Чтение онлайн

— Ты очень верно меня понял.

Р'шейл посмотрела на задумавшегося Брэка и покачала головой.

— Пока кариенцы стоят, перегородив все дороги, незаметно им сюда не пробраться.

— Но даже если они попадут сюда, — добавил Гарет, — скорее всего, наши люди набросятся на них, как только увидят.

— Значит, тебе стоит позаботиться об охране для гостей, — парировала Р'шейл. — Ты утверждаешь, что хочешь устроить все иначе, чем при сестрах. Для начала неплохо научиться жить в мире с исконными обитателями Медалона. Кто знает, Гарет, может, ты даже чему-нибудь научишься у них.

— Не надо учиться, чтобы понять, чьи интересы

ты защищаешь, — обвиняюще ответил он.

— Я защищаю интересы Медалона.

— У тебя это очень оригинально получается.

— Хватит, Гарет, — вздохнул Тарджа. — Сейчас не время спорить. Пускай харшини возвращаются, Р'шейл, но ты должна пообещать, что они не станут требовать вернуть им Цитадель и не будут причинять особых хлопот…

— Забавно, что ты ожидаешь, будто харшини станут требовать вернуть им Цитадель, — с улыбкой заметил Брэк. — Представляешь себе, а вдруг когда-нибудь Цитадель потребует, чтобы вернулись харшини?

— Что ты имеешь в виду? — подозрительно спросил Гарет.

— Ничего, — Р'шейл оборвала их пикировку прежде, чем Брэк успел продолжить. — Ты согласен, Тарджа?

Он кивнул, хотя видно было, что не слишком доволен результатом разговора.

— Тогда я призову Дранимира и его демонов.

— Ты передашь божественным послание? — быстро спросила Мэнда. Она вся горела желанием увидеть настоящего живого демона.

— Нет. Похоже, мне придется самой вернуться в Убежище, чтобы убедить харшини, что Цитадель готова предоставить им убежище.

— Разве Брэк не может сделать это один? — поинтересовался Тарджа.

Тот покачал головой.

— Не я заварил эту кашу, и не мне убеждать Коранделлена и его народ в том, что вы открываете Цитадель для харшини. Это должна сделать Р'шейл.

Она кивнула и вопросительно поглядела на Брэка.

— Ты поедешь со мной?

— А куда я денусь? — ответил он.

— Р'шейл!

Она остановилась и подождала, пока Мэнда догонит ее. Молодая язычница прикрыла двери кабинета Верховной сестры и подбежала к Р'шейл.

— В чем дело, Мэнда?

— Можно мне поговорить с тобой?

Р'шейл пожала плечами.

— Думаю, да.

— Насчет Тарджи.

— А что с ним?

Мэнда сделала глубокий вдох, видимо, чтобы решиться сказать то, что собиралась. Брэк прошел вперед и остановился вдалеке, так что можно было сказать, что они остались наедине.

— Ты в курсе, что с ним произошло? Точнее, с гисами?

— Да, но откуда ты об этом знаешь?

— Ты забываешь, что я язычница. Я знаю о богах и харшини больше, чем ты.

— В это легко поверить, — со слабой улыбкой отозвалась Р'шейл.

— Просто… ну, я хотела бы знать…

— О чем? Имею ли я по-прежнему виды на него?

— Я не хотела называть это так.

— Может быть, но я же видела, как ты смотрела на него. Уже тогда, когда мы встретились впервые. Помнишь ту ночь, что мы провели в хлеву под Реддингдэйлом, когда ты помогла нам убежать от защитников? У тебя была куча способов укрыть Тарджу, но ты бросилась в его объятия и принялась целовать, чтобы никто не увидел его лица. — Р'шейл неожиданно улыбнулась. — Если хочешь, бери его, Мэнда. Я ему больше не интересна.

— Но я не хотела бы, Р'шейл, чтобы ты думала, будто… будто я пользуюсь тем, что у вас не все ладно.

— Не беспокойся, Мэнда. Сможешь удержать Тарджу — будет твоим. Он не мой теперь. Да и не был моим никогда.

Мэнда вгляделась в ее глаза, пытаясь

понять, не фальшивит ли Р'шейл.

— А ты изменилась, Р'шейл. Раньше ты бы стала мешать мне просто из злости.

— Раньше я много что сделала бы, Мэнда, — ответила та. — Но я умею признавать поражения. И я не буду стоять на твоем пути.

— То есть ты благословляешь меня?

— Мне кажется, это пока преждевременно.

Мэнда порывисто обняла Р'шейл и убежала обратно в кабинет Верховной сестры. К Тардже. Р'шейл проводила ее взглядом и повернулась к Брэку, который стоял, опершись о лестничные перила, и задумчиво разглядывал ее.

— Ну что?

— Ты вела себя весьма благородно.

— Мог бы и не подслушивать.

— Шутишь? Я бы ни за что на свете это не пропустил.

Она недовольно двинулась вперед.

— Ты идешь?

— Конечно, дитя демона, — насмешливо ответил он, спускаясь по лестнице вслед за ней. — Но должен тебе сказать, что в одном ты заблуждаешься.

Р'шейл остановилась и посмотрела на него.

— В чем же это?

— Ты не умеешь признавать поражения, Р'шейл.

Коронация Дамиана на трон Высочайшего Принца прошла без особой помпы, чему он был несказанно рад. Ему совсем не хотелось сейчас пышных излишеств, обычно сопутствующих этой процедуре. Гринхарбор еще не оправился от осады и последовавшей за ней битвы, волной разрушений, прокатившейся по улицам города. Тысячи остались без крова, до сих пор еще не хватало еды на всех. Устраивать в этой обстановке роскошное празднество было просто невежливо. Адрина согласилась с этим, а вот Марла осталась недовольна. Всю жизнь она мечтала о том дне, когда ее сына коронуют Высочайшим Принцем, и, конечно, была разочарована, поняв, что все выходит настолько буднично.

Калан водрузила корону на голову Дамиана, едва заметно подмигнув ему, и перешла к Адрине. На ее темные волосы она возложила корону торжественно, и почти никто не заметил, что жесты Верховного Арриона не совсем соответствовали ее желаниям. В Хитрии вот уже больше пятидесяти лет не было Высочайшей Принцессы. Последняя принцесса была маленькой болезненной девочкой, которая, перенеся две беременности, разродилась наконец здоровой дочкой. Она умерла, не успев узнать, что ее дочь назвали Марлой. Да и вообще после смерти одного из мальчиков-двойняшек, которых она произвела на свет годом раньше, она мало на что обращала внимание в этой жизни. Дамиан задумался, что чувствует Марла сейчас, когда корону ее матери одевают на голову его фардоннской жены. Лицо Марлы было непроницаемо.

После коронации они уединились в банкетном зале, где их ждал легкий обед, за которым военлорды Хитрии собрались, чтобы поздравить его и подтвердить свою верность дому Вулфблэйдов.

Все четверо военлордов, что поддерживали его во время гражданской войны, один за другим подходили к почетному столу и уверенно повторяли слова присяги. Теджи Лайнскло была весела, Рохан Бербоу — степенен и почтителен. Нарвелл с трудом сдерживал ликование. Один Торен Фоксталон был слегка насторожен — уж он-то, без сомнения, до сих пор благодарил богов, что успел вовремя переметнуться на нужную сторону.