Хранитель
Шрифт:
Артур покосился на нее, ученица ответила мутным, расфокусированным взглядом.
– Я несу чушь, – кивнула она. – Но понимаю тебя прекрасно.
– И это хорошо. Идем.
Он подхватил ее под руку, завел в больничный отсек.
Варвара дремала в кресле, по телевизору шел какой-то старый советский фильм. Артур усадил Алису на стул, прошмыгнул в кабинет врача и прикрыл дверь. Опустился на корточки, положив руки на подлокотник.
– А? – Варвара вздрогнула и сонно посмотрела на него.
– Ты нужна мне срочно.
– В два часа ночи? Что случилось? Ты выглядишь так, словно вагоны грузил!
–
Варвара сбросила остатки сонливости, схватилась за подлокотники и рывком поднялась из кресла.
Алиса вздрогнула при виде врача, съежилась и посмотрела так, словно перед ней материализовался демон.
– Что случилось? – спросила Варвара, заглянув в ее лицо, поводила пальцем перед глазами.
– Нарвалась на демона, – ответил Артур, устало привалившись к стене. – Одна.
– Ясно, что не с тобой, – бросила врач. – Бедная моя. Встаем!
Она подхватила не сопротивляющуюся Алису подмышки и заставила подняться. Несмотря на небольшой рост, силы в ней было на мужчину. Артур помнил, как она в одиночку переворачивала его одна, когда он лежал в полубессознательном состоянии, после того как выпал из окна во время работы.
– Почему ясно, что не со мной? – спросил он осторожно.
– Потому что ее бы никто не тронул, не глупи!
Они отвели Алису в палату, усадили в кресло.
– Артур, бегом в мой кабинет! Завари ей и себе крепкий и очень сладкий чай, возьми шоколадки в холодильнике. Давай, давай! Я понимаю, что тебе досталось. Бегом!
Он выскочил из палаты, влетел в кабинет Варвары, включил чайник. Что для Алисы очень сладкий чай? Сколько сахара она кладет в чашку? После таких потрясений Хранителей буквально пичкают сладостями. Первые приятные эмоции. Потом заставляют отдыхать, слушать музыку, много общаться с близкими и смотреть комедии.
– Куда Кирилл смотрел?! – Варвара ворвалась в кабинет.
– Она была у себя дома, – возразил Артур.
Врач стучала дверцами шкафчиков, сбрасывая в контейнер бутылочки с зеленкой, нашатырем, вату, перчатки, бинты, салфетки и пластыри.
– Лера тоже поддалась гипнозу! Только ее убили! Если он не в состоянии следить за напарницами, его нужно разжаловать, а не давать второй шанс! А если бы мы и ее потеряли?! Любину дочку! Уму непостижимо! Сначала Рита, теперь Алиса!
– Рита?
Варвара осеклась, забегала глазами, отвернулась.
Артур пристально смотрел на нее.
– Что ты знаешь о Рите?
– Ничего! – огрызнулась врач. – Тогда вместо меня была Даша! Я ничего не знаю! Витю потеряли! Теперь Алису чуть не потеряли!
– Он не почувствовал ее, Варвара, он же не может не спать теперь.
Зачем он выгораживает Кирилла?
Варвара повернулась к нему и посмотрела так, словно Артур не понимает очевидных вещей.
– А ты-то как ее нашел? Мимо проходил?
– Почувствовал…
Артур замер, затаив дыхание. Варвара усмехнулась, кивнула.
– Что это значит? – спросил Хранитель.
– Что она останется у меня на несколько дней! Чай заварил?
– Почти. Хорошо. Останется. Кириллу успеет очнуться…
– Артур, – врач замерла в дверях и сокрушенно покачала головой. – Отнеси чай уже!
Вернувшись в палату, Артур обнаружил Алису переодетой
в бесформенную больничную рубаху. Ученица сидела на одеяле, качалась из стороны в сторону и смотрела в одну точку. У него все внутри оборвалось. На миг. Потому что в следующую секунду она отмерла, посмотрела на него и попыталась улыбнуться. Улыбка вышла больной и пугающей. Но взгляд стал более осознанным.– Чай, – он поставил на тумбу две кружки, полез в карман. – Шоколадки. Тебе полегчает.
Алиса кивнула, придвинулась к краю кровати, отпила из кружки и набросилась на шоколад так, словно никогда ничего вкуснее не ела. Артур устало наблюдал за ней. На ее щеках едва заметно проступил румянец.
Варвара вернулась, уселась на кровать.
– Кушай, кушай, – кивнула она и ласково улыбнулась. – Давай я пока что обработаю твои колени.
Она достала салфетки, открыла бутылочку с перекисью. Алиса пыталась морщиться, но не могла оторваться от шоколада.
– Я дам тебе снотворное, – Варвара открыла зеленку. – Уснешь крепким сном без сновидений. А завтра мы позовем Кристину и посмотрим, можно ли стереть травмирующие воспоминания.
– Это как? – подала Алиса голос, не донеся шоколад до рта.
– Просто гипноз, – кивнула Варвара. – Кристина приглушит воспоминания, чтобы они не тревожили тебя. Пей чай. Будешь все помнить, но не реагировать. Потерпи.
Она мазала колени, пока Алиса стоически переносила щипание, сжимала губы и тяжко дышала. Закончив, врач поднялась, оглядела ее, кивнула и вышла.
– Посидеть с тобой? – спросил Артур.
– Мне стыдно, правда, – Алиса пропустила его вопрос мимо ушей.
– Алиса, прекрати извиняться.
– Что это было? Или кто…
– Это демон, – кивнул Артур, придвинул кружку. – Они не могут уйти с миром после смерти тела. Зазывают в контакт Небесных или магов и издеваются над ними. Доводят до сумасшествия. Они умеют срывать щиты Хранителей и ставят свои, чтобы никто не нашел. Подчиняют своей воле, а потом играют с разумом, пока ты не сойдешь с ума. Если потеряешь сознание, все – ты овощ. Все эти рассказы про полтергейстов, злых приведений, кикимор и леших – это все рассказы о демонах. Когда они набираются сил, то начинают приставать к обычным людям. Это они путают вошедших в лес, заводят в топи, доводят жильцов дома, снятся в кошмарах. Все Небесные проходят отдельный курс по их изгнанию. Они могут жить, пока питаются страхом. Поэтому демоны делают все, чтобы ты боялась. Если не боишься – им не тронуть тебя.
Алиса жевала, склонив голову набок, и смотрела как ребенок, которому рассказывают захватывающую историю.
– А какие они при жизни?
– Отвратительные, – вздохнул Артур. – Склочные, злые. При жизни, кстати, тоже питаются негативом. Энергетические вампиры. Только они не мелочные, их не интересует скандал с продавцом продуктового. Они издеваются над обслуживающим персоналом, доводят до истерики целые организации и заводят толпы на митингах. Если вокруг все генерируют негатив, демон счастлив. Истеричны и сами не знают, чего хотят. Им просто нужны негативные эмоции. На работе такие устраивают склоки, плетут интриги, травят чистых, хороших людей. После смерти всегда остаются там, где умерли и доводят окружающих. Иногда возвращаются в родной дом.