Чтение онлайн

Когда Марго появилась на кухне, там уже все собрались, а тетя Ира даже успела съесть два куска пирога. Вита немного подвинулась, освобождая место на банкетке с льняным покрывалом.

– Ах, какие они уже большие, – всплеснула полными руками Ирина. – И такие разные. Даром, что близнецы. Радоваться должны бы, а вы с каждым годом все меньше на сестер похожи.

– Они в праве сами выбирать, как им выглядеть, – напомнила Елена, пытаясь сдержать распаляющуюся сестру. – Не всем интересно быть копиями. Пусть будут разными, так я в них точно не запутаюсь.

Марго стала быстро жевать свой кусок пирога, желая лишь одного – чтобы тетя не начала свою любимую песню. Но оказалось поздно.

– Ты иногда слишком мягкая с ними, Леночка, –

Ирина покровительственно посмотрела на свою младшую сестру. – Виталиночку ты хорошо воспитала, слов нет. Здоровая, красивая девка, умная, хорошо учится. А что ж с Ритой так плохо? Тощая, белая на лицо, как простокваша. Вечно в черном. Другую одежду уже не продают? Как от тебя еще люди не шарахаются? Это ж увидишь и подумаешь – смерть пришла. Особенно, когда зенки 7 накрасит. Жуть ведь!

Марго почувствовала, как под столом мать успокаивающе трогает ее колено.

– Зато ночью никто не нападет, – добавила Вита, скосив взгляд на сестру.

– Опять поздно гуляла? Снова с этим? Как его? – тетя тщетно пыталась вспомнить имя.

– Его зовут Андрей, – сквозь зубы процедила Марго.

– Вот! Точно, Андрей! Если бы нормального парня нашла, а то ведь притащила такого же страшного. Волосы черными патлами, одежу себе странную нашел. А уж на лицо глянуть жутко! Носатый, бледный, черным намазан. Фу-у!

Марго заскрежетала зубами. Андрей всегда представлялся ей идеалом красивого мужчины – высокий, черноволосый, белокожий, почти аристократ. А с какой величавой небрежностью он захлопывал крышку карманных часов!

–… так нет же! Именно этого чудика! – долетел до задумывавшейся Марго голос тети. – А все потому, что отец нужен. Где же видано, чтоб дети без отца воспитывались?

Это было последней каплей.

– Я в праве сама выбирать с кем общаться, а отец у меня самый лучший, – на едином дыхании выпалила Марго.

– Вот мы, Маховы, всегда в строгости росли, – не слушая племянницу, продолжала Ирина. – И какие выросли! Достойные люди вышли!

– Но мы не Маховы, – отрезала Марго, чувствуя закипающую злость на бестактный дирижабль. – Мы – Чунниковы, и можем гордиться этим. Наш отец – великий человек. Хоть и не настолько, чтобы с трудом покидать стол.

Краем глаза Марго увидела смех в глазах сестры и, пожелав всем приятного дня, вылетела из кухни.

«Жаль, что родные и близкие слишком далекие понятия», – думала она, сбегая по лестнице.

Сентябрь – прекрасное время, меланхоличное и очень вдохновляющее, если вас не раздражает шорох листвы. Марго он раздражал. А после бессмысленного и бесполезного общения с родственниками листва казалась особенно нахальной. Ее сухой звук заполнял все внутри, выметая и мысли, и чувства. Сейчас этот назойливый шорох вытеснил очередной приступ уже привычной злости. Спорить с тетей бесполезно. Ведь носорогу не докажешь, что он плохо видит и вообще страдает тугоумием. Хотя при массе в три тонны это уже не его проблемы.

«Временами очень хочется впасть в сон, как Аврора 8 », – устало подумала Марго, осторожно ступая по опавшей листве.

Огненно-рыжие, багрово-красные, устало-коричневые, тускло-желтые, псевдо-зеленые – листья напоминали цветные стеклышки из советского калейдоскопа. Отец как-то привез ей такой из Польши, но маленькая Марго не оценила прелесть подарка, и он перекочевал к сестре. Вита всегда радовалась ярким вещам и пришла в полный восторг от калейдоскопа.

– Но, не

смотря на характер сороки, осень ей тоже не нравится, – задумчиво пробормотала Марго и присела на лавочку, покрытую шуршащими листьями не меньше дорожек.

Иногда создавалось впечатление, будто все дворники осенью впадают в эйфорию от красок природы и поэтому не убирают листья. Иначе объяснить их количество Марго не могла. Она посмотрела на сизое, но ясное небо, полуприкрытое лысеющими ветвями деревьев, и вздохнула. В сумке лежала недочитанная «Эмма» 9 , но предаваться романтике не хотелось, даже в столь гениальном изложении. Не хватало Андрея, но Марго не решалась ему позвонить. В последнее время он стал частенько исчезать по непонятным причинам. Откуда у него возникало столько неотложных дел – Марго решительно отказывалась понимать. А больше говорить было не с кем. Ей начало казаться, что говорить в принципе не стоит. В лучшем случае, речь – выражение своих мыслей и переживаний. Но ведь все суждения и оценки сугубо субъективны, а значит любая мысль, исходящая из личного опыта, субъективная, а значит объективно лживая, т.к. ее значение относительно для других людей. В большинстве случаев объективно равные по значению слова звучат из телевизора, но они ложь в принципе. Следовательно, правда существует лишь в безмолвии, пока мысль едина со своим носителем.

– Значит, британские ученые – самые большие вербальные лжецы, – сказала Марго, чувствуя себя счастливым психом, который нашел тайник главврача, даже если его вообще не было вместе с тайником.

Подул теплый ветер, и листья у скамьи ожили, начиная свой странный танец. Марго невольно поежилась, хотя ей совсем не было холодно.

– Открой мне двери – я войду, – тихо произнесла она.

– И позову с собою осень 10 , – продолжил голос рядом.

Марго повернула голову и увидела спокойное лицо блондина.

– Может хоть тебе хорошо осенью? – с тоской спросила она.

– Не совсем. Хотя сейчас люди выглядят эстетичнее, особенно в сравнении с летом, – в голосе Мастера мелькнула брезгливость.

– Меня тоже бесят толстые потные шеи, небритые подмышки в майках и нависающие над джинсами животы, – кивнула Марго.

– Да, зрелище неприятное. Но еще хуже его объяснения и попытки оправдания. Люди думают, что небрежность – это шарм, загадочность, притягательность. Но, увы, вместо небрежности выходит довольно жалкое зрелище человека, для которого «комфорт» – лучшая причина стать свиньей даже внешне, – лицо Мастера скривилось от отвращения. – Хорошо, что осенью большая часть постыдных тел скрыта одеждой. Да, одеждой уродливой и ужасной, но лучше так, чем свинки из «Ну, погоди».

Марго хихикнула, радуясь, что встретила Мастера.

– Ты не понимаешь, – копируя голос гламурщиц, ответила девушка. – Юбка должна быть на размер меньше, ведь так она заманчивее обтягивает бедра. И каблучки повыше, и губы покраснее.

– Уж лучше немного мозгов, платье из натурального шелка, и мужчины «будут сами в штабеля укладываться»! 11

Марго засмеялась.

– Мне так нравится эта героиня! И вообще подобные фильмы.

– Подобные – это советские, черно-белые, ироничные или со смыслом? – уточнил Мастер.