Чтение онлайн

Проклятый недовольно покосился в мою сторону, и я поспешил закрыть свой рот.

– Пошел прочь, Воцлав! Я не намерен здесь слушать твои пахнущие гнилью слова.

На лице зеленокожего появилась мерзкая ухмылка, и он протяжно произнес:

– Ты можешь не слушать меня, только плата остается прежней. Я вправе не пустить вас дальше.

– А нам и не требуется твоего разрешения. Если ты встанешь на моем пути, я отправлю тебя к

твоим болотным праотцам.

Лезвие ласково коснулось мокрой зеленой кожи и, надавив, выпустило наружу

струйку голубой

крови. Воцлав протяжно взвыл и, скорчившись от боли, стал нашептывать кучу проклятий, а затем

покорно отполз в сторону.

– Пошел прочь, мерзкая жаба, - вновь повторил Проклятый, убирая стилет.

– Зря ты вернулся к нам, возмутитель спокойствия. Хозяин не любит непрошеных гостей.

– Мне плевать на привычки твоего хозяина, - быстро ответил Душеприказчик. – И прежде чем

бежать к нему со срочным донесением, подумай, счастлив ли ты здесь. И много ли свободы тебе

дала смерть?

Воцлав недоуменно моргнул, застыв как вкопанный - и если бы не длинные струйки капель,

стекавшие с его зеленого тела, я бы принял его за безжизненную каменную фигуру.

– Пойдем, - произнес Проклятый, обращаясь уже ко мне.

Перейдя мост, мы попали в северную часть города и, спустившись по ступенькам, оказались

прямо у каменной водяной мельницы. Деревянные лопасти медленно погружались вводу,

сопровождаясь протяжным скрипом.

– Что это за существо? – повторил я свой вопрос.

– Скользкая тварь… местный водяной. Я думал, что его сожрал огонь, но видимо он не так прост.

– Ты хочешь сказать, он всегда жил в вашем городке? – удивился я.

– Конечно, - согласился Проклятый.

– Но нежить не может существовать рядом с живыми людьми. Это не возможно.

– Еще как возможно. Поверь, с этим нужно просто смириться, и не забивать голову пустыми

рассуждениями, - наставительно добавил Проклятый. – Старый водяной появился в здешних

местах задолго до того, как наш славный городок обзавелся стенами.

***

Я редко встречал в книгах картинки далеких стран, где люди обычно разгуливают нев

привычных камзолах и чулках, а в причудливых чалмах и халатах; и едят чуждую моему взору

пищу. Смелые путешественники редко упоминали в своих мемуарах жизнь и обряды

запредельных народов, и тот, кто не часто выходил за порог своего дома, представлял себе

чужеземцев мерзкими тварями, живущими совсем по иным, животным законам.

Остановившись возле высокого каменного домика со странными вытянутыми окнами и

изогнутыми крышами, я с нескрываемым восторгом не мог оторвать от него взгляда.

– Здесь раньше жили, Колонийцы, - заметив мою реакцию, произнес Проклятый. – Они пришли к

нам с далеких Северных гор. Поэтому их дома более высокие и значительно крепче наших.

Странный шум в конце улицы заставил Душеприказчика остановиться и обнажить

стилет.

Секунду, он стоял не шелохнувшись, а затем убрал оружие.

– Не бойся. Это свои.

– Свои? – не совсем понял я.

Проклятый согласно кивнул и на его лица возникла едва заметная улыбка.

Среди пустоты разрушенных домов появилась худая, сгорбленная фигура. Прихрамывая на

правую ногу, незнакомец стал быстро приближаться к нам.

– Я ждал твоего возвращения, - остановившись напротив, добродушно произнес старик.

Только сейчас я заметил его наполовину сгнившее лицо и запекшуюся кровь на самой макушке.

– Он что мертвец? – не в силах скрыть своего удивления, вслух произнес я.

Проклятый, ничего не ответив, крепко обнял незнакомца.

– Приветствую тебя, Судли.

Я мог поклясться: на лице Проклятого возникли настоящие человеческие чувства. С

нескрываемым трепетом он поклонился и крепко обнял мертвеца.

Старик был одет в обветшалую одежду земляного цвета. Шаркая босиком по каменным плитам

мостовой, он напоминал вечного странника, неспособного обрести покой.

Я шел вслед за Проклятым, с удивлением замечая, что за последние дни, тот сильно исхудал и

осунулся. Его шаг стал тяжелее, дыхание участилось, словно неведомый распорядитель навесил на

его плечи десяток лишних лет.

– Если бы ты знал, как я устал, Судли. Не хочу даже думать, сколько времени прошло с того

злополучного дня, - внезапно, с некой грусть, произнес Душеприказчик.

Старик остановился и, посмотрев на Проклятого, изрек:

– Это тяжелое бремя. Но тебе придется пройти этот путь до конца.

***

Мы зашли за высокие резные ворота и оказались на небольшой поляне, где среди пожухлой

травы, будто выросшие из земли, торчали крохотные, покрытые мхом валуны. Чуть подальше,

будто надзирая за каменным садом, высилась высокая мраморная статуя прекрасной девы. Я

нервно обхватил дорожную суму, в которой среди всякого барахла лежал портрет той, кто сейчас с

такой грустью взирала на нас.

– Лейла, - одними губами заворожено произнес Проклятый. – Ничего не меняется.

– Время не властно над святыней, - согласился старик.

– А что это за камни? – как-то неуместно произнес я.

– Чшь, это Колоницкое кладбище, - ответил Проклятый и совсем тихо добавил. – Здесь принято

говорить в полголоса. Или просто молчать.

Мы прошли в высокую каменную башню, очень напоминающую островной маяк. Поднявшись по

винтовой лестнице, Судли провел нас в крохотную комнату, где среди множества зеркал ярко

горел масляный фонарь.

– Присаживайтесь, - старик, предложив нам присесть, указал на низкие деревянные скамьи.

Проклятый нежно провел по шероховатой поверхности и медленно закрыл глаза, словно

погрузился в давно забытые воспоминания.

<