Хранитель
Шрифт:
Новый удар в плечо оказался сильнее. Он не был физическим. Словно энергия…
– Алиса, без эмоций, – напомнил Кирилл строго.
«Просто прошу вас не оставлять меня здесь»– произнесла душа.
«Мы проводим тебя» – ответил Тарас.
«Почему никто не помог тебе?» – смогла совладать с мыслями Алиса.
«Дорогая, все не просто. Я выбрала это сама. Мой любимый должен очнуться, понять, что сотворил. А остальные нелюди получат по заслугам, поверь. Я уже не человек, я душа. И я знаю, что все сообразно плану»
«Это жестоко»
«Жестокость относительна. Не грусти. Проводите меня домой»
«Спасибо,
«Я рада, что была полезной. Назови точку»
«Возвращайся домой»
– Выходим. Осторожно, – скомандовал Кирилл.
Алиса уже вышла. По ушам ударили звуки, оглушив криком птиц и зловещим скрипом сосен на ветру. Ученица начала заваливаться набок. Кирилл подхватил ее и поднял на ноги.
– Держи, – Тарас протянул ей конфетку в золотой фольге. – Просто шоколад. Самый легкий источник дофамина. Тебе станет лучше. И постарайся никогда не вести с умершими разговоров о справедливости. Души низкого порядка очень агрессивны в этом плане. Я понимаю, что тебе, как новичку, важно это, но можно нарваться на скандал или подробности смерти. Поверь, ты не хочешь этого слышать.
Алиса привалилась боком к наставнику и медленно кивнула, пытаясь непослушными пальцами развернуть конфетку. Ей хотелось не просто шоколада. Ей хотелось всех сладостей мира и спать.
– Я думал, ты не войдешь в контакт, – продолжил Тарас. – А ты просто щит не поставила. По сути, ерунда. Меня тошнило впервые. Раза три. Щит поставил и тут же потерял. Даже не говорил с душой, просто наблюдал за Маратом. Моим наставником. А потом хлопнулся в обморок. Час пролежал, клянусь! Потом долго в себя приходил. Но у меня и наставник был… грубее. С ним особенно не поволнуешься. Я даже сбежать хотел!
– Ужасная работа, – смогла произнести Алиса.
– Просто работа, – рассмеялся Тарас. – Не ужаснее, чем целый день бегать по городу и спасать людей. А если не успеешь? Душа хоть понимает, что с ней и видит свой контракт, а живые чего? Ничего ж не понимают, пока носом не ткнешь. И то могут не понять. Нет, ваша работа однозначно хуже. Ни за чтобы не обменял дар. Правильно Марат всегда говорил: «человек такая зараза – ко всему привыкает».
Алиса попыталась улыбнуться, но смогла только изобразить гримасу боли.
– Съешь конфетку, – кивнул Тарас. – Тебе полегчает.
Кирилл развернул обертку.
Вместе со сладким вкусом на языке, вернулись силы. Словно кто-то открыл окно в душном помещении. Тепло заструилось по венам, а в груди снова забилось сердце, а не сожженный уголек.
– Спасибо тебе, – Кирилл протянул Небесному руку.
– Никаких проблем! – воскликнул он. – Рад помочь! Позвоню, если что-то еще найду. А теперь прошу меня простить, но пора уладить формальности: милиция, скорая. В общем, трудовые будни.
– Не мешаем, – кивнул Кирилл.
Они выбрались на асфальтовую дорогу. Алису шатало из стороны в сторону, пришлось сдаться и обхватить поданную наставником руку.
– Знаешь, – произнес он с улыбкой, хотя в голосе отчетливо сквозила обида. – Поначалу мне показалось, что ты боишься не встречи с Небесным или трупом, а того, что я веду тебя чуть ли не убивать.
Так и было. Именно это ей и показалось.
Алиса вздохнула и промолчала, глядя перед собой. Кириллу не обязательно знать, что в ту секунду она чуть
не объявила его предателем.– Я не выставила щит…
– Это ерунда. Для этого у тебя есть я. Не сразу все получится.
– Почему мне так плохо? Я все не так сделала?
– Ты столкнулась со смертью, – возразил Кирилл. – Это самая опустошающая энергия. Высочайшее проявление энергии страха. Мы работаем с энергией любви и страха. Смерть чувствуют даже простые люди: боятся, паникуют, прощаются с жизнью, впадают в депрессию и ведут себя неадекватно. А мы чувствуем в сто раз сильнее. Но если простые люди не понимают, от кого конкретно идет энергия смерти, то мы знаем точно.
– Небесные провожают всех, кто умер?
– Нет. Если человек к смерти готов, считать его невозможно. Но поговорить с его душой можно, если она не успела уйти с миром. Мы провожаем только тех, кто рискует по каким-то причинам застрять между мирами и стать призраками.
Голос Кирилла действовал успокаивающе. Ему точно можно довериться. Алиса вздохнула и прижалась к его руке в молчаливом извинении.
– Для Земных еще рабочей энергией является любовь. Это она зовет нас, когда человека нужно подтолкнуть к переменам. Планетой движут две энергии: любви и страха. И множат они только себя. К сожалению, люди выбирают страх. И так боятся всего, даже хорошего, что сидят в своем болоте до конца жизни, в ужасе бегут от ответственности. А потом и умирать боятся.
– Поэтому щит из страха не ставится, – пробормотала Алиса.
– Именно, – кивнул Кирилл. – Любовь защищает. Когда любишь кого-то – даешь ему энергию. Знала бы ты, сколько жизней было спасено во время войны, потому что человека любили и ждали домой. Всегда следи за эмоциями во время работы. Негатив притягивает астрал. Если он наберет достаточно силы, сможет убить тебя. Как отслеживаешь щит, так же отслеживай негативные эмоции.
Ночью эмоции взяли верх, напали, сдавили, задушили.
Алиса с криком подскочила на кровати. Ужас жаром распалился в груди, бешено стучало сердце. Перед глазами мелькали черные тени, облачаясь в мужчин, чьи лица прятали шелковые капюшоны, а в занесенных над головами руках белели колья. Они пришли убить ее. Растерзать, а душу сожрать.
Алиса в один большой невозможный рывок добралась до ночника, зажмурилась, пытаясь нащупать выключатель. Свет разорвал искореженную видениями тьму. Открыв глаза и обернувшись, Алиса долго пыталась осознать, что комната пуста. Дыхание, смешанное с рыданием, рвалось из груди, больно царапая горло. Ее била дрожь, лоб покрылся испариной. Боковое зрение улавливало черные тени. Она никак не могла набрать полную грудь воздуха, делая короткие вдохи.
Какая любовь? Какой щит?
Животный первобытный страх.
Она упала на подушки, трясущимися руками потерла лицо. Удар. В плечо, в локоть. Не физический, скорее энергия…
Алиса скатилась с кровати, вскочила на ноги и рванулась к входной двери. Замок не поддавался, тьма коридора мешалась с всхлипами. Прохладный свежий воздух холла схватил за голые лодыжки. Черные окна смеялись над ней, корчась серыми отражениями.
Она взбежала по лестнице и набросилась на дверь Кирилла, сорвала звонок, застучала кулаками. Когда страх почти победил, до боли сжав раскаленные кольца вокруг груди, дверь распахнулась и Алиса упала в руки наставника.