Горсть Песка
Шрифт:
Он залез в материалы семилетней давности и читал данные о Риале Макридис и деле Кобернов. Ну и наглый же тип! Прямо при мне. Но я сделала вид что ничего не увидела (экран-то мелкий) и спросила:
— Дил, что там в новостях? Еще не передавали, что ты погиб при невыясненных обстоятельствах?
— Хороший вопрос. Сейчас посмотрю. А, вот: «Челнок звездолета „Пламя Темной Звезды“, совершавший рейс между планетой мира Четверки Энотерой и звездолетом, внезапно перестал отвечать на запросы как звездолета, так и планетарной системы навигации. До сих пор не выяснено что произошло. На борту находился один из видных деятелей Империи, знаменитый предприниматель миллиардер Дилмар Дейтон, владелец звездолета „Пламя Темной Звезды“. Вместе с ним на борту находился экипаж и несколько служащих его
— День еще не кончился, к полуночи они тебя похоронят.
— Хорошо, что у нас в Империи идентификация личности ведется по ДНК.
— У нас тоже. Так что доказать что ты — это ты не составит труда. Но хотелось бы увидеть интервью твоего шефа безопасности. Интересно, что он врать будет.
— Я бы тоже с удовольствием посмотрел. Ри, а что дальше?
Это он о чем? Хочет знать, когда ему доставят всю инфу на блюдечке?
— Дальше мы пообедаем. Еще минут пятнадцать, и все будет готово.
— Я о другом.
— Вечером с нами свяжется Рей и передаст все, что удалось нарыть. Легенды, явки, пароли.
— Это юмор?
Мужик явно начал сердиться. Пришлось кое-что рассказать.
— Примерно. Его люди следили за несколькими объектами, которые тобой интересовались. Но не только следили: они искали на них материалы: кто, что, по какой причине. Думаю, нашли, у Рея по-другому не бывает. Ты их получишь не сегодня, так завтра. И мы полученное обработаем. Да, забыла спросить, тебе кто-нибудь вчера звонил?
— Все кроме тебя.
— Я сама не стала звонить и тебе свои координаты не дала, чтобы никто не мог нас связать. Мы виделись только однажды: когда вместе летели с Илимейны на Энотеру. Но мы в салоне были не одни.
— Как это?
Дейтон обалдел: захлопал удивленными глазами. Конечно, кроме нас в салоне бизнес-класса никого не было, но это в жизни. А по документам можно изобразить что угодно. Неужели этот великий бизнесмен не знает?
— Понимаешь, если бы мы были там одни, тот же твой шеф безопасности, когда вскроется, что ты жив, может меня заподозрить. Еще хуже будет, если об этом узнает имперская безопасность. Но если в салоне было пять пассажиров разного возраста и пола, проверять их всех не будут: ни с кем у тебя не было шанса поговорить наедине. А я очень не хочу, чтобы твой Фэрис или кто другой решил за мной поохотиться.
— Понятно. А откуда взялись еще четыре пассажира?
— Элементарно. Еще четыре фамилии списка этого рейса были перенесены из эконом-класса в бизнес. Так как несоответствие теперь может заметить только бухгалтер, а он не заметит, то я не волнуюсь.
— Почему не заметит?
— Финансовые ведомости уже ушли в бухгалтерию транспортной компании. Теперь списки пассажиров имеют исключительно архивный интерес.
Дейтон воззрился на меня с уважением. Наконец-то.
— Ты очень предусмотрительная, Ри. Мне тоже не хотелось бы навлекать на тебя неприятности. То, как ты все организовала, и как позаботилась о моей и своей безопасности, произвело на меня впечатление, должен признаться.
Ага, понял с кем дело имеет. Я махнула рукой и пригласила его за стол. Салат, сыр, тушеное мясо с овощами, фрукты и вино. По-моему, неплохо для сельской местности. Дейтон просто набросился на еду, как будто сутки ничего не ел. Вроде, по дороге мы перекусывали, да и утром парень позавтракал. На минутку оторвавшись от еды, он мне заявил:
— Потрясающе! В жизни не едал ничего вкуснее. Даже просто ради этого стоило подвергнуть свою жизнь опасности. Ты никогда не думала о том, чтобы открыть ресторан, Ри?
— Нет. Я люблю готовить по настроению для своих. Тогда мне это в радость. А для чужих и за деньги — типичное не то. И кстати, до моей бабушки мне как до звезд. Вот она готовит так готовит. А я так, продукты перевожу.
Дилмар налил вина в бокалы, поднял свой и посмотрел на меня:
— Ри, предлагаю выпить за самую потрясающую девушку этого мира — за тебя.
Приятно. Я не стала отказываться. Скромно опустила глазки и выпила бокал. Вино хорошее, с виноградников предгорий Кольцевых гор Северного полушария. Легкое, нежное, с приятным ягодным ароматом. Сама выбирала. Мне тут же налили еще.
— А теперь
я хочу выпить за то, чтобы у нас все получилось, дорогая.Двусмысленный тост какой-то. Он имеет в виду, чтобы у нас получилось вывести тех, кто против него злоумышлял, на чистую воду? Тут я обеими руками за. Или он хочет, чтобы у нас с ним что-то было в постели? Обойдется. Я продаю свои мозги, а не свои тело и душу. В принципе, если не будет выбора, телом можно пожертвовать, но ведь такой им не удовольствуется, он же и всю душу вынет, а потом на помойку выбросит. И потом, в случае чего у меня же Грег есть. Так что пусть не мечтает. Хотя Дейтон мужчина красивый, видный, и обалденно сексуальный.
Я кивнула и выпила. Пусть понимает как знает. И снова бокал оказался полон. А вот бутылка пуста. Я, кажется, немного захмелела. Все-таки пью я очень редко, так что с непривычки мне и одного бокала достаточно, а тут уже третий на подходе. Дил снова поднял тост:
— За чудо, которое я нашел в этом мире.
Это он меня имеет в виду? Да, я чудо. Но что-то я сомневаюсь, что он меня нашел. В смысле, я сама по себе чудо, он сам по себе. Но вино превосходное, так что я выпила и этот бокал. Потом откуда ни возьмись (хотя я знаю откуда — из сумки, я полдюжины бутылок взяла) появилась еще одна бутылка, и снова мой бокал полон. Споить меня вздумал, а потом воспользоваться ситуацией? Ничего не выйдет. Пьяная я куда хуже трезвой. Трезвая я интересуется мужчинами, пьяной мне секс никаким боком не нужен. После второго бокала я тут же вспоминаю все плохое, что со мной было, становлюсь мрачной, жалуюсь на жизнь, потом плачу, а потом засыпаю. Этим все заканчивается. Приставать ко мне в это время бесполезно: только спровоцируешь рыдания, и все. Пьяная я самая приемлемая когда сплю. Если Дил не побрезгует трахать мое бесчувственное спящее тельце… Но это вряд ли, он не дикий гоблин. Так что его ждет конкретный облом.
Он как будто что-то почувствовал. После четвертого бокала подливать перестал. Зато рассказал, как и кто ему звонил и даже записи показал. Надо будет их сравнить с материалами Рея. Мы немножко пообсуждали перспективы расследования, а потом он вдруг ткнул в больное место.
— Ри, а почему Ри а не Риа? Такое сокращение более распространенное, звучит красивее, да и тебе больше подходит.
Сперва мне удалось сдержаться и не зареветь. Ответила:
— Ри, а не Риа, потому что РИ!!! Восемь лет назад я перестала быть Риа. Навсегда!
— Но почему?
Зачем я напилась? Трезвая справилась бы с ситуацией, а тут я сорвалась и закричала:
— Да потому что Риа больше нет! Как нет Тиа! Ее нет, и я не могу слышать это имя — Риа!
А потом меня понесло и я уже не могла остановиться. Говорила тихо, как бы с трудом, но на самом деле слова рождались сами и неудержимо стремились наружу:
— Нас было две сестры. Понимаешь? Тиана и Риала. Тиа и Риа. Нас все так и звали. Близнецы, но не однояйцевые. Совсем разные девочки. Она была лучше меня. Объективно лучше. Красивее, добрее, умнее, талантливее. Все мальчики влюблялись в нее, на меня никто не смотрел. Она училась легко и была первой в классе, а я… Нет, я была не последней, я была второй. Но чего мне это стоило! Она пела и играла на шести музыкальных инструментах. У меня есть слух, но петь я не умею, и ни на чем не играю. У меня не было времени научиться, все съедали занятия, потому что я не могла отстать! И я ей жутко завидовала. Виду старалась не подавать, но завидовала страшно. Всю школу. А потом этот красавец Грей… Мне он тоже понравился, но на меня он и не глянул. Да, он был явным проходимцем, но разве девчонка в восемнадцать лет об этом думает! Я смотрела на то, как Тиа танцует с Греем и думала: хорошо бы чтобы с Тиа случилось что-то плохое, и Грей достался мне! Я тогда пожелала ей смерти! А потом она пропала. Мама слегла с сердечным приступом, все крутились вокруг нее, а я понимала: сестру надо найти, только так можно спасти маму. Не хочу рассказывать, как я ее нашла. Только опоздала: она была уже мертва. минут за пятнадцать до моего появления. У меня есть запись момента ее смерти. Запись с камеры наблюдения там, на Бэре. Она убила себя сама. Вычитала этот способ в книге про своих обожаемых японцев. Ты знаешь что-то о японцах?