Хранители кристаллов
Шрифт:
— Что ж славная речь. Мы обязательно к ней прислушаемся. Мое имя Ариан. Вы можете всегда обращаться или ко мне или к моим помощникам. Вот один из них — Маркус Лам. Он поможет вам разместиться. Радужная Мгла готова принять Вас. В данном районе как раз много пустующих изб. Быт комфортный мы вам не обещаем. Слишком уж там все заброшено, но если вы привлечете немного магии, то вполне сносно будет, многоуважаемый Симникс, — улыбаясь, заявил Ариан.
— Значит, вы все же знаете меня хорошо, что даже вспомнили мое старое имя, — заметил Галофер.
— Конечно. В нашей местной библиотеке так много книг о вас. В каждой из них есть упоминание о ваших великих деяниях. Любой из нас вспомнит столпотворение Вертленских Бурь, когда вы призвали все силы природы для борьбы с сидами в 1456 году по исчислению Равира Серебристого. Мы много о вас знаем и рады, что вы у нас теперь будете, — нахваливал, практически пел серенаду Ариан.
— Сейчас конечно не тот момент, чтобы вспоминать. Давайте подумаем, как нам разместить
Беседа на этом и закончилась. Мэр спешно проинструктировал своих работников и те юрко, словно птички-синички разлетелись к милкорцам, распределяя их по домам, слегка заброшенным, но все же пригодным для жилья.
Радужная Мгла не оправдывала свое название, хотя, конечно, тумана здесь было достаточно. Находясь в низине и окруженная сплошным почти непроходимым лесом, она растянулась на несколько добрых километров, здесь почти всегда было свежо. С видимостью дело обстояло плоховато. Даже днем можно было блуждать как слепец и не видеть чего-либо у собственного носа. И так было лишь в этом западном районе. Все остальные части гигантского Карсвила считались удобнее для проживания. Привередничать из-за таких непривычных условий милкорцы не стали. Удивительно, но они со смирением приняли то, что было у островитян и не просили большего. Когда на небосводе появились три луны, а трудившееся весь день солнце спряталось за горизонт, все милкорцы нашли приют в заброшенных домах. Радужная Мгла ожила. Тысячи домов озарились светом. Пропитания хватило с лихвой. Прихваченная еще на родине провизия пришлась как нельзя кстати, к тому же добродушные длинноносы, так прозвал их Джереми, дополнили рацион милкорцев изысками местной кухни. Диковинные фрукты и овощи из девственного леса, зажаренная курица и многое другое красовалось на столах изголодавшихся и уставших беженцев.
Столь же прекрасный ужин ожидал и Бомбу с Лурком в компании Гилбора и Парангона. Спарк поклевывал яства с неохотой. Он сидел на лавке у окна поодаль от своих спутников в свете тусклой свечи на столе. Напротив от окна находился камин. Потрескивавшие в нем дрова славно убаюкивали уставшего студента. Джереми с удивлением вспоминал прошедший день. День, походивший на сон, из которого невозможно было выкарабкаться, пробудиться. Как бы сейчас хотелось ущипнуть себя и снова оказаться в своей уютной спальне, где все так привычно. Парангон совсем не участвовал в разговоре, он мирно оглядывал на стены, откуда на него с черно-белых портретов поглядывали незнакомые ему персонажи, среди них были своеобразные длинноносые ланты и привычные на вид люди. Удивительно, портреты с людьми, надо будет поспрашивать местных, неужели здесь были таковые, думал Джереми, понимая положительный ответ на свой же вопрос. Далее Парангон вспомнил Ариана, любезно предложившего пожить у него. Судья, надо сказать, подключился к обсуждению несколько позже, так что гости сами себя веселили. А пока Джереми, сложив руки на столе и уткнувшись в них подбородком, изучал помещение. С виду неприметная изба оказалась достаточно вместительной. Первый этаж занимали гостиная и кухня, а верхний этаж спальни и ванная. И во всех этих комнатах бурлила жизнь. Жена Ариана, Герта, готовила на кухне свой фирменный пудинг, пока гости уплетали второе блюдо из индейки. Она, видимо, не рассчитывала на то, что среди гостей будет настоящий обжора. А Бомбе было хорошо, как он говорил: в кои-веки сумел отлично поужинать. А влезло в ланта предостаточно. Вина не поставили, по просьбе Гилбора. Дудли кручинился по упомянутому поводу не долго. В спальне наверху рыжеволосые шестилетние двойняшки Мария и Луиза упорно пытались вязать варежки и носки из яркой пряжи, купленной им накануне родителями. Разноцветные клубки были раскиданы повсюду, поэтому пробраться в их комнату оказалось бы мероприятием не из легких. Судья Ариан суетился во дворе, собирая на грядках ягоды местной уркумции, прекрасно расслабляющие тело после напряженного дня. Для гостей решили устроить сюрприз. Кроме золотистых ягод уркумции на столе появился арбуз. Ягоду быстро разломили, и гостиная на мгновение озарилась светом, а потом вновь приобрела привычные очертания. Впервые в жизни Джереми наблюдал за чудаковатым объектом, находившимся у самого носа. Арбуз и не арбуз вовсе. Красный цвет встречался, но здесь были и синие и зеленые и желтые дольки. Да, именно дольки, как апельсин, правда, размеры совершенно иные. Чудо-ягода стала настоящим лакомством, освежающим голову. Ариан предупредил на скорую руку, что аквиун, так называли арбуз в Албуре, имеет и некоторый побочный эффект, все мысли, зарождающиеся в голове, формируются в очень реалистичные видения и могут быть наблюдаемы всеми окружающими, но сказал он об этом слишком поздно. Путники в момент проглотили по куску. В избе откуда не возьмись появился свирг, на сородичей мало походил, черных доспехов на нем не было, а черты лица и тела мерцали в ярко желтом цвете. Резвыми движениями со стороны камина он ринулся с мечом в руке к Парангону. Ошалелые от увиденного гости сорвались с мест и устремились к врагу. Все, какие были, мечи в мгновение изрезали пространство там, где секунду назад был свирг. Видение растаяло, превратившись в легкое облачко, которое тоже впоследствии исчезло.
—
Ну, и кому вздумалось сейчас размышлять на тему нечисти? — громогласно заключил Гилбор.— Как-то оно само получилось. Извините, — виновато сказал Лурк.
— Давайте только хорошее представлять, кстати, сколько времени есть эффект от аквиуна? — поинтересовался Дудли.
— До завтрашнего утра, — донеслось восклицание Герты. Она от души смеялась. Взрослые дядьки шугались от видения, словно дети, и это забавляло.
— Хм, есть время, чтобы представить полезное, — задумчиво заметил Лурк.
Все вновь уселись. Разговор продолжился. Обсуждали все, что накопилось за пройденный день. Вспомнили и о знакомстве Бомбы и Лурка с парой Уизли Первинс и Рональдом Первинсом:
— Мда…ухохотаться можно было. Уже сопроводили я и Гилбор семью одну к жилищу на границе Радужной Мглы и Северной Звезды. Запомнил я еще заросли, лес рядом. На границе районов особенно хорошо видно, откуда мы пришли, если немного на пригорок забраться, там и будет проход. Ну, думаю, понятно. Так вот. И тут слышу, прям какая-то сирена, прислушался, голос чей-то истошный женский. Видимо ругает кого-то она. И тут мне в голову взбрело заглянуть за забор, откуда доносился сей неприятный визг. Глядь, а там наши голубчики сидят привязанные веревкой к стульям во дворе почтенных Первинсов, — сказал присевший к гостям Ариан, указывая на Бомбу и Лурка.
— Ох, паршиво же было мне, остальные пришли все прилично, а мы как два оболтуса, — признался Серебряный Меч.
— Я продолжу рассказ. Уизли их отчитывала, отчитывала, а те сидят с кляпом во рту, и сказать ничего не могут. Семейство Первинсов у нас необычное, колоритные они у нас, на нас остальных не похожи, больше на вас. Когда к нам переселились, понравилось, видимо, и не уезжают, да и нам с ними весело, а теперь, когда вас так много стало, то и вовсе им комфортно будет. Я так думаю. Многим они интересны были, лишь потому, что нос у них короткий прям как у вас, детям так и вообще в диковинку было, они и лазали к ним через забор, чтоб на континентальных лантов посмотреть. Вызволил я ваших любителей приключений, но мисс Первинс осталась все равно недовольной. И даже когда мы все уходили, она нас предупредила, чтоб мы к ней меньше лазили.
— Спасибо за все, что вы для нас сделали, а сделали вы не мало. Надобно нам уже спать, да и вам завтра рано вставать, — намекнул Гилбор, осматривая товарищей, не забыв и про Спарка.
— И то верно. Завтра раненько вставать. Хозяйство большое, куры, овцы, коровы, за всеми уход требуется, — заметил хозяин.
— Что ж мы поможем вам, — отреагировал незамедлительно Лурк.
— Буду рад, — заключил Ариан, вставая и откланиваясь перед гостями. — Ах, да чуть не забыл. Для вас у нас есть две комнаты наверху. Вам постелено. Прелестных снов.
Гости также привстали, вновь поблагодарили и проследовали за Гилбором на второй этаж, где их ждала мягкая уютная постель. Никто не шумел. Все мгновенно, как по команде легли спать, не обращая внимание на шум, еще долго доносившийся из соседней комнаты близняшек. Мария и Луиза играли, но и они стихли, когда Ариан по-отцовски попросил уняться, поскольку у гостей был нелегкий денек. Парангон быстро провалился в сон, как только голова коснулась подушки. Снов он не видел. Джереми с головой укутался в одеяло и так проспал до утра, ни разу не пошевелившись. В отличие от Бомбы, который в соседней комнате никак не мог погрузиться в сновидения, арбуз не давал покоя, видения всплывали одно за другим и по большей части женского рода. Полураздетые девушки непристойно крутились вокруг, пока, наконец, Гилбор не огрел по голове толстяка тапочкой. Дудли сразу перевернулся лицом к стеночке, что-то еще недовольно пробурчал и захрапел спустя минуту. Симниксу не спалось, мучили кошмары. Саломар со своей нечистью продвигался все дальше на запад и земли Албура превращались в безжизненную пустыню. Сон исчез, когда до руки дотронулся некто. Галофер приоткрыл глаза. Перед ним стоял Лурк. Он первым заговорил:
— Не спится? — шепотом сказал он.
— Спится, погань всякая чудится.
— Я пришел вот о чем спросить…хм…а ты уверен, что Парангон сможет найти Аквидун. Ну, видел он то, что он в Трубусоре, а где?! Он назвал правильно, существует она там, но ведь она огромна и пока мы будем вокруг петлять, ходить по кругу, нас десять раз сцапают. Залезть в Трубусор, все равно, что затолкать руку в ящик со скорпионами.
— Лурк, когда мы окажемся с Парангоном, наши амулеты завертятся как волчки заводные, они как компас. Ты же знаешь, не первый день живешь в этом мире. Зачем задаешь такие наивные вопросы?
— Веры нет у меня в амулеты. В Книге Семи Печатей сказано, что они сильны только за пределами Области Отчуждения, то есть современного Трубусора. Но ведь Саломар давно проник на материк, и нет привычного Бигерута с отважными воинами Сопротивления. Даже подземных жителей, лантов-слепцов из Атилона не увидишь на просторах Албура. А где, скажи мне, славный народ архитекторов из Трезора?! Вспоминается мне, были они высокими, белые длинные волосы. Чувствовалось благородство в каждой их черте и движении. Я уж не говорю про Мазитанию, от страны теперь ничего не осталось. Амулеты молчали. Они должны были, по природе, извещать нас о каждом набеге. Скажи что-нибудь. Может, ты сможешь оправдать такое необычное действие, вернее бездействие амулетов?