Хранители игры
Шрифт:
– Да, а что?
– Пойдемте со мной. Петр Павлович ждет вас в ВИП зале, - и он повел Алекса мимо барной стойки к отдельной двери.
– Проходите, - пригласил мужчина, пропуская Алекса вперед.
Войдя в комнату, Алекс увидел гипнотизера. Тот сидел за столом и пил кофе.
– Точность - вежливость королей, - с улыбкой проговорил он, жестом приглашая Алекса к столу.
– Вы голодны, или мы можем сделать заказ позже?
Вопрос был явно риторическим. Алекс сразу понял, что обед - это всего лишь предлог, чтобы встретиться и поговорить. Вот только о чем? Этот вопрос не давал ему покоя со вчерашнего дня.
– Можно и попозже. Разве что чашечку кофе не откажусь.
– Что ж. Глеб Егорович, - обратился гипнотизер к все еще стоявшему в дверях мужчине.
– Распорядитесь,
– Какой вы будете?
– спросил тот у Алекса.
– С молоком или черный?
– Эспрессо, если можно, - попросил Алекс.
– Да, еще попросите, чтобы нас не беспокоили, пока я не позову, - добавил гипнотизер.
– Конечно, Петр Павлович, - ответил мужчина и вышел, оставив гостей одних.
Алекс расположился на удобном диване напротив собеседника. Ему не терпелось узнать, что от него нужно этому странному и загадочному человеку, но он не решался начать разговор первым.
– Итак, - сделав небольшой глоток кофе, начал гипнотизер.
– Давайте немного познакомимся, а затем я расскажу вам, Алекс, зачем я пригласил вас сюда. Меня зовут Петр Павлович Загорский, как вы уже знаете. Я - врач-психотерапевт. У меня своя практика в Смоленске. Я довольно много путешествую и общаюсь с самыми разными людьми. Иногда провожу выездные семинары или, как сейчас их принято называть, "мастер-классы" на тему гипноза и психологии. Как вы вероятно уже успели заметить, я обладаю некоторыми необычными способностями, в частности умею читать мысли и не только. Вас конечно же интересует, что мне нужно от такого обычного человека, как вы?
– Петр Павлович откинулся на спинку дивана и пристально посмотрел в глаза Алексу. От этого взгляда у Алекса по телу снова, как во время семинара, пробежали мурашки.
– Еще немного терпения. Но для начала я попрошу вас немного рассказать о себе. Не нужно мне рассказывать свою биографию. Постарайтесь вспомнить все необычное, что происходило с вами начиная с детства и до сегодняшнего дня.
– Простите, но я не совсем понимаю, почему я должен вам что-то рассказывать?
– Алекс решительно, даже несколько дерзко, посмотрел в глаза гипнотизеру.
– Вы говорите какими-то загадками. Приглашаете меня пообедать с вами, словно назначаете встречу своему агенту. Боюсь, что у нас не получится пооткровенничать до тех пор, пока вы не объясните мне, что все это значит.
– Ну хорошо, - вздохнул Петр Павлович. В его взгляде Алекс уловил едва заметную улыбку.
– Вы разумный человек, Алекс, и наверное понимаете, что я мог бы ввести вас в состояние гипноза и выяснить все, что мне нужно. Но мне не хочется этого делать. Скажем так: я провожу некоторый эксперимент, в котором мне нужны люди с несколько необычными способностями. Вы показались мне именно таким человеком, и я прошу вас помочь мне. До поры до времени мне бы не хотелось вдаваться в суть моих исследований. Скажу лишь, что это совершенно ничем вам не грозит. Более того, если вы захотите отказаться, то я не стану настаивать, и мы больше никогда не увидимся. Так что выбор за вами, - с этими словами гипнотизер отвел взгляд от Алекса и со скучающим видом стал рассматривать интерьер комнаты.
В этот момент в дверь постучали и в комнату вошла молоденькая официантка. Не сказав ни слова, она поставили перед Алексом чашку эспрессо и сейчас же удалилась. Алекс неспеша размешал сахар и попробовал напиток. В нем боролись два чувства - любопытство, с одной стороны, и опасение быть втянутым во что-то, о чем позже он будет сожалеть, с другой. Гипнотизер ловко расставил ловушку, из сетей которой было непросто вырваться. Петр Павлович не торопил Алекса. Казалось, он размышляет о чем-то, не спеша попивая свой кофе. Затянувшееся молчание продолжалось пару минут.
– Ну хорошо, - произнес наконец Алекс, приняв для себя решение в пользу любопытства.
– Я согласен. Надеюсь позже мне не придется пожалеть об этом?
– Можете не беспокоиться, - с энтузиазмом поспешил заверить его гипнотизер, тут же сбросив с себя маску скучающей задумчивости.
– Уверяю вас, это стоит того, чтобы попробовать. Так что же вы можете вспомнить необычного из своей жизни?
– повторил он свой вопрос.
– Давайте начнем
– Даже не знаю, - пожал плечами Алекс.
– Вроде бы ничего особенного. Все как у всех. Я не совсем понимаю, что вы подразумеваете под понятием "необычное"?
– Попробуйте закрыть глаза и расслабиться.
– Петр Павлович сделал паузу.
– А теперь постарайтесь вспомнить: бывали у вас в жизни какие либо странные видения, чего вы боялись в детстве, случались ли обмороки, какие-нибудь необычные происшествия, которые запомнились на всю жизнь. Одним словом, все что подскажет вам ваша память. Не торопитесь. Просто рассказывайте все, что первое приходит на ум.
Алекс закрыл глаза и постарался расслабиться, как велел гипнотизер. Сразу это сделать оказалось не так-то просто, ощущалась некая внутренняя напряженность. Но постепенно ему все же удалось успокоиться и начать вспоминать свое детство. Картинки прошлого стали всплывать из памяти сами собой.
– Вспоминайте, - подбадривал гипнотизер.
– Вспоминайте и рассказывайте.
– В детстве я очень боялся засыпать, - начал Алекс.
– Я всегда накрывался с головой, оставляя из-под одеяла лишь маленькую щелочку, чтобы можно было через нее подсматривать. Сквозь приоткрытую дверь спальни мне всегда мерещились какие-то смутные тени. Если же ночью мне приходилось вставать по нужде, то было сущим кошмаром пройти через темный зал, где никого не было. Я просто физически ощущал чьи-то прикосновения к себе и чье-то незримое присутствие. Наверное так все дети бояться темноты.
– Сейчас не нужно анализировать и говорить за всех, - перебил его Петр Павлович.
– Постарайтесь просто вспоминать и рассказывать о своих ощущениях. Что еще?
– Когда я стал постарше, меня часто оставляли одного дома. Родители уходили на работу, сестра в школу, и до ее возвращения я оставался один. Взобравшись на подоконник в большой комнате, я сидел у окна, это место казалось мне самым безопасным. С него можно было глядя в окно держать под наблюдением боковым зрением обе двери из комнаты. Мне всегда казалось, что кто-то невидимый наблюдает за мной оттуда.
В этот момент Алексу вспомнилось высказывание Ницше, о том что если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя. Он немного помолчал, после чего продолжил.
– В детстве я всегда болел с высокой температурой. Помню однажды в очередной раз болея гриппом, я был уже школьником, у меня случились галлюцинации.
– Что вы видели?
– быстро задал вопрос Петр Павлович.
– Я не видел. Я слышал голоса. Это был шепот. Голосов было два, один высокий и чистый, другой более низкий и скрипучий. Один меня звал куда-то, а другой с ним спорил, говоря что я еще не готов. Мне стало страшно и я стал звать мать. Она принесла мне попить и сменила мокрый компресс на голове. Но голоса продолжались. Поначалу они были довольно четкими, но затем стали как бы отдаляться и постепенно совсем затихли. Больше я их никогда не слышал.
– Скажите, а случались ли у вас обмороки?
– поинтересовался Петр Павлович
– Да, было два раза. Я уже был подростком, когда это случилось первый раз. Мне было тогда лет тринадцать. Это произошло утром. Дома никого не было. Я помню, как зашел в ванную комнату и в следующее мгновение обнаружил себя сидящим на полу прислонившимся к стене. Что случилось, и как долго я пробыл без сознания, не знаю. Помню только, что когда очнулся и понял, что потерял на какое-то время сознание, то очень испугался. Сначала хотел позвонить матери на работу и все рассказать ей, но потом передумал, и об этом никто никогда так и не узнал. Другой раз это произошло со мной, когда я уже заканчивал школу. Был зимний вечер. Мы гуляли с девушкой по городу. Когда мы стояли на остановке, ожидая автобуса, мне вдруг стало как-то не по себе. Помню, я начал оборачиваться, чтобы найти скамейку, на которую можно было бы присесть. И в следующее мгновение я открыл глаза, увидев над собой склонившихся людей. Они помогали мне подняться. Девушка сказала потом, что я пробыл в отключке две-три минуты и очень ее напугал. Самое интересное, что в обоих случаях до и после потери сознания я чувствовал себя совершенно нормально. Не было никакой слабости или головокружений. Ничего, что могло бы говорить о каком-то недомогании.