Гувернантка
Шрифт:
— Уже хорошо, — кивнула я. — И что там?
— Если идти вправо, то там Аськина спальня и моя! Ну и двери в другие комнаты! — пояснил Ярослав. — А влево мы ходили только до поворота к колодцу! Если в него прыгнуть, то долетишь до подземелий, где порталы расположены!
— Это через этот колодец вас украли?
— Наверное. Мы не помним…
Я потянула панель и, когда она встала на место, озадаченно произнесла:
— Как же тебя запереть?
Хитрый артефакт на моей груди завибрировал и затих. А Ярослав бросился к панели, закрывающей тайную дверь, толкнул несколько раз и почти шёпотом сказал:
— Ай да Крулай!
— Теперь
— Нет! — уверенно сказала я. — Сказка на вечер только одна! И ночью надо спать! И ваши тайные двери запру! А то в колодец свалитесь!
— А нам и не надо там ходить! — засмеялся император, а Великая княжна вторила ему.
А на следующий день Ярослав меня потряс! Не одну меня, конечно, — у регента лицо аж дважды вытягивалось в течение получаса!
Начиналось утро обыденно: завтрак императора и его сестры, прогулка по саду… Регент нарушил наше уединение минут через десять. Я как раз закончила складывать из листа бумаги лягушку. Книгу «Оригами» я купила на развалах давным-давно, однако как освоила изготовление подпрыгивающего земноводного, так и не заглядывала в первоисточник. Возможно, что лягушка получилась неказистая, но дети по очереди тыкали в неё пальцами и хохотали.
— Мой император! — поклонился регент. — Прошу прощения, Великая княгиня и Екатерина, но императора ждут дела!
— Какие ещё дела, дядя Егор?! Мы на прогулке после завтрака!
— Понимаю, ваше величество! Но прибыли посланники десяти империй, и они желают вручить петиции лично вам! В тронном зале вас так же ожидают все министры и часть придворных!
— Меня желают видеть, регент? — У Ярослава даже голос теперь звучал по-другому — высокомерно, с язвинкой. — Мне казалось, что здесь желать могу только я!
— Возможно, я неправильно выразился, ваше императорское величество! Но любую петицию следует принять, а потом решать, как поступить!
— Хорошо, — со значением произнёс Ярослав. — Великая княжна Анастасия! Катя! Вы сопровождаете меня!
Лицо регента слегка вытянулось, и он то ли крякнул, то ли хмыкнул, но овладел собой мгновенно.
— Мой император! Этикет принуждает…
— Великий князь! — оборвал Ярослав регента. — Может ли этикет принуждать меня?!
Регент размышлял не более двух секунд.
— Конечно же, нет, мой император! Прошу всех взяться за руки!
Ярослав оказался между мной и Анастасией, а регент легонько коснулся наших плеч… В тот же миг мы очутились в широком, хорошо освещённом коридоре, рядом с огромными распахнутыми дверями.
Регент тут же откланялся:
— Я обязан встречать вас, мой император, в зале!
И исчез. Наградив меня не очень-то любезным взглядом.
— Ярослав, — обратилась я к императору. — Может, мне не ходить?
— Ходить! — отрезал Ярослав и взял сестру за руку.
А за дверью церемониймейстер ударил посохом в пол и возвестил:
— Его величество император российской империи, Великий князь всея Руси и прочая, и прочая Ярослав Игоревич Романов! Великая княжна Анастасия Игоревна Романова!
И опять пристукнул посохом. Это я просто домыслила, потому что в кино видела.
Однако император с места не сдвинулся и даже придержал сестру. Выждав, он негромко сказал:
— И их гувернантка Екатерина…
— И их гувернантка Екатерина! — громким эхом откликнулось за дверью.
И мы
вошли в тронный зал.Что мне делать дальше, я понятия не имела, но выручил, как ни странно, регент. Он с поклоном принял у императора руку Анастасии и, прикрываясь ей, указал мне на место слева от трона. Сам же усадил Великую княжну в кресло справа и встал рядом. Я же решила, что не вышла фэйсом стоять на одной линии с регентом, Великой княжной и императором, а потому пристроилась в полуметре от трона и примерно так же позади. И, кстати, заработала короткий одобрительный взгляд регента.
В сам зал я глянула лишь мельком и принялась изучать резьбу на троне. Ничего интересного! Сотня придворных по обеим сторонам зала, справа, перед регентом, с десяток разодетых в пух и прах мужчин разного возраста, а левее меня — несколько писцов за низкими столиками. Ни от кого в зале я поддержки или одобрения не ждала. Так что созерцать сложную резьбу трона было гораздо интереснее. Птички, рыбки, цветочки…
Ещё я заметила, что Ярослав вертит в руках бумажную лягушку, и даже хотела сделать ему замечание, но, по счастью, не успела.
— Полномочные посланники империй с петициями к российскому императору! — донеслось с другого конца зала.
Придворным пришлось податься к стенам, потому что посланники не желали пропускать друг друга вперёд и идти во втором ряду. А за ними маршировали десять латников с алебардами. В общем-то, совершенно оправдано — если что, так каждому посланнику по топору!
А ещё я заметила, что император крутил в руках бумажную лягушку. А я была уверена, что она на скамейке осталась.
И тени… От трона императора в зал вели пять ступеней и как раз на уровне второй словно гуляло лёгкое марево. Очень похожее на то, которое сопровождало Ярослава во время его беготни вокруг клумбы, и на то, которое промелькнуло на балконе перед моими глазами. А ещё на тени, затянувшие стены и окна комнаты моей квартиры во время первого нападения регента. Дети позже объяснили мне, что это просто особая охрана. Каким-то образом эти тени различают друзей и врагов, а также опасные намерения, и закрывают охраняемого. У них даже девиз: «Погибнуть, но дать время!» Камикадзе, в общем-то…
Посланники подошли, остановились метрах в семи от ступеней, ведущих к трону, и разом поклонились. Ярослав лениво сделал движение рукой, словно отмахиваясь от комара, и регент тут же сказал:
— Его величество император российский приветствует посланников! Какое не терпящее отлагательств дело привело вас сюда?
Посланники дёрнулись одновременно и протянули перед собой папки с документами. Но опытный регент тут же добавил:
— Начинайте справа!
По мне, так император не отрывал свои светлы очи от белой бумажной лягушки в руках, но, как оказалось, очень внимательно слушал.
Правый крайний из ряда сделал шаг вперёд и открыл папку. Интересно, что стоящий за ним латник тут же опустил оружие и нацелил его в спину своего подопечного. Похоже, просто так произносить что-то в сторону императора предельно опасно… Так что в этом плане мне очень повезло!
— Мой светлоликий господин, император Южной Америки и островов, сияющий Кетцалькоатль шлёт своему другу императору российскому Ярославу Игоревичу Романову привет и тайное послание!
После чего он аккуратно закрыл папку, скользящим шагом подошёл и с поклоном положил папку на нижнюю ступеньку основания трона. Столь же изящно, не поворачиваясь к императору задом, скользнул на своё место.