Хроники: пламя
Шрифт:
– Простите. Я не хотел вас толкнуть, – голос у него такой успокаивающий. Он обволакивал всё моё сознание. – Эм, с вами всё нормально? – парень наклонился ко мне и приветливо улыбнулся, не доставая рук из карманов.
– А, да, конечно! Простите, я засмотрелась на снежинки, – какой же глупой я показалась себе в этот момент, кто меня за язык тянул.
Сморщив нос, я опустила глаза.
Незнакомец широко улыбнулся, обнажив идеальные белые зубы и сделал шаг назад:
– Ничего, некоторые смотрят на них в это время года.
– Боже, что я несу. Вы меня простите, очень неловко вышло. Я на занятия
– Вы учитесь в университете за углом? – он ухмыльнулся.
– Да… – губы растянулись в глупую тонкую линию.
Как только мне показалось, что мы флиртуем, незнакомец вежливо кивнул, и чётко проговорил каждое слово:
– Тогда не буду задерживать.
– Да, думаю, не стоит, – я резко его обошла и поспешила на занятия, не хотелось опаздывать.
Снег скрипел под ботинками и успокаивал мои разволнованные чувства.
– Эй! – парень окликнул, и я невольно обернулась. – Как вас зовут?
– Лилия.
– Лиля!
– Да?! – мне потребовалось проявить некоторую силу воли, чтобы не броситься ему в объятия.
– Я Никита!
– Хорошо! – я улыбнулась и, показав своё наигранное безразличие, ускорила шаг. Как же было трудно дышать в этот момент. Колени дрожали. Никогда ещё я не испытывала таких чувств. Всё внутри пылало. Я словно попала в какую-то ловушку.
О лекциях не могло быть и речи. Я просто не в состоянии ни о чём думать. Карие глаза и милая улыбка. О боже, Лиля, не смей влюбляться!
Я улыбнулась сама себе и оглядела аудиторию. Экономику я тоже пропустила. Однокурсники смылись уже после первой секунды звонка. Зоя Михайловна тоже не стала задерживаться. Я осталась совсем одна. Пустая. Маленькие чёрные часы на правой руке показывали 17:20. После было собрание студсовета и пылкая речь завуча о необходимости провести соревнования по лыжам. Она каждый год громче всех кричала о мероприятии, и когда мы его организовывали – не приходила. В этом году ожидалась похожая картина.
На выходе меня поймала Лена. Она бежала навстречу, размахивая розовыми листами.
– Лилечка! Я тут тако-ое придумала!
– Ой, Лен, ты меня напугала своим напором. Что ты придумала?
– Так, день рождения у меня совсем скоро, времени мало, поэтому я сделала вот такие розовые листовочки. А, ещё прямо сейчас мы собираемся в кафе, – иногда мне казалось, что Лена совершенно зря перекрасилась из блондинки в шатенку. Природный цвет шёл к её анекдотическому характеру, манере говорить и двигаться.
Подруга любила всё розовое и яркой, а ещё она любила людей, в каждом искала что-то хорошее. Такой позитивчик. Её мама владела несколькими салонами красоты и временем на воспитание дочери не располагала, поэтому Ленка занималась собой сама: много училась, много тусила. Вот и сейчас она придумала что-то безумное.
– Зачем, Лен?
– Странная ты. А кто мне поможет подобрать посуду, – моя немного недалёкая, но такая любимая подруга надула губки.
– Солнышко, это будет приём у королевы?
– Почему? – Лена искренне удивилась и прижала стопку листовок к груди.
– Потому что продумывать цвет посуды, для людей, которые придут напиться и потанцевать – глупо.
– Ну, Лилька!
– Ленок, давай мы этим
лучше завтра займёмся?– Обещаешь?
– Будь уверена. Я даже блокнот возьму, – я улыбнулась и поцеловала подругу в розовую щёку, – я побежала.
Лена дружелюбно кивнула и, увидев своего любимого Глеба, побежала к аудитории. Они встречались так давно, что я и забыла, как выглядит Лена без Глеба. Он простой, из семьи рабочих. Папа всю жизнь трудится на заводе, а мама работает там уборщицей. Глеб восхищался Ленкой при каждом удобном случае, сочинял для неё смешные стихи, а она натаскивала его по некоторым предметам.
Улыбаясь я всё-таки дошла до выхода. Дверь громко стучала, раскачиваясь от ветра. Она уже давно была сломана, но наш завхоз упорно не обращала на это никакого внимания. Невысокая и пожилая крашеная блондинка, Людмила Николаевна, раздражала своим характером большую часть студентов, но никто не жаловался, и дверь продолжала скрипеть и дрожать. Я глубоко вдохнула и, полная решимости перебороть холод, вышла на улицу.
У ворот, вальяжно облокотившись на решётку, стоял мой новый знакомый Никита. Рядом с ним крутилась эффектная девушка модельной внешности. Красивые длинные волосы, спускающиеся мягкими волнами на плечи, большие, почти чёрные, глаза, такие бывают разве что у ангелов на рождественских открытках, нежные и невинные. Но в то же время озлобленные и пугающие. Такой взгляд долго выдержать сложно. Я решила, что она его девушка. Рядом с таким парнем и не могло быть другой.
Надвинув капюшон и вжав шею, я быстрым шагом направилась к воротам, намереваясь проскочить мимо Никиты и его подружки.
– Эй! Лиля!
– Никита? Привет! Не ожидала тебя здесь увидеть, – я улыбнулась и выпрямила плечи, но получилось это как-то неуклюже, будто показывала орден на груди.
– А я, как видишь, здесь, – он снова мило ухмыльнулся и, повернувшись к своей эффектной собеседнице, сказал, – Герда, потом закончим наш разговор, мне нужно идти, буду поздно.
– Хорошо, красавчик, приятного аппетита! – девушка улыбнулась и медленно пошла к выходу. Она двигалась как настоящий хищник. Каждый шаг, поворот головы – всё в ней завораживало.
– Не смешно! – Никита сделал взмах рукой и повернулся ко мне.
– А я не шутила! – Герда подмигнула Никите и быстро скрылась за поворотом.
– Извини мою сестру, у неё полное отсутствие такта и любви к окружающим.
– Это твоя сестра?! А я подумала…
– Нет, у меня нет девушки, – Никита улыбнулся. – Ты домой?
– Ага, – я снова остановила взгляд на его глазах.
– Не будешь против, если я тебя провожу? У меня тут за углом машина.
– Нет, против не буду, но только давай пешком. Тут рядом, а машины не люблю, – я смущённо опустила голову.
Первые несколько секунд мы шли молча, наверное, оба обдумывали, что сказать, а потом он заговорил:
– О чём думала, когда врезалась сегодня в меня? Ты шла напролом. Я не привык к такому напору со стороны девушки, – он издал лёгкий смешок.
– Это глупо, – я неуклюже ударила снег носком ботинка, и мокрые капли, разлетаясь в разные стороны, попали на штаны Никиты. К щекам в одно мгновение хлынула кровь, и я растерянно уставилась на парня.
– Хм, ловко. Ну, так, мне хочется знать, о чём ты всё-таки думала.