Чтение онлайн

Дуглас оказался прав. Иву было не просто интересно, он почувствовал себя… как пистолет, у которого взвели курок. Рейд на Зоврос явно будет намного интереснее, чем Ив до сих предполагал. На видеорекордере оказалась короткая, секунд на сорок, запись. Судя по ракурсу, она была сделана с разведывательного зонда и столь малая ее продолжительность, скорее всего, была вызвана тем, что зонд успел прожить в активном режиме именно столько времени. Несмотря на цифровую обработку сигнала, запись была крайне низкого качества. Ив сумел разглядеть только кусочек местности, группу маленьких уродцев, похожих на людей, но преступным жонглированием генов превращенных в заготовки для убийственно эффективных солдат. Они, обливаясь

потом, волокли куда-то поваленный ствол дерева с необрубленными сучьями. Причем делали они это отнюдь не по собственной инициативе, а повинуясь ударам бича, которыми щедро награждал их стоящий рядом надсмотрщик. И в нем-то был весь смысл. Надсмотрщик был человеком. Нормальным. Практически ничем не отличающимся от самого Ива. За исключением одной маленькой детали. Его кожа была черной… Свамбе вновь возникли на его пути.

В ходовой рубке горели только экраны и синие лампы дежурного освещения над обоими выходами. Дежурный помощник капитана, дремавший в кресле за спиной старшего навигатора смены, всхрапнул и, вскинув голову, непонимающим взглядом обвел тускло освещенный полукруг центрального пульта, на котором сейчас горело всего пять экранов. Сидящий в центре старший навигатор чуть развернул кресло и покосился на него. Взгляд дежурного помощника уже прояснился. Он поморщился, помассировал затекшую шею, а затем спросил:

— Как дела, Сивый Крокодил?

Старший навигатор слегка скривил губы в гримасе, которую с одинаковым успехом можно было принять и за недовольство и за скуку.

— Второй ходовой барахлит. Дед Дуда снизил нагрузку на пятнадцать процентов.

— На сколько опоздаем? Навигатор пожал плечами.

— Черт его знает, может, и ни на сколько. У нас был запас.

Дежурный помощник капитана пару мгновений осмысливал информацию, а затем наклонился вперед и щелкнул клавишей вызова двигательного:

— Эй, Дуда, как там у нас?

В ответ из динамика раздался ворчливый голос:

— Как жа, у нас… Энто у нас… А вам-то что? Сидитя там в ус не дуете, а нам расхлебывай. Я давно уже говорил Мосластому, что сердечники пора регулировать, а он все жадится… Вот и получил…

Дежурный помощник поморщился и, повернувшись к навигатору, буркнул, приглушив голос:

— Ну, задудел, теперь на полчаса…

Старший навигатор ухмыльнулся и махнул рукой:

— А, ладно, значит, все терпимо. Вот если бы он не задудел…

И оба согласно закивали, после чего помощник убавил громкость, поскольку дед Дуда сильно обижался, если связь отключали до того, как он выговорится, сладко зевнул и, устроившись поудобней в широком кресле, прикрыл глаза. Старший навигатор смены покосился на него завистливым взглядом, потом зло огляделся по сторонам, как будто ища, на ком бы сорвать плохое настроение. Но кроме них двоих в ходовой рубке больше никого не было, поэтому он тяжко вздохнул и, вытянув руки, на мгновение остановил пальцы над клавиатурой, будто пианист перед исполнением сложной симфонии, а затем опустил их на клавиши. Спустя мгновение его пальцы шустро бегали по клавиатуре, а на экране, занимавшем всю переднюю стенку рубки, ползли длинные столбцы цифр. В отличие от всей остальной вахты старшему навигатору смены спать было нельзя ни при каких условиях. Иначе и он сам, и весь корабль могли бы однажды проснуться уже в нижних слоях короны какой-нибудь звезды или от грохота разламывающихся переборок корабля, врезавшегося на полном ходу в небольшое, на пару-тройку астрономических единиц в поперечнике, облако межзвездного газа. Впрочем, в этом случае вряд ли кто успел бы проснуться…

Бронедверь рубки распахнулась, и на пороге появился капитан. Мосластый был облачен в роскошный шелковый ниппонский халат, кальсоны и шлепанцы на босу ногу. Редкие волосы стояли дыбом, а лицо было заспанным. Дежурный помощник отреагировал

первым. Он выскочил из кресла будто черт из табакерки и отрапортовал абсолютно бодрым голосом:

— Без происшествий, капитан, второй ходовой генератор барахлит, снизили нагрузку на пятнадцать процентов.

Мосластый сморщился и, проведя ладонью по заспанному лицу, двинулся к пульту, по-старчески шаркая ногами. Добравшись до командного кресла, он опустился во вмятину на сиденье кресла, выдавленную за несколько десятков лет пребывания собственной персоной в этом самом кресле, и переключил деда на себя. Из динамика тут же понеслось:

— Да ежели так за кораблем ухаживать, то мы и до Травиньяна не доползем. Я еще когда говорил Мосластому, что компенсаторные контуры плавают, а он эвон…

Капитан еще несколько мгновений слушал это брюзжание, потом растянул губы в усмешке и, прибавив громкость, бросил в микрофон:

— Дуда, что там у тебя?

— Йи-ик?! — Динамик икнул от неожиданности и замолчал, а затем осторожно спросил: — Это вы, дон капитан?

Мосластый съязвил:

— Ну да, а ты кого ждал, портовую проститутку? Так что там у тебя?

Дуда некоторое время переваривал случившееся, потом из микрофона послышался тяжелый вздох, и дед сокрушенно пробормотал:

— Вот вляпался, — и тут же продолжил бодрым тоном: — Так ничего такого, дон капитан, фокусировка второго ходового пошаливает. Вот я и снизил нагрузочку. На пятнадцать процентов. Но ежели что, так я завсегда поднять могу, даже до ста пяти. Как положено. Поморокуем, и все будет в ажуре. Уж вы не сомлевайтесь.

Капитан усмехнулся и, буркнув: «Ладно, отбой», — повернулся к навигатору:

— На сколько опоздаем?

— Максимум на полтора часа. Да и то если у Орлиного глаза плотность будет выше стандартной. Капитан задумался, сдвинув брови:

— Будет. У них стандартную величину вывели сто двадцать лет назад, а тогда как раз был пик отлива, так что там плотность всегда выше стандартной. — Он обвел рубку цепким взглядом, на секунду задержав глаза на центральном экране, одобрительно кивнул, встал с кресла и, с хрустом потянувшись, бросил дежурному помощнику: — Бедовый, попрощайся с половиной премии. А еще раз задрыхнешь на дежурстве — выкину пинком, как нашкодившего котенка. Понял?

— Так точно, капитан! — рявкнул дежурный помощник капитана.

Когда за капитаном закрылась дверь, помощник досадливо скривился и, посмотрев на старшего навигатора, спросил:

— Как он узнал?

Сивый Крокодил усмехнулся:

— Ты на «Изумленном мальчике» еще новичок… Помощник кивнул, но ревниво заметил:

— Но в донах я уже десять лет. Ходил на «Попрыгунчике» и «Северном ветре». Не чета вашей лоханке.

Навигатор примирительно кивнул:

— Ну да, они побольше и поновей. Но «Изумленному мальчику» уже пятьдесят лет, а те «дрова», скорее всего, столько не протянут.

— Это почему же?

Навигатор хитро прищурился и, лихо подкрутив ус, выдал:

— Да потому что дон Филип Нойсе только один, и он как раз капитан «Изумленного мальчика», а совсем не «Попрыгунчика» или «Северного ветра». Бедовый усмехнулся:

— Вот в этом ты прав. Старину Мосластого знают все. И все считают, что если он до сих пор сумел сохранить свою задницу и задницы своей команды в целости и сохранности, то ничто не помешает ему делать это и впредь. Поэтому когда я прослышал, что Мосластый ищет второго штурмана, то рванул сюда так, что пятки засверкали. Хотя на «Северном ветре» дорос уже до старпома. — Он поднял кверху указательный палец и вдруг ехидно добавил: — Хотя Мосластый это не Черный Ярл. Тому стоило только поманить пальчиком, и краса и гордость благородных донов бросил сумасшедший контракт и рванул через полгалактики, несмотря на барахлящий ходовой, — и мечтательно добавил: — Вот к кому бы в команду попасть.