, чье изображение светилось на экране консоли, не дал ему продолжить:

— Бросьте, полковник, я прекрасно знаю, что вы не спали двое суток.

Богун судорожно проглотил слюну, внезапно заполнившую рот, и рявкнул:

— Слушаю, ваше величество!